Золушка с шестью нулями

Виктор Дробыш “До Пугачевой я был самым дешевым композитором”

29 октября 2006 в 00:00, просмотров: 270

Ставший нарасхват в последнее время у нас в стране композитор, музыкант и продюсер Виктор Дробыш, как оказалось, уже давно живет в Финляндии, хотя и родился в Питере. В Россию он наведывается лишь по делам “фабричным” и личным. Виктору приписывают множество романов с известными женщинами. Есть в его послужном списке даже внучка первого президента СССР Михаила Горбачева Ксения. Вот мы и решили расспросить Дробыша о делах любовных и рабочих. Он охотно поделился многим с нами.

Внучка за дедку...

— Если не секрет, как вы познакомились с Ксенией Горбачевой?

— У нас общие друзья, и мы познакомились давно. Еще в Финляндии. Мы там встречались. Я знаю ее бывшего мужа. Сейчас она работает у меня генеральным директором в музыкальной корпорации.

— А как общение с ее знаменитым дедушкой?

— Он замечательный человек (громко чихает, что только подтверждает его слова). Один из самых лучших руководителей нашей страны за все ее время. Не побоялся, пришел на “Фабрику”, в “Дом”. Потому что он искренний. Может быть, кто-то и считает, что недостойно президенту прийти на такой проект. А ему понравилось, вот он пришел. Планировали общаться около часа, а беседа вылилась в три. И ребятам было хорошо, и Михаил Сергеевич тоже получил удовольствие.

— Как удалось уговорить “Скорпионс” выступить на “Фабрике”?

— Я это сделал через Финляндию. Они не хотели выступать принципиально. Многие рокеры не хотят вписываться в поп-проекты. Но я им показал несколько “фабрикантов”, таких как Дима Колдун. И они поняли, что у нас не лоховская “Фабрика”. И что им будет не стыдно выступать. Будет кому петь, с кем петь.

— Что они затребовали взамен?

— У них было два варианта. Первый, что они приезжают и поют “минус один”, второй, полностью вживую, но для этого мне нужно было привезти двадцать человек народу. Вышло бы очень дорого. Я им параллельно помог с контрактом. Плюс выступление на Первом канале было интересно даже такой группе, как “Скорпионс”. А еще я обещал, что приглашу Михаила Горбачева.

— Почему живете в Финляндии. Любите провинциальность?

— Я люблю Финляндию. Считаю своим постоянным местом жительства, а Хельсинки родным городом. Но это не значит, что я не патриотичен, — в меру. Я, например, никогда не хотел лишаться российского гражданства. Я до сих пор российский гражданин. Но я всегда хотел там жить. Я и мои дети. Мне не нужны огромные дома на Рублевке. Я довольствуюсь скромной квартирой, которой мне достаточно просто для жизни.

— А какая у вас квартира?

— 80 метров.

Покорение Примадонны

— Говорят, в знакомстве с Пугачевой вам тоже помогли “финские товарищи”?

— Все произошло следующим образом. Я был в Каннах и представлял немецкий музыкальный проект. Мы тусовались, а ребята даже не подозревали, что я русский. К тому времени я неплохо говорил на английском, вот они и решили, что я из Скандинавии. Я и похож немножко на финна. Они мне показали человека и сказали, что он из Америки, сейчас заключил контракты с Пугачевой, Орбакайте и Киркоровым, чтобы те проехались с туром по США.

Тут я и говорю, что тоже русский и что их знаю. Последовал вопрос: “А Пугачева правда крутая?” “Более чем. На Западе таких единицы”. — “А ты же классный композитор, музыкант. Почему с ней не работаешь?” — “А мне подойти к ней сложнее, чем переговорить с Селин Дион”.

После этих слов мне сказали, что они свяжутся с человеком, и она меня примет.

И она меня приняла. Я ей тут же поставил несколько песен. С этого все и началось. Быстро и хорошо, прямо как в сказке о Золушке.

— Почему же тогда она так и не спела ни одной вашей песни? А отдала их дочери?

— А вы знаете, мои песни очень подходят Кристине Орбакайте. А почему она их не исполнила? Не знаю. Все еще впереди. Потом она была занята, я больше занимался Кристиной.

— А правда, что вы не пустили Пугачеву в студию на запись дочери?

— Просто это было мое пожелание, чтобы в студии никого не было. И я бы на этом настаивал, если бы она туда пришла. Так что это было, но не в такой ультимативной форме.

— Получается, она дала вам “зеленый свет” в отечественный шоу-бизнес?

— Получается, что она мне его включила.

— А почему вы тогда говорите, что Ротару любите больше, чем ее?

— Я же имею право на свое честное мнение? На сегодняшний день хочу сказать, что София Ротару номер один по своей работоспособности, по тому, что она делает. Мне больше это нравится. Честно! В этом нет ничего плохого.

А если говорить в целом о жизни, были периоды, я не знал, кто она такая. Мне было совершенно безразлично, когда она “Лаванды” пела.

Мне было наплевать. Я больше любил Пугачеву с “Айсбергом”. И я не должен, б..., говорить неправду, если это не так. Но это нисколько не унижает Аллу Борисовну. Она тоже крутая.

С “фабрикантов” взятки гладки

— Вы начинали в “Землянах”, закончили Римского-Корсакова, почему теперь перешли на поп-исполнителей? Вам как никому должно быть понятно, что значит рок.

— Для меня разницы нет. Музыка должна быть хорошая, а в каком стиле она сделана — не важно. Не унизительно заниматься попсой, не унизительно заниматься рок-н-роллом. Главное — это качество.

— И все же не жалеете, что занялись попсой, хотя сами называли это направление у нас в стране лоходэнсом и унца-унца?

— Я называл? Понимаете, какая ситуация. У нас принято называть попсой все подряд. Если взять самых ярких представителей популярной музыки на Западе — это совсем другой уровень. У нас попсу делает всякий отстой. Вот тут и появляется лоходэнс, и технопроекты с идиотскими словами.

— Вы дорогой композитор. Говорят, что на “Фабрике” вам предлагали суммы с шестью нулями.

— Предлагали взятки, чтобы пройти на “Фабрику”. Это к композиторству не имеет никакого отношения. Изначально я был самый дешевый. Потом я стал одним из самых дорогих. А теперь я бесплатный композитор.

— Не понял?

— Я не знаю, что надо сделать, чтобы заставить меня написать песню за деньги. Я буду писать своим артистам песни бесплатно. Они их будут исполнять, зарабатывать деньги и мне приносить.

— Что сейчас ближе — творчество или это просто зарабатывание денег?

— Я скажу так. Конечно, я вынужден заниматься коммерцией очень серьезно. Но есть три разные вещи — Дробыш продюсер, своего рода чиновник, музыкант и композитор. Но мне хочется чувствовать себя музыкантом. Вот еще одна причина, по которой я уезжаю в Финляндию. Как ни крути, я там отрываюсь от всего. И там я больше всего музыкант.

Звездные лохи

— Вас когда-нибудь разочаровывали ваши “фабриканты”?

— Конечно, разочаровывали. Однозначно. Я с ними был жесток. Но они же дети, молодые. Они же не могут все делать правильно. Мы долго притирались друг к другу. Главное — что сейчас все хорошо.

— Чувствуете ответственность за тех, кого приручили?

— Это такая колоссальная ответственность! Очень сильно волнуюсь. Я знаю, что они сейчас в туре. Правда, сейчас они в очень хорошем положении. Даже если их сравнивать с нашими знаменитыми артистами.

— В финансовом плане?

— Для артиста, скажу так, деньги порой не самое главное. Главное — работа. Откуда у наших звезд нервные срывы, когда количество концертов падает? Их волнует, что они стали не так нужны. Поэтому в данной ситуации мои ребята в шоколаде. У них практически нет выходных, они сильно устают, но от этого тащатся. Ну и как результат они получают какие-то деньги. Для молодых людей очень даже неплохие.

— Почему “фабриканты” заполнили телеэфир?

— Я так не скажу. Выживает сильнейший. Из моих реально стал артистом Стас Пьеха. Я даже забыл, что он “фабрикант”. А это самое главное. Когда-то я сказал жестко: “Если проходит два-три года, а тебя называют “фабрикантом”, значит, ты лох”.

Поэтому я бы не сказал, что “фабриканты” забили эфир. Я бы сказал, что у нас небольшое количество хороших артистов. Это другое дело. Я бы не сказал, что Савичева недостойна быть в эфире. Я бы не сказал, что Ираклий плохой, Пьеха. Вот они заслужили это.

Позорят за Подольскую

— Это правда, что вы с Крутым рассорились из-за Стаса Пьехи?

— Да все хорошо. Мне кажется, что у нас нет взаимных претензий.

— Г-н Каминский, с которым раньше жила Наталья Подольская, до того, как уйти к Преснякову-мл., до сих пор вам угрожает?

— Рассылает везде какие-то бумаги. Но мне кажется, что это дело не должно быть между мной и им, потому что я здесь лицо неофициальное, считаю, что это должно перейти в судебное разбирательство. Там все и решится. Кто прав, кто виноват.

— Я читал, он называет вас жуликом.

— К сожалению. Он еще сказал смешную вещь, что он Подольскую сделал хорошей. Я ее записал в Германии, а как ее можно было сделать хорошей?

— А какие сейчас отношения с Иосифом Пригожиным?

— Абсолютно ровные, деловые.

— А то, что вы даже к Валерии на день рождения не пришли, это как?

— А вы вспомните. Я тогда действительно в больницу попал. Кто потом из этого сделал такое шоу. Не знаю. Это из разряда блевотины. Противно!

— Вы правда можете материться в присутствии женщин? Даже на шоу Бочинского и Стиллавина назвали Машу Вебер Машей Ебер, а Ирину Ортман — Ириной Вротман?

— Там ситуация такая была. Не я это придумал. Я передал ведущим шуточки девчонок. А один журналист раздул это дело. Может быть, я был не прав. Но я не могу сказать, что был настолько грязен. Мы любим с барышнями друг друга. Липнут ко мне, как обезьянки, по мне ползают. У нас очень близкие и дружеские отношения.




Партнеры