«Большой по-прежнему признан всеми»

1 апреля 2007 в 00:00, просмотров: 354

Как знаменитый театр намерен возвратить себе статус визитной карточки русской культуры, генеральный директор Государственного академического Большого театра России Анатолий ИКСАНОВ рассказал в интервью Ирине Акимушкиной.

«ДЛ»: Как вы относитесь к современному состоянию оперного и балетного искусства в мире? Поговаривают, что классический балет уже больше не в моде, а на некогда популярные оперные спектакли ходят нынче одни пенсионеры.
Анатолий Иксанов:
Знаете, о современном балетном и оперном искусстве можно спокойно написать целую книгу, и не одну. Могу сказать пока одно: слишком рано говорить сейчас о том, что опера и балет в мире умерли. В той же России, по моим наблюдениям, – настоящий театральный бум, а оперное искусство, судя по посещаемости залов, уже стало гораздо популярнее драматического. Что же касается популярности балетного искусства в сегодняшнем мире, то есть целый ряд стран, где к балету у зрителей особое отношение (это прежде всего Франция и Япония). А вот по поводу состава публики, которая приходит на наши спектакли, в том числе и за рубежом, то нам, честно говоря, трудно сказать, кто больше ходит на наши спектакли – пожилые или молодые. Проблема привлечения молодежи в театры – это вообще отдельный вопрос, ведь если молодые люди не будут ходить в театр сегодня, то мы тем самым просто потеряем нашего будущего зрителя.
В Большом в этом плане ситуация несколько иная.
У нас, к примеру, есть целая программа под названием «Большой – студентам», и студенты в рамках этой программы могут попасть в наш зал в любой вечер и на любой спектакль. Мы им предоставляем специальные студенческие билеты по 20 рублей. Это идея давняя: еще 20 лет назад, когда я работал в Ленинграде у великого Товстоногова, он говорил, что «в хорошем театре студенты должны висеть гроздьями». Поэтому я считаю, что именно молодежная аудитория дает театру какой-то особый заряд, творческий импульс, и для наших артистов это всегда интересно и приятно.
«ДЛ»: Во время гастролей за границей российские театры – и Большой, и Мариинский – всегда исполняют исключительно классические оперные и балетные постановки. В то же время заграничный зритель на какие-то современные спектакли не больно идет – ни на имена их авторов-новичков, ни на исполнителей-авангардистов. С чем это, на ваш взгляд, связано и какие новинки в последнее время из современных авторов Большой театр выносил на суд зрителей?
А.И.:
Любой уважающий себя новый оперный дом обязательно ищет новые произведения, и если что-то появляется приличное из нового, то, конечно же, такой спектакль будут ставить. Мы, к примеру, в свое время заказали оперу молодому талантливому петербургскому композитору Леониду Десятникову под названием «Дети Розенталя». Об этой опере много тогда шумели, критиковали и автора, и нас, но для Большого это было принципиально важно, потому что мы открыли какую-то новую страницу в нашей работе.
При этом надо помнить, что в искусстве конечный результат почти всегда непрогнозируем. Думать о том, что мы можем кому-то заказать гениальную оперу или шедевр, – так просто не бывает. Творческие перлы, как правило, появляются всегда на каком-то общем массиве. Когда существует много новых оперных постановок, тогда среди них можно отобрать по-настоящему талантливое произведение. И такие оперы уже остаются в репертуаре театров на долгие годы.
«ДЛ»: Большая часть ведущих оперных российских певцов, а также балетных исполнителей живет сейчас за границей, и там же в основном и выступает.
В то же время российские газеты ежедневно сообщают о том, что в стране невиданный экономический подъем, все кругом в России богатеют и вроде бы надо в Россию возвращаться талантливым артистам, а не из страны уезжать. При этом такие российские компании, как «Русал», помогают Большому театру, а несколько крупных спонсоров есть и у Мариинского театра. И тем не менее почему же, на ваш взгляд, этих оперных и балетных российских звезд домой все же никак не тянет и почему они все-таки по-прежнему предпочитают выступать и жить за границей?
А.И.:
Так всегда и везде было, что экономическое положение страны напрямую сказывалось на состоянии искусства и его уровне. Если, скажем, посмотреть на бюджет Большого театра, то в конце 90-х годов он составлял 12 миллионов долларов в год. А за последние шесть-семь лет он вырос до 90 миллионов долларов. Понятно, что это дополнительная возможность финансировать новые постановки, платить артистам достойную зарплату. По сравнению с той же Америкой главным спонсором оперных и балетных постановок в России являются не отдельные физические лица или фонды, а государство. Так, к примеру, 70% нашего бюджета – это государственные деньги.
В Америке же многое в этом плане зависит от попечителей, разного рода частных спонсоров, плюс много денег получают они за счет разного рода фандрейзинга, то есть сбора средств на какую-то конкретную постановку оперы или балета. При этом для всех этих спонсоров подробно и четко разработаны существенные налоговые льготы, чего в той же России просто нет.
Мы в Большом пытаемся эту ситуацию сделать немного похожей на американскую, и сегодня целый ряд крупных российских компаний, которые дают деньги нашему театру, входят в совет попечителей Большого. Но от налогов мы их освободить не можем – это уже дело государства.
А что касается тех артистов (оперных певцов в первую очередь), которые по-прежнему живут за границей и не возвращаются в Россию… Так они просто давно уже осели на Западе и давно уже в России постоянно не работают.
«ДЛ»: Что, по вашему мнению, нужно сегодня для того, чтобы пробиться на большую оперную и балетную сцену: редкий талант и дарование, неутомимость и настойчивость, наличие рядом мудрого наставника или просто элементарный блат?
А.И.:
Сразу же скажу: что касается блата, то он сейчас уже не срабатывает. Если взять Большой театр, то на каждую новую оперную постановку у нас проводится открытый конкурс, так называемый кастинг. При этом на него в Москву приезжают не только свои, российские артисты или те, кто уже работает в Большом, но и исполнители из стран СНГ, дальнего зарубежья. И у нас много работает певцов, которые прошли именно такой кастинг.
А главным для успеха на сцене я бы назвал творческую одаренность. Проводят у нас кастинг обычно главный дирижер и постановщик спектакля. Поэтому состав труппы, которую они отобрали, во многом зависит именно от их видения спектакля и от их творческого вкуса. Кому-то важно, чтобы помимо голосовых данных у кандидата была возможность работать и драматическим актером, кого-то привлекают в артисте внешние данные. Но без одаренности, таланта все равно ничего не получится в нашем деле.
«ДЛ»: В последние годы стало принято считать, что Большой театр утратил свою ведущую роль в сфере пропаганды русского оперного и балетного искусства за границей, уступив первые позиции Мариинскому театру. Так ли это на самом деле?
А.И.:
Безусловно, Большой и Мариинский – два разных театра. Но ничего плохого в этом нет. Я даже считаю, что нам в России надо гордиться тем, что у нас есть именно два разных и знаменитых в мире театра. Ведь в остальном мире нигде нет таких двух равновеликих театров: во Франции – это только «Гранд-опера», в Великобритании – это Ковент-Гарден, в Италии - это миланский театр «Ла Скала», в Соединенных Штатах – это «Метрополитен-опера» в Нью-Йорке.
Что же касается соперничества с Мариинским театром… Если судить о том, кто кому пока уступает, то времена меняются, и Большой сегодня, я считаю, очень высоко держит свою марку. Так, если посмотреть отклики на прошлогодние гастроли Большого в Лондоне (а мы гастролировали там одновременно с Мариинским театром), то именно Большой театр получил две самые престижные британские журналистские премии – как лучший балетный коллектив мира и лауреат на звание лучшего хореографа классического балета.
Так что я бы не сказал, что мы какие-то позиции утратили. Большой по-прежнему признан всеми. При этом учтите, что в Большом приоритет отдается произведениям именно русских композиторов и авторов, в то время как Мариинский театр гораздо больше ориентирован на Запад. Ведь они все-таки из Санкт-Петербурга, а еще при Петре Первом была идея прорубить окно в Европу. Вот Мариинка его и продолжает успешно прорубать, и в этом наше основное отличие друг от друга.
«ДЛ»: Ваши гастрольные маршруты почти всегда пролегают в так называемом дальнем зарубежье. А ездит ли выступать Большой театр по российским провинциальным городам и посещает ли с гастролями республики СНГ?
А.И.:
К сожалению, в республики бывшего СССР мы ездим крайне редко, потому что организовать подобные гастроли – удовольствие достаточно дорогое. Из республик бывшего Союза мы несколько раз бывали на Украине – в Киеве – и еще гастролировали в Риге. Там мы сотрудничаем с Рижским национальным оперным театром, и у нас с ними идет постоянный культурный обмен.
А вот в том, что касается России, у нас есть большая программа, которая так и называется: «Большой – России». Мы стали активно гастролировать в таких городах, как Новосибирск, Самара, Калининград, Омск.
В этом нам очень помогает государство, и это, я считаю, правильно: прежде всего наши люди должны видеть те новые постановки, которые у нас есть, а потом уже – зритель за границей.
Кстати, за время моего директорства в Большом произошли очень большие изменения. Мы в 2002 году открыли новую сцену, и когда будет завершен ремонт основной исторической сцены театра, у нас будут уже две творческие площадки. Когда я пришел в театр в 2000 году, то в год выпускались одна-две премьеры, а сейчас у нас по шесть-семь премьер ежегодно. Так что Большой успешно живет и развивается. Я надеюсь, что мы будем радовать наших поклонников и дальше.



Партнеры