9 дней как не стало Маэстро

4 мая 2007 в 13:42, просмотров: 184

Сегодня 9-й день. Новодевичье. Хаотичные цветочки со всего света теперь аккуратно стоят в вазонах. Лишь ленточки выдают — от кого: любимовская Таганка, Консерватория… Образцовый порядок. Уже не страшный, не пугающий. Ушли спазмы, ушло то дикое напряжение, которое стояло на юбилейном концерте в честь Ростроповича (без него самого) месяц назад. Тогда все путались в предчувствиях. Нынче атмосфера разрядилась. Маэстро, примите наш поклон…

 

И тянется эта бесконечная цепочка приходящих. Тот, кто приходит к Ельцину, не забывает Ростроповича. Кто к Ростроповичу… Они напротив друг друга. Стоят иностранцы, вглядываясь в это странную магию чисел: 27.03.1927 — 27.04.2007. Тишина, деревья, забылся похоронный дурман…

Похороны? Да, время несет свои законы, против этого трудно возражать. Когда интимнейшее церковное таинство преврашается во всенародное шоу. Когда, — едва гроб был накрыт по завершении службы, — чуть ли не все стоящие в храме вскинули руки вверх, щелкая процессию на мобильники… Людей разбирал скорей интерес, нежели скорбь. Да и мало кто из них слышал Ростроповича вживую. Или когда толпа неслась к свежей могиле маэстро — из-за невозможности пройти таким количеством по дорожкам — прыгали прямо по чужим могилам, и ритуальщики в гневе одергивали: «Это же Никулин! Не наступайте!» В Храме, а потом и на кладбище пытались раздаться жидкие аплодисменты, — может у драматическмих артистов и есть такая традиция, но по отношению к музыкантам она неуместна. Всё слышал на кладбище шепот: «Ну где же аплодисменты?» На что вдова Шостаковича, стоящая рядом, нерво сказала: «Зачем? Не надо этого!» Впрочем, чего лезть людям в душу.

 

Странно припомнился последний разговор с маэстро. Он тогда собирался ставить «Войну и мир» в Большом. Не вышло. Как сейчас мелки стали все эти нестыковки, перебранки, недомолвки… Ростропович сказал тогда:

- Я очень хорошо знал Прокофьева, когда мы с ним гуляли, он все время говорил: “Слава, я не хочу умереть, пока не посмотрю последнюю редакцию “Войны и мира”. Вот я и подумал, что было бы прекрасно, чтобы Кутузов в финальной сцене выезжал бы не в театр, а... на Красную площадь, и вся наша банда (оркестр) в военной форме играла бы марш!

- Но с исполнением оперы не все гладко было?

- Ее вообще решили отменить. Потому что это был 70-й год… Солженицын уже жил у меня. И вот Фурцева, министр культуры вызвала к себе: “Слава, вы знаете, вам не хватает репетиций. Поэтому лучше отменить спектакль”. Я ответил: “Мне хватит этих репетиций, я хочу это сделать”. И в день премьеры поехал на Новодевичье. Встал на колени перед могилой Прокофьева, сказал: “Сергей Сергеевич, помогите мне сегодня”.

…И вот Новодевичье. Столько лет долой, а кто-то прямо сейчас — со смычком или без — стоит себе тихо под липами: «Мстислав Леопольдович, помогите мне сегодня…»



Партнеры