"Народное интервью на MK.РУ": АРМЕН ДЖИГАРХАНЯН ответил на вопросы читателей

Актер театра и кино Народный артист СССР ответил на вопросы читателей из разных городов России, а также из некоторых стран.

18 мая 2007 в 10:00, просмотров: 1018

Всего было прислано 62 вопроса, 12 из них оказались наиболее интересными.

Дмитрий Кузнецов, Эстония: «Армен Борисович, не считаете ли Вы, что ввиду вашего возраста и положения просто обязаны участвовать в политике посредством публичного высказывания своей гражданской позиции. Мне кажется, что нельзя прятаться за понятием «гражданин мира» особенно сейчас. Неужели модель существования - элита для элиты, - когда интеллигенция первая попадает под удар и становиться бесполезной в борьбе, так и не смениться в ближайшем будущем. Я бы никогда не склонил вас к разговору о политике, но сейчас в Эстонии гибнут люди, под прессом оказались наши политические лидеры, и очень хочется услышать мнение мировой элиты, а именно вас я к ней причисляю. Надеюсь, ответ на мой вопрос на страницах MK.РУ услышат 500 000 русских в Эстонии».

Армен Джигарханян: Вопрос очень важный. Не дай Бог, чтобы мы засучили рукава и пошли бы действовать, не зная чего мы хотим. Любой человек, который хочет совершить поступок должен четко понимать не то, что ему рассказали и показали. А ему необходимо войти туда в глубину этой проблемы и посмотреть на все четыре стороны. И тогда только можно закричать об этом в полный голос. Но я, сидя здесь перед телевизором, не имею нравственного права принимать какое-либо решение. Вспомню одну историю, когда перед очень важным морским сражением решалась судьба Англии. Молодые офицеры пришли к адмиралу Нельсону и сказали, что мы знаем, что завтра утром решается судьба Англии, скажите нам, что мы можем сделать, чтобы помочь родине. И Нельсон как великий человек сказал, что «пусть каждый делает свое дело». Я могу подписаться двумя-тремя-четырьмя руками под этими словами. Потому что и революции и фашизм начинаются только так, когда люди, засучив рукава, бегут куда-то, не зная зачем.

Мария Юсупова, Ростов-на-Дону: Нередко можно слышать, что времена 1990-2000-х годов – это пошлость и рутина, а вот 60-80-е годы - это романтика, доброта и высокие идеалы. Так ли это?

А.Д.: Мне не хотелось бы оспаривать такое представление. Но если мы попытаемся – и это очень опасно – вывести некую формулу, некий пирамидон на все головы, то мы сильно ошибемся. Ведь есть и много других расхожих мнений. Знаете, как Немирович-Данченко говаривал… Когда ставили спектакль, то его спрашивали - хороший или плохой спектакль. Он отвечал: «пусть первая половина зала думает, что он плохой, а другая, что он хороший. Это вопрос морали. Улицкая нравится - читай Улицкую. Нравится Маркес - читай Маркеса. Вот и все. Это абсолютный миф, что раньше было романтичнее. Это просто незнание этой стороны вопроса. Было по-всякому - и пошлятина была и великое было. И во времена Пушкина дело обстояло точно так же. Мы все соблюдаем некие законы нравственные и юридические. Значит надо в этом месте покопаться. Как говорится в Библии: «Все люди - заблудшие». Вот этим заблудшим и преподносят законы нравственные и юридические, а человек и не знает где спрятаться от выбора.

Борис Гильдман, Новосибирск: Чтобы сегодня делали Андрей Миронов, Олег Даль и Владимир Высоцкий?

А.Д.: Делали бы то, что они и тогда делали. Единственная разница была бы в окружении. Оно поменялось бы, и не было бы потребности. Я, например, без тени драматизма могу вам сказать, что чувствую, что мое время проходит. Буду сентиментален. Если слово ребенок для меня трогательная вещь, то другие на меня смотрят с удивлением. Когда ребенок, плачет меня это трогает, а другой - я вижу - смотрит и говорит: «Да ладно, дай ему конфетку и он перестанет плакать». Вот и все. Важно смотреть на реакцию. Хотя я, если говорить честно, скажу, что талантливость всегда имеет место. Это заразительность. Воздействие. Прессинг. Я когда слушаю Моцарта, то он производит на меня ошеломляющее впечатление. Я убежден, что каждый молодой человек, который слушает ерунду он обязательно придет к Моцарту. Когда у вас зуб заболит, вы будете делать шалфей-малфей, а оказывается, что надо пойти и вырвать этот зуб. Вот и все. То же самое происходит с душой. Например, эти вот милые девочки из группы «Серебро» на Евровидении. Маленькие такие, смеленькие девочки, но они же долго этого не выдержат. Не они не выдержат, не мы не выдержим. И это всегда было.

Сергей Ивашин, Санкт-Петербург: Есть мнение, что молодые актеры нереализованы и нераскрыты из-за засилья сериалов, в отличие от старых актеров над которыми режиссеры старались…

А.Д.: Этот вопрос довольно смешной для меня, потому что он говорит за то, что раньше было лучше. Вот говорят сейчас сериал плохо, а картину, которую снимали 6 месяцев – хорошо. Искусство не бывает вне времени и пространства. Мы всегда имеем то, что мы заслуживаем. Простите за грубость, но есть понятие рынка: что покупают. Вот и все. У меня для этого нет сил. Вот у меня есть театр, где я руковожу, и пытаюсь не внести в театр пошлятину. Хотя есть и такая покупательная способность. Как наш с вами общий друг Эйнштейн сказал: «Все относительно». Например, есть люди, которые называют эту мою позицию скучной. Они говорят: люди мрут от тоски на ваших спектаклях. Дайте нам лучше несколько голых жопочек на сцене.

Саша Ильински, Милан (Италия): Как Вы относитесь к мнению, что современный театр мертв?

А.Д.: Я отвечу словами другого умного человека. Его звали Сомерсет Моэм. Он сказал, что «искусство - это половой акт». Со всеми вытекающими отсюда обстоятельствами. Таким образом, если мы решим, что нынешний половой акт – мертвый, тогда и весь театр тоже мертвый. Я, например, почти убежден, что пока есть два - минимум три человека - театр будет жить. И мы будем в нем нуждаться. Не в нравоучениях, а это называется «немножко сойти с ума». Немножко похулиганить.

Ульяна Сафронова, Москва: Так случилось, что этой весной ушли из жизни выдающиеся люди – Ростропович, Ульянов, Лавров и другие. Как это скажется на нашем времени - выдержит ли оно испытание талантом?

А.Д.: К сожалению, эта процедура не имеет остановок. Всегда уходили кто-то, но ведь приходили и новые.

Константин Черычев, Екатеринбург: Что вам нравится в сегодняшнем кино, а что возмущает в нем?

А.Д.: Я очень мало смотрю его. То, что мне удается посмотреть - мало интересного. Там нет какой-то боли. Даже комедия не может быть бездумной. Есть проблема на этот счет. Бездумное всегда имеет место, но все равно это менее интересно.

Олег Мирных, Нижний Новгород: Как Вы относитесь к поступку Владимира Меньшова на MTV, когда он по собственной прихоти отказался давать награду режиссеру фильма «Сволочи»?

А.Д.: Честно говоря, сам я этого не видел, а знаю об этом лишь по невнятным рассказам других. Я могу сказать без премии. Мы вот смотрим актеров, что приходят к нам работать. И если мне не нравится это - ведь я отвечаю - внизу афиши написано: художественный руководитель театра. Вот только что у меня была режиссер, которая предлагает поставить спектакль. Мы поговорили, и выяснилось, что я иного мнения. И тут нет ничего криминального. Давайте меня снимем и назначим другого художественного руководителя. Но ведь пока я несу ответственность, кроме зарплаты и невероятных плат, которые я получаю. Вы же, Олег, меня первый спросите, что ж я подписываюсь под этой афишей, что ж я это говно показываю. Так и здесь.

Татьяна Обручева, Калиниград: Хотели бы Вы переиграть какие-то Ваши роли?

А.Д.: Это мое постоянное желание. Я вчера отснялся в какой-то сцене, а уже сегодня думаю: «Ах, надо было иначе сыграть». Актер - живой человек: вчера у меня живот болел, сегодня не болит.

Аслан Алиев, Северный Кавказ: Какова ваша сегодняшняя творческая жизнь, хватает ли здоровья?

А.Д.: Нормально. Стараюсь на съемочной площадке не потерять сознание. Если вдруг у меня кружиться голова, я говорю: «Ребята, чего-то у меня голова кружиться». Такое бывает. Я думаю, мы достаточно плохо знаем свой организм. Вот врачи говорят: «Вот сейчас быстро умрешь, а оказывается у организма огромная потенция». Я убеждаюсь в этом многократно. Когда я думаю: «Вот мне надо лечь», а оказывалось, что еще можно бежать. И даже это полезно.

Анатолий Луховицкий, Владивосток: Вы нередко бываете в США, а не могли бы Вы сравнить их образ жизни с нашим. Чем, на ваш взгяд, они от нас отличаются; в чем на ваш взгляд они лучше, а в чем хуже?

А.Д.: Я могу только посоветовать поехать в Америку пожить там, чтобы самим ответить на этот вопрос. Одному это нравится - другому другое. Например, один мой товарищ говорил, что он хорошо себя чувствует, когда вокруг него матом ругаются, и причем не ругаются, а как бы так разговаривают. И мне, говорит, так комфортно. Причем это без юмора.

Кристина Суропко, Киев: Грустный вопрос о личном. Ваша дочь ушла очень рано. В какие минуты Вам ее особенно не хватает, и когда Вы ее больше всего начинаете вспоминать?

А.Д.: Я не отвечу на этот вопрос. Не потому что это секрет, а потому что я сам не знаю. То, что я потерял - самые для меня дорогие вещи - я о них думаю каждый день. По разному – смешно, нелепо. Это рассказать невозможно, и не надо, думаю. У меня нет секретов. Не потому что я закрываю туалет и там сижу. Я вам даже под дулом пистолета не смогу рассказать, почему так случилось в эту минуту. Это - как говорят - генетическая память. То, что сказал наш товарищ Гамлет: «Распалась связь времен».

Напоследок от Армена Джигарханяна: "Замечательно, что мы поговорили и надо этого не бояться и не ждать рецептов. Их практически нет. Я научен жизнью, что я отвечаю за все. Я ни с кем ничего не связываю, что, мол, вот сейчас дверь откроется, и мне что-то принесут".




Партнеры