У матроса есть вопросы

12 лет назад эстонцы без скандала разбили первый памятник и выслали прах героя в Россию

20 мая 2007 в 20:00, просмотров: 922

  — Почему не было никаких народных волнений еще 12 лет назад, когда в центральном таллинском парке Кадриорг разрушили памятник на могиле моего деда? — возмущается внучатый племянник и полный тезка героя войны Евгений Никонов. Матрос Балтийского флота Евгений Никонов не был в числе освободителей. Он погиб еще в 41-м году, обороняя Таллин от немецких захватчиков. Фашисты сожгли героя заживо. А через годы те, за кого он умирал, предали его. Сразу после обретения независимости эстонцы выкопали останки Евгения Никонова и выслали их в Россию.
     
     В 95-м году бывший матрос Балтийского флота Евгений Никонов встречал в порту Нижнего Новгорода прах своего двоюродного дедушки Евгения Никонова — тоже бывшего матроса Балтийского флота. Останки по Волге доставил теплоход под названием “Герой Евгений Никонов”.
     — Мы с дедушкой учились в одной и той же нижегородской школе №68, она потом была названа в его честь. В советское время по всей России открывали кружки имени Никонова, на слеты к нам приезжали генералы. Как и дед, я с детства грезил кораблями и дальними плаваниями, так что вопросов в выборе службы не было. Сначала меня даже хотели приписать к кораблю-тезке. Но я решил — это уж слишком, зачем так выделяться, — говорит внучатый племянник героя войны. — Дедушка родился под Тольятти, в селе Васильевка Самарской области, в детстве остался сиротой. Воспитывали маленького Женю его старшие сестра и брат, к которым он переехал в Нижний Новгород. После окончания школы Евгений Никонов вступил в комсомол, год отработал токарем, а потом подался в матросы Балтийского Краснознаменного флота.
     На службе его и застала война — Никонову был тогда 21 год. В августе 1941 года немецкие захватчики подступали к Таллину. Матрос Балтийского флота в числе других попросился на сушу, где велись ожесточенные бои за оборону эстонской столицы.
     — Никонов находился в сводном отряде моряков Балтийского флота и занимался разведкой под Таллином, — рассказывает Татьяна Антонова, учительница истории и заведующая музеем в 68-й школе. — А 19 августа 1941 года он возглавил группу разведчиков, которая отправилась разузнать обстановку в район хутора Харку волости Кейла, где находились расположения немецких войск. Потом из показаний сослуживцев было установлено, что, выполнив задание, собрав нужные сведения, глубокой ночью Никонов один возвращался в отряд. Но наткнулся на засаду противника, в перестрелке был ранен и захвачен в плен.
     Фашисты хотели вытянуть из матроса сведения о численности и местонахождении советских войск. Они штыками выкололи ему глаза. Но герой хранил военную тайну. Тогда враги привязали Никонова к дереву и сожгли стойкого матроса Балтийского флота. Бойцы отряда рассказывали, что ветер донес до них его последний крик: “Товарищи, отомстите!”. Тогда однополчане атаковали хутор, перебили там немногочисленных немцев. А на окраине деревни обнаружили обугленный труп своего боевого товарища. Тут же, на месте гибели, однополчане похоронили матроса. Они и представить не могли, что провожают Евгения Никонова еще не в самый последний путь.
     — В 1951 году моего родного деда Виктора Никонова пригласили в Таллин, — продолжает Евгений Никонов. — В Эстонии Никонов стал национальным героем. И вот местные власти решили перезахоронить его останки в центральном парке города Кадриорг, кстати, недалеко от нашумевшей Тынисмяги. На гранитном постаменте ему поставили трехметровый памятник из бронзы. Даже выкорчевали дерево, к которому был привязан разведчик, и пересадили его в центр столицы.
     В 1956 году Министерство обороны присвоило Евгению Никонову звание Героя Советского Союза посмертно. Но сразу после обретения Эстонией независимости, в 95-м году, власти Таллина постановили свергнуть памятник Героя с постамента. Матросам Балтийского флота пришлось взять под охрану могилу и обелиск Никонова, но их арестовали за неподчинение.
     — О ситуации узнали власти Самарской области, они вышли с предложением в третий раз перезахоронить моего деда — на этот раз в его родном селе Васильевка. Так был создан настоящий мемориальный комплекс. Они настаивали, чтобы и памятник вместе с прахом перевезли из Кадриорга в Самару. Но бронзовый обелиск оценивался в миллион рублей, так что эстонцы предпочли его разбить и переплавить, — говорит Евгений Никонов.
     Так легендарный матрос Евгений Никонов обрел покой лишь в родной земле. Но никто тогда не стал афишировать акт вандализма и доводить ситуацию до международного скандала.
     — В третий раз его зарыли. И тут же забыли… — качает головой наш собеседник Евгений Никонов. — Видимо, патриотические чувства просыпаются, только когда это кому-то выгодно.



Партнеры