Археология для “чайников”

22 мая 2007 в 19:45, просмотров: 1174

Кто СПОСОБЕН НЕСКОЛЬКО ЛЕТ РАСКАПЫВАТЬ ГУННСКОЕ ПОСЕЛЕНИЕ, по невзрачным черепкам определить дату стоянки, с восторгом рассматривать ржавый наконечник или фотографироваться на фоне черепов? Это “РЫЦАРИ КИРКИ И ЛОПАТЫ”, проще говоря — археологи.

Как говорила Наталья Фатеева в фильме “Джентльмены удачи”? “Отнимать у земли давно забытые, ушедшие тайны…” Так вот, отнимать эти тайны, между прочим, ездят не только профессионалы. Героиня Фатеевой была права: в экспедициях требуются люди и без квалификации. Принимаются и те, кто просто жаждет романтики и влюблен в историю.

 

Могу копать, могу не копать

 

Большинство тех, кто потом попадает под магическое влияние археологии, едут в свою первую экспедицию в возрасте от 13 до 20 лет. Вариантов оказаться в ней много. Можно поехать в летний трудовой лагерь в старших классах школы, можно завербоваться по объявлению в институте. Студентам исторических факультетов хотя бы одна экспедиция в жизни гарантирована — почти во всех вузах на истфаках выделяется отдельным пунктом “обязательная полевая археологическая практика”. Также в сети существуют своеобразные археологические биржи труда. Можно погулять в разделе “Экспедиции требуется” и найти подходящее для себя место в компании археологов. Или же оставить свой клич в разделе “Хочу в экспедицию!” и тогда, возможно на тебя выйдут сами “копатели”.

Обычно волонтеры группируются вокруг профессионального археолога. Тот находит неисследованный памятник и набирает отряд.  Любая экспедиция по структуре примерно одинакова.

Ведущий начальник — тот самый профессиональный археолог — производит координацию, говоря, где и что копать. Именно у него всегда на руках разрешение на раскопки, без этой бумажки действовать нельзя. Помимо начальника в экспедицию входят землекопы. Не обойтись и без лаборантов-археологов, именно они фиксируют все материалы, раскопы, слои. Иногда, кстати, в условиях жесткой экономии и сам начальник, и лаборанты берут в руки лопаты и выступают в роли землекопов. Ну и куда же в экспедиции без завхоза. Без этого ценного человека вся работа на поле парализуется.

Главное орудие полевой археологии, воспетое в многочисленных байках и песнях археологов, — совковая лопата, помимо нее кайло и обычная лопата, реже — кисти, ножи, шпатели. Эти инструменты предназначены для зачистки артефактов — тонкой, мелкой работы, на которую предпочитают ставить девушек. В век автоматизации и компьютеризации археологи применяют и технические новинки вроде спутниковой GPS-навигации, снимков из космоса, геологических радаров. Впрочем, как шутят археологи, “лопату все-таки никто не отменял”.

Обычно новым людям в археологии только рады — тех, кто первый раз приезжает в экспедицию, “ставят на лопату”, а этим нехитрым инструментом орудовать может каждый. Правда, землекопа без опыта на важные объекты могут и не допустить. “Чайник” может испортить дело даже не тем, что разобьет лопатой находку, а тем, что сроет стенку обнаруженного строения, разрушив культурный слой.

 

Шаг за шагом

 

Любая экспедиция условно делится на три этапа. Сначала, весной или осенью, происходит археологическая разведка и поиск памятника, нанесение его на карту, существующую в единственном экземпляре у начальника, сбор подъемного материала (керамики, костей). Второй этап — собственно раскопки — летом. С отгороженной территории раскопа снимаются пласты или культурные слои, находки и следы строений фиксируются и зарисовываются. Третий этап — исследование находок и написание научной работы — происходит уже не в поле, а в лаборатории. Находки обычно отправляются в ближайший крупный краеведческий музей или — в случае их особой важности — в Государственный исторический музей, Эрмитаж или Институт археологии. Впрочем, и эти музейные мастодонты, и обычные местные краеведческие музеи имеют свои “отряды бойцов археологического фронта”.
Археологический сезон формально длится полтора месяца, но в зависимости от природных условий и энтузиазма археологов эта цифра на деле означает “копай, пока копается”. В черте города — к примеру, в Москве, Смоленске, Киеве, где очень много археологических памятников, — раскопки ведутся круглогодично и постоянно.

 

Клянусь лопатой!

 

Не все едут в экспедиции исключительно из-за любви к искусству. Кто-то, особенно студенты, стремится заработать. Землекоп, например, может получать около 6—9 тыс. рублей в месяц. Не путать с практикантами, отрабатывающими практику “за зачет”! Как шутят “старики”, такие практиканты — самые бесправные люди на раскопе.

Зарплата гарантирована при найме по договору. Иногда приходится работать и на общественных началах, но это заранее оговаривается.

И все-таки для настоящего археолога деньги не главное. Привлекают археологический азарт, юношеская романтика, интересный коллектив единомышленников, смена обстановки и жизнь на природе, возврат к первобытному существованию, даже радость от тяжелого физического труда под палящим солнцем. Наиболее преданные делу археологи открещиваются даже от желания найти что-то необычное (“это не археология, а собирательство”) и копают “по идейным соображениям”, желая лучше познать эпоху, восстановить быт предков, не зафиксированный в письменной истории.

В археологические экспедиции ездят обычно “либо один раз, либо на всю жизнь”. Большая часть отсеивается и потом с ужасом вспоминает время, проведенное в полевом лагере. Из оставшихся формируется костяк “стариков”. Само собой разумеется, что в среде археологов существуют свои байки, песни и традиции, которые возникают в каждой экспедиции. Профессиональным праздником считается 15 августа — День археолога, а для новичков в конце экспедиции устраивается посвящение в археологи с обязательными испытаниями и клятвой. “Клянусь боевой подругой-лопатой, соленым потом археолога, мозолями на руках…” Дальше пересказывать клятву и сам ход посвящения отказываются, утверждая, что это дело священное, сокровенное и не изведавшим все прелести работы на раскопе недоступное.

Узнать об экспедициях можно в Институте археологии или на сайте www.archeologia.ru. Рабочий день длится 6—8 часов, жизнь чаще всего протекает в полевых условиях. Если экспедиция большая, то руководство обычно договаривается с общежитием или школой, устраивая стационарный лагерь под крышей. Такой лагерь и связанная с ним возможность принять душ или хотя бы ополоснуться в тазике бывают незаменимы после целого дня с лопатой, зноя, пыли и невероятного напряжения. Хотя бывалые люди говорят, что только в тяжелых полевых условиях можно понять и прочувствовать Археологию. И каждое лето на раскопки отправляются все новые и новые отряды — именно чтобы понять и прочувствовать…

 



Партнеры