Владимир Путин: “Молоть языком каждый может!”

В течение недели, начиная с саммита Россия—ЕС в Самаре, западные журналисты упорно задают Владимиру Путину вопрос о “несовершенстве” российской демократии

25 мая 2007 в 12:54, просмотров: 446

Не стала исключением и пресс-конференция по итогам визита ВВП в Люксембург. Но на сей раз глава государства внес в свои ответы приятное разнообразие: популярно объяснил, какие цели ставят перед собой его критики за рубежом.

Время для визита в эту небольшую, но преуспевающую страну (уровень жизни в Люксембурге — один из самых высоких в Европе) Владимир Путин, не исключено, выбрал с умыслом. Дело в том, что Великий герцог Анри, который и пригласил российского главу в гости — член МОК. Учитывая, что на носу голосование по выбору города, где будет проводиться Олимпиада-2014 — это существенный факт. Не известно, правда, поможет ли членство Великого герцога в МОК Сочи. Но так или иначе, в планах Путина был разговор о грядущем голосовании…

После официального завтрака ВВП отправился на переговоры с премьером Люксембурга Жан-Клодом Юнкером. Отправился — и пропал. В том смысле, что переговоры вместо запланированного часа длились два. В ожидании первых лиц члены нашей делегации развлекали себя, как могли. Алексей Миллер, Владимир Евтушенков и Сергей Кириенко так громко хохотали, что периодически заставляли сидящих в зале для пресс-конференции людей вздрагивать. Миллер то и дело вытирал текущие из глаз слезы. Надо сказать, — вовсе не скупые. Позже Кириенко рассказал, из-за чего был смех. Накануне в Австрии официального представителя “Газпрома” Сергея Куприянова местные журналисты спросили: собирается ли газовый монополист использовать... подземные ядерные взрывы для строительства газового хранилища в Зальцбурге. “Не собирается”, — ответил Куприянов. На следующий день одна из австрийских газет вышла с заголовком: “Газпром” не собирается использовать подземные ядерные взрывы для строительства хранилища газа в Зальцбурге”. “Соответственно, наземные взрывы мы тоже не собираемся использовать”, — сказал Кириенко и вновь захохотал.

Впрочем, в вопросе была своя логика. В свое время Советский Союз, чтобы получить готовое “местечко” для хранилища газа, действительно проводил ядерные взрывы. Но стоит ли говорить, что в современных условиях такие методы нереальны. И уж тем более сложно себе представить, чтобы российские компании устраивали ядерные взрывы в Европе. “Поэтому мы весь день и ржем”, — резюмировал Кириенко.

“Ржание” сопровождалось другими шутками. Тот же Кириенко озвучил идею соединить газовые хранилища с хранилищами ядерных отходов: “Тогда и газ никто воровать не будет — побоятся”.

Наконец перед публикой предстали Путин и Юнкер. “Это кто-то другой решил, что нам нужен для переговоров час, а нам понадобилось два”, — с вызовом произнес премьер Люксембурга. — Мы 140 лет ждали, чтобы глава российского государства посетил Великое герцогство!”

Путина — в который раз — спросили о размещении американской ПРО в Европе. “Один из аргументов (американских— Н.Г.) — это необходимость защищать европейцев. Мы спрашиваем: “А они вас об этом просили?” Ответа нет. Думаю, при современных международных тенденциях американцы такую просьбу получат. Но хотя бы сначала получили!” — возмущенно произнес ВВП.

“В Европе Россию не воспринимают как угрозу, — заявил в свою очередь Юнкер. — Мы должны думать о будущем и не ориентироваться на посттравматические синдромы, которые длятся уже давно. Мы не хотим обидеть Россию. Нужно относиться к этому серьезно и не играть с огнем”.

Следующий вопрос был о российской демократии — сколько еще должно пройти времени, чтобы она стала соответствовать критериям ЕС. ВВП для начала предпочел пояснить, почему некоторым не нравится наша демократия: “В предвыборный период — а Россия сейчас вступает в него — критика в значительной степени концентрируется на правах человека. Одна из целей этой критики — поддержать силы, которые Запад считает прозападными. А кроме того — сделать Россию более податливой в вопросах, которые не имеют отношения к правам человека: по Косово, по вооружениям… Ведь одно дело — когда Россия сильная держава, и другое — когда она ущемлена в правах, и ее к мнению можно не прислушиваться”. И тут же со значением произнес, что “сейчас рычагов влияния на Россию становится все меньше и меньше”. После этого, как водится, Путин перешел в атаку на западные демократии: “В США и Японии до сих пор не отменили смертную казнь. Но никто же не говорит, что их нужно исключить из “Большой восьмерки”. Вспомнил президент и о “прегрешениях” Австрии (“МК” писал об этом вчера), хотя, конечно, находясь в Люксембурге, уместнее было бы говорить о недостатках демократии в этой стране. Но, видимо, таких недостатков ВВП не обнаружил.

Зато высказал свежую мысль: договориться об общих для всех критериях оценки демократии. “А так — языком молоть каждый может”, — подвел итог своего пламенного выступления президент.

Люксембург-Москва

 



Партнеры