Репортеры мы, дяденька!

Журналистов готовят к новой войне

28 мая 2007 в 20:00, просмотров: 606

  Первым на дорогу выскочил боевик с нарисованной бородой. Встал на одно колено, прицелился и выстрелил по автобусу из гранатомета. Оглушенных журналистов за шкирку вышвыривали в кювет и ставили на колени — отдельно мужчин и женщин. В подмосковном Солнечногорске на базе учебного центра “Выстрел” прошли очередные курсы военных корреспондентов.

Застрелить бегущего — одно удовольствие

     Света Алятина испугалась по-настоящему. И когда ее бросили на землю, и когда стреляли из автомата прямо под ноги.
     — Руки за голову! Кто такая? — орал боевик в черной папахе.
     — Корреспонденты мы, дяденька, — пищала Света, прикрывая руками голову.
     После допроса и обыска к курсантам вышел подполковник Эдуард Задорожный и прочитал короткую лекцию о том, как себя вести, если вас захватили в заложники.
     — Если при вас есть телефон, быстро вызовите последний набранный номер, и пусть телефон работает. Тогда хоть кто-то услышит, что вы попали в беду. Ползите к боевикам на коленях, начинайте переговоры, целуйте сапоги, требуйте босса. Выполняйте все, что вам приказывают, хоть раздеться до трусов. Не пытайтесь бежать, пуля все равно быстрее, а застрелить бегущего — одно удовольствие.
     Курсанты внимали подполковнику стоя на коленях и с руками на затылках.
     — Страшно было? — спросил я потом Свету Алятину, студентку третьего курса факультета журналистики Воронежского государственного университета.
     — Не то слово, — ответила Света, которую еще била дрожь. — Стреляют, хамят. Но я должна пережить все чувства, которые бывают на войне.
     — Хочешь стать военным корреспондентом?
     — Нет, я учусь на отделении пиара. Хочу работать в пресс-службе Минобороны.
     Холостые патроны, условные боевики, вместо репортеров — пиарщики. Союз журналистов Москвы, Ассоциация военной прессы совместно с Минобороны, МВД, ФСБ, МЧС подготовили третий выпуск курсов “Бастион” — для журналистов, которые собираются работать в зонах вооруженных конфликтов и чрезвычайных ситуаций.

Война — штука тесная

     В этот раз курс выживания прошли студенты факультетов журналистики. По виду — сущие дети. С ними и обращались как с детьми. На колени ставили, орали, но ни разу никого не ударили, даже при имитации жесткого захвата в заложники. Учили ходить внимательно глядя под ноги. Понаставили растяжек где только возможно. После часовой лекции по минно-взрывному делу преподаватель сам напоролся на растяжку возле столовой, а добросовестные дети за все время курсов не сорвали ни одной. Следующий полезный навык — езда на бронетранспортере. Курсантов загоняли на броню и возили по кругу. Просто чтоб научились крепко держаться. Ну и стрельба над ухом, даже холостыми патронами, тоже полезна. Кто-то заработает пожизненный невроз, будет бояться даже салютов и оставит затею стать военным корреспондентом. А кто-то привыкнет и сможет потом снимать резкие карточки, даже когда вокруг идет непрерывная стрелкотня.
     Самой интересной частью программы были лекции известных профессионалов — Антона Степаненко с ОРТ, Ольги Аленовой из “Коммерсанта”, Александра Сладкова с РТР. В итоге их выступления свелись к одному: чтоб успешно работать, нужно быть порядочным человеком. Такого и в вертолет всегда возьмут, и эксклюзивом с ним поделятся. А плохого человека, подлеца и жадину рано или поздно хорошие люди сожрут. Война — штука тесная, все друг друга знают, и память у всех хорошая. Вот для примера история про Андерсена.

Хорошая память

     Военный оператор Вадик Андреев, прозванный Андерсеном за доброту и русую шевелюру, ждал маршрутку на остановке в родном Митине. Вместо “Газели” возле Вадика остановился черный “Гелендваген”. Незнакомый коротко стриженный водитель бандитского типа вышел из машины и услужливо распахнул перед Вадиком дверь.
     — Вы в центр? Я вас подвезу.
     Огромный 160-килограммовый Андерсен сопя втиснулся на заднее сиденье.
     — А курить можно? — спросил Вадик.
     — Вообще-то нет, но вы курите.
     Так и ехали молча. Водитель рулил, Вадик курил.
     — Вам, вообще, куда? — спросил водитель.
     — 5-я улица Ямского Поля, — ответил Вадик.
     Андерсен вышел у здания телекомпании, поблагодарил незнакомца и захромал на работу.
     Через месяц история повторилась. Тот же черный джип подобрал Андерсена на остановке. Вадик молча и уже привычно устроился на заднем сиденье.
     — На 5-ю Ямского? — спросил незнакомец.
     — На Шаболовку, — ответил Андерсен.
     Тронулись. Наконец водитель не выдержал:
     — Вы ни о чем не хотите меня спросить?
     — Вы извините, но у меня очень плохая память, — признался Вадик.
     — Мы с вами в Буденновске встречались, когда Басаев больницу захватил, — сказал незнакомец. — Я тогда в ФСБ служил, в “Альфе”. Ранило меня там. И вы меня на своих плечах вынесли. Вспомнили? Нет? Не важно. Главное, что я не забыл и готов возить вас на работу всю оставшуюся жизнь.
     — А можно я тогда закурю? — спросил Андерсен.

Твоя жизнь

     Следующий набор в “Бастион” пройдет осенью. На этот раз курсантами станут сотрудники пресс-служб силовых министерств. Их будут учить правильно обращаться с журналистами. Ласково и твердо. Прямой и грубый запрет только стимулирует репортера. Умные силовики работают тоньше. Вот что рассказал мой товарищ Петя, работавший фотокором в газете “Сегодня”.
     — Мы в Буденновске к больнице прорывались. Никто нас не хотел пускать. Но прошли — где внаглую, где обманом. И вот уже больница, только до угла дойти, точка для съемки отличная. Выходим — и нос к носу сталкиваемся с каким-то спецназом: то ли ФСБ, то ли МВД, сидят обедают. И мы понимаем, что сейчас они нас просто прогонят. Стоим, переминаемся с ноги на ногу. Спецназовцы делают вид, что нас не замечают, едят тушенку. А нам всего-то и осталось до угла добежать. Можно, спрашиваю, пройти. Боец только плечами пожал. Иди, говорит, твоя жизнь. И тут я понял, что больше не сделаю ни шагу.



    Партнеры