Крошка-гений, вороны и фейерверк

У Земфиры все старое стало новым

15 июня 2007 в 00:00, просмотров: 460

  “Добрый вечер, Москва! Как давно я мечтала выйти, спеть первую песню и сказать: “Привет, Москва!” Как давно Москва мечтала услышать эти слова от Земфиры.
     
     Она не выступала в Москве два года. Она притаилась на провинциальных площадках и в маленьких клубах зарубежья. Из-за кордона доносились отголоски зрительского восторга. Москвичам оставалось только ждать своего часа. Дождались. Даже дождь не испортил настроение фанатам.
     Вдоль набережной тянулась длинная разношерстная очередь. Прежде чем попасть в зеленый театр, промокнуть, послушать, похлопать, сотни поклонников прошли сквозь парк культуры и отдыха, и потому для большинства билет обошелся не в 800 рублей, а на целый полтинник дороже. Но разве жалко лишней полсотни на любимую Земфиру!
     Земфира на концерт приплыла на яхте.
     “У нас все ломается, а у вас, кажется, дождь начинается. Сволочь!” — с первых шагов на сцене зеленого театра и до последнего биса Земфира улыбалась. Прежде она просто стояла, угрюмо поглядывая в зал, и пела. Депрессивная, агрессивная, опасная девочка из Уфы. Теперь она другая. Космополит, влюбленный в Лондон. Она стала легкой. Похудела, подобрела, посветлела. Земфира, которая раньше никогда не двигалась по сцене, теперь бегала, размахивая руками-прутиками, танцевала, покачивая тощими бедрышками, ерничала, как подросток, бесилась. Крошка-гений, одним словом.
     Ее не принято критиковать. Но рассуждать о новом звучании Земфириных нетленок вряд ли кто запретит.
     Земфира собрала новых музыкантов. Однозначно талантливых и самодостаточных. Поэтому все старое стало совершенно новым. По первым нотам некоторые хиты было почти не узнать. Одни песни стали жесткими, почти металлическими, другие растаяли, как мороженое на жаре, смело зазвучала труба, опрокинулись клавишные переливы на грани джазовых импровизаций. “Доказано” и “Девочка созрела” вообще срослись в одно целое и превратились в солнечное ска, “Брызги” напоминали военное танго. Она накормила оголодавших фанатов своим позитивным настроением и своими старыми новыми песнями. Поклонники, кажется, даже были немного разочарованы, что так мало было по-настоящему новых песен. Может, поэтому так обрадовались каверам: “Лето” Науменко и “Казанова” “Наутилуса”. Из свежего Земфира бросила в зал “Мальчика”, который уже активно покоряет радиоволны, и что-то там про дни недели — “Пятница, Москва колбасится”. На что это похоже? Ни на что. “Пятница” пахнет восьмидесятыми, а хулиганский вальс про мальчика так и просится в уста Людмилы Гурченко.
     Кстати, Гурченко там была, еще были Игорь Крутой, Илья Лагутенко и Гарик Сукачев. Правда, Гарик, то ли испугавшись дождя, то ли разочаровавшись в старой новой программе, покинул VIP-партер спустя четыре песни. И, конечно, Рената Литвинова, которая на этом концерте значилась как главный сценограф и главный режиссер. Драматург Литвинова придумала запустить в небо настоящих ворон, черных и жирных, устроить дождь из конфетти, а под финал — настоящий фейерверк. Получился отвлекающий маневр. Люди отвернулись от сцены, завороженные салютом. Земфира посмотрела грустно в яркое небо и ушла.
     Но потом, когда уже толпа потянулась к выходу, она снова вышла и спела “Бесконечность”. Поставила твердую точку в концерте и двухмесячном туре “Дежавю”. И ушла дописывать “самый лучший альбом” — видимо, потому что новый, который выйдет, по словам певицы, осенью. “Я очень жду осени”, — сказала она на прощание.



Партнеры