Приговор Ульману: что между строк?

Осужденные или в бегах, или убиты

15 июня 2007 в 00:00, просмотров: 591

  Сегодня в военном суде Северо-Кавказского округа вынесен приговор группе Ульмана, в январе 2002 года расстрелявшей шестерых человек в горной Чечне. Командир группы заочно приговорен к 14 годам строгого режима. Его заместитель, лейтенант Калаганский, — к 11 годам; старший разведчик, прапорщик Воеводин, также заочно получил 12 лет; оперативный офицер, майор Перелевский, единственный из подсудимых, кто присутствовал в зале суда, приговорен к 9 годам колонии строгого режима.
     
     Группа капитана Ульмана пропала 12 апреля этого года. Перед самым вынесением приговора, после того как государственный обвинитель запросил для Ульмана 23 года лишения свободы, а для его разведчиков Калаганского и Воеводина — 18 и 19 лет. Военных объявили в федеральный розыск, но по сей день он не дал никаких результатов. Наиболее вероятная версия: капитан Ульман и его товарищи ушли в побег, не желая безропотно принимать неоправданно суровое наказание. Конфликт спецназовцев с правосудием заключается в том, что отвечать перед законом должны только исполнители, а люди, отдававшие явно преступный приказ, — такие как руководитель совместной комплексной операцией полковник Плотников, офицер отдела спецразведки группировки полковник Золотарев и другие начальники, включая командующего группировкой генерала Молтенского, — вообще не понесли никакой ответственности. Именно поэтому группу Ульмана дважды оправдывали присяжные. После двух оправдательных вердиктов процесс над спецназовцами зашел в тупик и стал политическим. Новое руководство Чечни в лице Рамзана Кадырова жаждало посадить группу Ульмана. Но беспристрастные присяжные не хотели сдавать одного капитана и освобождать от ответственности всех, кто выше его по званию. В правосудие вмешалась исполнительная власть, и очередной процесс над разведчиками вели уже не присяжные, а профессиональные судьи.
     Несколько удивляет относительная мягкость приговора по сравнению с теми сроками, которые для подсудимых запрашивал прокурор. Все-таки 14 лет — это не 23. Однако есть основания полагать, что такой срок назначен исчезнувшим спецназовцам с расчетом, что они вернутся. Даже после того, как разведчики ушли в бега, они могут рассчитывать освободиться досрочно, с учетом их былых заслуг и возможных будущих амнистий участникам боевых действий на Северном Кавказе. Срок длинный, и политическая конъюнктура за это время может несколько раз смениться. Например, расхитителя государственного имущества, бывшего мэра Грозного Бислана Гантемирова выдернули прямо из Бутырок и отправили на войну осенью 99-го года: Москве тогда очень понадобился чеченец, способный воевать с федералами против своих соплеменников. Бислан выполнил эту миссию и спокойно живет в Москве.
     Однако такой расчет судей, даже если он имеет место, вряд ли оправдается. Дело в том, что, чего бы ни хотела наша власть — например, посадить группу Ульмана, — ее желание упирается в вязкий саботаж рядовых оперов, которые и должны искать капитана. Желание власти в этом случае противоречит настроениям подавляющего числа простых силовиков. Они прекрасно понимают, что дело Ульмана политическое, и не горят желанием искать разведчиков только за то, что где-то там в горной Чечне они убили шестерых чеченцев. Для многих прошедших эти войны такое деяние вовсе не выглядит преступным. Во всяком случае они считают, что несправедливо сажать одного капитана, когда многим другим все это благополучно сошло с рук, а некоторые за подобные действия даже получили ордена и медали.
     Дело Ульмана и розыск Ульмана очень точно показывают суть нашей власти: брутальной снаружи, жесткой и бескомпромиссной — и беспомощной в тех случаях, когда кто-то смеет оказать ей хоть малейшее сопротивление. Наша карательная машина способна наказывать только тех, кто сам готов понести наказание и безропотно ждет приговора. Например, майора Перелевского. Когда группа ушла в побег, оперативный эксперт дисциплинированно остался ждать приговора. И вот за свою законопослушность майор Перелевский получил 9 лет.
     Есть и другая версия исчезновения группы Ульмана, маловероятная, но окончательно не опровергнутая, — разведчиков просто убили. Суд не стал дожидаться ни окончательных подтверждений побега, ни подтверждений убийства. Возможно, власть рассчитывала еще и на то, что осужденных преступников Ульмана, Калаганского и Воеводина милиция будет искать с большим рвением, чем троих военных, просто нарушивших подписку о невыезде.
     Сегодня 62-й день, как группа Ульмана бесследно исчезла. И если их не удалось найти по горячим следам, то теперь это сделать гораздо труднее.



Партнеры