Всё в шоколаде!

Дворец спорта открыли и… съели

20 июня 2007 в 00:00, просмотров: 796

     Кто-то строит воздушные замки. Кто-то лепит дворцы из песка. А вот латышский кондитер Алдис Бричевс предпочитает из шоколада. Сладкий строительный материал очень недолговечен. В принципе любая конструкция из него могла бы просуществовать достаточно долго. Однако главный враг создаваемых мастером эфемерных шедевров — не время, а человеческий аппетит. Автор знает об этом и даже не хочет бороться. Зачем?
     Строить из шоколада — это, оказывается, профессия. Редкая, странная, но все же. Алдис Бричевс, 37-летний шоколадник из Латвии, недавно переехавший на ПМЖ в Россию, — один из немногих ее представителей в нашей стране. Его фишка — памятники архитектуры и здания в шоколаде. В этом году, например, мастер наваял шоколадный макет Венской оперы. Чуть раньше — уменьшенную копию Петропавловской крепости в Петербурге. В прошлом году, когда в подмосковном Волоколамске отмечали 670-летний юбилей, Алдис слегка изменил привычному направлению и сделал для города 8-метровую шоколадную ладью. Это потому, что в древности через Волок Ламский по суше перетаскивали суда, чтобы вытащить их на большую воду. Отсюда название города. На сооружение исторического символа ушло полтонны какао.
     В этом году к дню города в Волоколамске построили дворец спорта с бассейном, и, чтобы порадовать старых друзей, Алдис решил удивить их новым буйством фантазии.
     — Приезжайте, увидите, как строят из шоколада, — сказал он по телефону.
     Конечно, такую возможность корреспонденты “МК” упустить не могли. В новом здании Дворца спорта накануне открытия заканчивали отделку. Между тем острые запахи краски и клея напрочь забивали ароматы горячего шоколада.
     — Я тут оккупировал две комнаты, — с характерным акцентом произнес Алдис. — Проходите и постарайтесь не хлопать дверью — конструкция из-за этого может обрушиться.
     Как говорится, слесарю — слесарево, а цезарю — цезарево. Пока строители штурмовали готовящийся к сдаче объект, Алдис возводил свой дворец — точно такой же, но шоколадный.
     — Мой стиль — все делать вручную и в одиночку, — поясняет мастер. — Варю шоколад на водяной бане маленькими порциями.
     Добившись нужной консистенции массы, Алдис при помощи шприца формирует из нее пласты. Застывая, они наслаиваются друг на друга, как этажи. Все выше и выше. Личный рекорд Алдиса — башня в человеческий рост — метр семьдесят. И это притом что для придания жесткости конструкции им никогда не применяется арматура. С нею все было бы чересчур просто.
     — А как же жара? Где гарантия, что дворец не растает?
     — Во-первых, он невелик — всего-то 60 см в высоту. Кроме того, внутри проложены специальные вентиляционные шахты. Если же становится совсем жарко (застывший шоколад выдерживает температуру окружающего воздуха до плюс 29 градусов), включаю вентиляторы. Правда, для этого мне самому приходится сидеть взаперти и никому не открывать. Иначе микроклимат нарушится.
      Но и не только. Дело в том, что для протирки посуды и инструмента Алдис применяет коньяк. Шоколад — продукт нежный, несовместимые запахи легко его портят. Присутствие коньяка улучшает качество шоколада. Но… Какой соблазн для строителей глазеть на батарею бутылок!
     — Шоколад тонко реагирует не только на ароматы, но и на энергетику человека, который его создает, — убежден Алдис. — Когда я занимаюсь приготовлением шоколада, думаю только о нем, работаю по 14 часов в сутки и практически ничего не ем, чтобы не перебивать вкус. Поверьте, результат того стоит. Ведь хороший шоколад, если его кушать много и правильно, избавляет людей от негативных эмоций и продлевает им молодость.
      Правильно — это значит: никогда не запивать его холодной водой, не есть мучного и острых блюд за два часа до употребления шоколада (допустимы мясные блюда из говядины, свинина в комбинации с шоколадом прямо противопоказана). Шоколад благосклонен к горячему чаю и кофе, хорош в сочетании с коньяком и глинтвейном, допустим в тандеме с теплым красным вином. И еще шоколад любит свежие розы. Наверное, потому что у них совместимое биополе.
     — Мне нравится украшать свои замки, дворцы живыми бутонами, которые в шоколаде начинают распускать лепестки, — говорит Алдис. — Не все владеют этим секретом. В чем он заключается — не скажу. Нужно сделать на розе особый хитрый надрез и законсервировать ее в расплавленной массе. После этого роза не увянет еще несколько дней.
     В обрамлении благоуханных роз шоколадные творения — ах! — абсолютно невинно толкают на воровство. Хочется отломить кусочек и незаметно запихнуть себе в рот.
     — Это нормально, — улыбается Алдис, — магия шоколада действует практически на всех. Люди в этом не виноваты. Иной раз даже очень важные и крутые персоны на высоких приемах ведут себя точно малые дети.
     Не так давно мастер выставлял на ВВЦ композицию, посвященную дню рождения Пушкина. В традиционном для себя материале он воплотил строфу из “Евгения Онегина”, в которой поэт увековечил “Страсбурга пирог нетленный меж сыром лимбургским живым”. На свитке из белого шоколада черным была написана цитата, тут же — гусиное перо и чернильница. И, конечно же, сыр — с дырками и шоколадными мышами. Ведь он, по определению классика, должен быть живым — то есть шевелящимся! Пока публика разбиралась, откуда взялись грызуны и куда при этом смотрела санэпидстанция, свиток с цитатой под шумок скоммуниздили.
     — Наверное, съели, — говорит Алдис. — Но я не в обиде. В прошлый раз, например, когда я сделал для волоколамцев ладью, ее скушали воспитанники из детского дома.



Партнеры