Танки женщин не боятся

В канун юбилея Кантемировской дивизии журналистка “МК” стала танкистом

23 июня 2007 в 00:00, просмотров: 477

На засекреченные полигоны, где тренируются танковые войска, журналисты попадают нечасто. Гвардейская Кантемировская дивизия к своему 65-летнему юбилею, который отмечается 24 июня, сделала исключение. Корреспондент “МК” решила воспользоваться ситуацией и пройти боевые учения на танкодроме.

Нещадно палит солнце. Над головой — голубое небо, ласточки, шмели. А в ушах дикий рев и гул. На поле — танкодроме — ямы, ухабы, в землю вкопаны “ежи”, стоят растяжки, желтые таблички, обозначающие мины. Это препятствия, которые должен обойти танк. Кантемировцы лихо водят боевые машины, поднимая тучи пыли. И мне с асфальтовой дорожки почти ничего не разглядеть. Обидно. А редактор-то вообще поручил пройти курс молодого бойца…

И тут удача.

— Если бы не ваши белые брюки, мы бы вас на танке прокатили, — неожиданно кричит мне с поля старшина.

— А может, к черту брюки? — отвечаю я. И лишь через мгновение понимаю двусмысленность фразы.

К счастью, танкисты — люди неиспорченные.

— Максим, дай-ка девушке запасные штаны, — тут же следует команда солдату.

Прямо на свои джинсы быстро натягиваю военные. Размерчик, прямо скажем, не мой. Положение спасает гимнастерка, которую смышленый солдат стягивает с себя и по-джентльменски предлагает мне. Она скрывает погрешности моего костюма. И вот я стою в нагретой солдатским телом куртке, изящно подкатанных защитных штанах модного фасона “галифе” и... в босоножках на восьмисантиметровых каблуках.

— Значит, так: проводить девушку на танк. Смотрите, чтобы без переломов. Отвечаете головой, — отдает команду старшина молодому танкисту.

Только после этих слов доходит, на какой риск иду. Вспоминаю напутствие усмехающегося фотокорреспондента: “Что в редакции-то сказать? Чтобы считали коммунистом?” Но отказываться поздно. Солдат хватает меня за руку и бегом тащит к танку.

— А как на него залезать? — спрашиваю с ужасом. — Я же на каблуках.

Танкист мужественно подставляет под мои ноги свои руки, и я оказываюсь на броне. Цепляясь каблуками за какие-то выступы, спотыкаясь, иду к своему люку.

— Левой ногой становитесь на спинку сиденья, правой — на вот эту педаль, держитесь за крышку люка. Главное, не садитесь, — объясняет танкист.

Занимаю правильную позицию и понимаю, что полсантиметра вправо или влево — и я рухну. Впиваюсь в крышку люка — и уже никакая сила не оторвет меня от него. Солдат скрывается в танке и… погнали!

Кажется, мы едем так быстро, как только может ехать танк. На каждой яме меня уносит в сторону. Крышку люка трясет. Ноги дрожат, сердце замирает, бросает то в жар, то в холод. Одна мысль — только бы удержаться. Мама дорогая, кажется, мы разгоняемся. Тут я начинаю орать. Со всей дури. И где-то краешком сознания понимаю, что картина сюрреалистичная — вопящая девушка с бешеными глазами, развевающимися по ветру длинными волосами в люке несущегося “Т-80”.

Наконец мы объехали все “ежи” и мины, разбросанные по танкодрому. Впереди — противотанковый ров, колейный мост и брод… Тут я взмолилась. И случилось чудо: танк как по команде остановился.

Из люка вылез улыбающийся солдатик.

— Ну как?

— Божественно, — это все, что я могла ответить в тот момент.

Помню, минут пять меня не могли оторвать от крышки люка. Потом все же сняли с танка и поставили на землю, которую я готова была целовать, если бы сгибались ноги.

Реанимировал меня механик-водитель. Чуть смущаясь, он протянул мне букет дикой ромашки, который собрал прямо на полигоне.

— Вы первая девушка, которую я катал в своем танке. Возьмите, это вам.

В тот момент эти ромашки мне казались самым шикарным букетом, который я когда-либо получала.

Редакция “МК” от всей души поздравляет прославленную гвардейскую Кантемировскую дивизию с юбилеем. Побед вам, удач и успехов!



Партнеры