Конкурс от памяти Мстислава — к триумфу Мирослава

Победитель конкурса Чайковского (piano) — в интервью «МК»

1 июля 2007 в 16:26, просмотров: 457

...Вот и кончен бал. Обидно до слез. Такой праздник музыки, от которого — по-доброму — трясло всю Москву! С половины седьмого по Большой Никитской — не проехать: толпы вокруг консы шастали, предвкушая начало концерта… И теперь всего этого не будет? Будет. Миру предъявлены около 20 имен зрелых и талантливых музыкантов — из тех, кто прошел (или почти прошел) в 3-й тур. Но сегодня мы ставим красивую точку нашими триумфаторами, в ночь были названы их имена; и мы тут же бежим к пианисту Мирославу Култышеву, студенту питерской консерватории, взявшему на КЧ серебро (золото не вручалось).

…Не вручалось — да и ладно. Это уже третий случай на КЧ за его историю. Но это не мешает, например, моему любимому Николаю Луганскому (взявшему серебро без золота в 1994-м) оставаться одним из самых сильных и востребованных пианистов современности. Позолоченное серебро лишь означает, что во время нервотрепки конкурса не было мощного, видимого глазу отрыва первого пианиста от всех других; но дайте срок. Култышев лишь перешел на четвертый курс, ему еще два года плюс аспирантура. Но он уже музыкально старше своих лет — спокойный, выдержанный, интеллигентный и… очень легкий.

На его концерте в 3-м туре я сидел на ступеньках амфитеатра: народу просто прорва. И когда эта прорва устроила Мирославу после 3-го концерта Прокофьева овацию, я подумал, что — прости Господи — сейчас это случится: зал рухнет. Он весь — одно дуновение, которое одухотворяет инструмент. Его нота имеет судьбу. Его нота остается в памяти.

А сейчас он стоит и словно бы не понимает, что с ним случилось. Что он — первый; и с этого момента начинается его долгая битва за музыку…

—      Конечно, этот конкурс — серьезнейшее испытание; наиболее труден — первый тур, ведь надо было преодолеть предконкурсное давление, собраться… Но я справился. Третий тур — когда пианист впервые играет с оркестром — это особая история. Но у меня нет никаких претензий к оркестру; на репетициях мы с дирижером ГАСО Марком Горенштейном корректировали темпы, но он относился ко мне очень тонко и чутко. Он мне помог.

—      После выступления вы мысленно ставили себя на какое-то место?

—      Думаю, нет. Я видел ребят — все они достойны финала, уровень очень высокий, поэтому представлять что-то было сложно. К сожалению, я почти ни с кем не знаком из конкурсантов. Не потому что хочу дистанцироваться, а просто так получилось…

—      Что сказала мама, узнав, что вы — победитель?

—      Ой, так мало времени прошло, боюсь, мы все еще не успели осознать до конца. Нормальная человеческая радость. Конечно, мама приехала. Она здесь. Ведь это она меня в пять лет отдала в музыкальную школу…

—      Учились легко? Не было так, что от музыки кривили нос?

—      Нет, абсолютно. Музыка нравилась, и это благодаря и маме, и учителям, и моему педагогу Александру Сандлеру; они тоже приезжали — подбадривали-поздравляли, так что поддержкой я не был обделен.

—      Сколько сольных концертов вы дали за минувший сезон?

—      Около десяти. Играю и в Москве, и в Петербурге, и за рубежом. Но, конечно, надеюсь, что победа в конкурсе будет иметь приятные последствия в плане увеличения концертов. Ведь в наше время, не пройдя все горнила, трудно на что-то претендовать.

—      Что — кроме музыки — вас увлекает за собой?

—      Я хотел бы видеть себя разносторонним человеком; кроме гуманитарной области, очень интересуюсь политикой…

—      Вот как? Ну и как же вы относитесь к визиту Уго Чавеса в Москву?

—      Помилуйте, последние три недели я ни о чем, кроме конкурса и думать не мог…

—      Питер — город серьезных органных традиций. Понятно, что инструменты очень разные, но попадал ли орган в сферу ваших интересов?

—      Пока эта тема закрыта для меня, но в отдаленных планах — возможно… Знаете, фортепиано — настолько безгранично и неисчерпаемо, что хватило бы жизни все переиграть, что хочется… И у меня, думаю, пресыщения не произойдет.

—      Вы женаты?

—      Это самый неожиданный вопрос. Нет.

—      А в планах?

—      Думаю, пока нет…

…Москва плакала, когда хоронили Мстислава Ростроповича. И Москва словно расцвела, когда шел этот конкурс, посвященный его памяти. И память о нем не была очернена. Мы рады, что первую премию по виолончели взял Сергей Антонов, по которому судьба нанесла два серьезных удара (номер “МК” за пятницу), парень чуть ли не накануне финального концерта “поднимал” новую программу… И вот он первый. Преодолев всё. Что ж, этот конкурс во всех специальностях и во всех смыслах был конкурсом преодоления. Министр Соколов хотел вернуть ему былой авторитет. Это бы получилось, будь пошире представлена Европа. Но Европа почти не приехала. Так что работа над конкурсом не прекращается. Но главное было достигнуто — большинство достойных заняли достойные места. Музыка обрела новых героев.

Справка “МК”: финалисты конкурса им. Чаковского.

—       фортепиано: 1-ая премия — не присуждается, Мирослав Култышев (Россия) — 2, Александр Лубянцев (Россия) — 3;

—       скрипка: Маюко Камио (Япония) — 1 премия, Никита Борисоглебский (Россия) — 2, Юкки Мануэла Янке (Германия) — 3;

—       виолончель: Антонов Сергей (Россия) — 1, Бузлов Александр (Россия) — 2, Вардаи Иштван (Венгрия) — 3.

—       сольное пение: 1-ая премия среди женщин — Шагимуратова Альбина (Россия), 1-ая среди мужчин — Цымбалюк александр (Украина).



Партнеры