Скинхеды, гастарбайтеры, солдаты

3 июля 2007 в 14:37, просмотров: 256

Отклики на заметку “В армии откармливают 20 тысяч худых” (“МК” от 29 июня). Главный военный медик генерал-майор Валерий Куликов заявил, что основными болезнями, по которым освобождают от военной службы, являются психические расстройства и недоедание.

“Ну какие такие недоедающие подростки? Разве в стране голод или блокада Ленинградская? Достаточно макарон с маслом (можно подсолнечным) нарубаться, и уже никакой худобы и недокормленности не будет. Тут дело в другом. Слабые должны не портить генофонд, а их откачивают прямо с рождения. Они ведь худые не потому, что жрать им не давали, просто они вообще не должны были бы выжить, а им дали такой шанс врачи. А потом этот “недокормыш” женится, дите родит еще более слабое. Замкнутый круг. Гуманизм есть величайшее зло в отношении сохранения “рода” человеческого. Калистратъ”.

“Вот уж не поверю, что вояки о здоровье детей пекутся. Физра, может, и нужна, но без нормативов. ГТО надо сдавать пузатым офицерам, а то они больше похожи на беременных. Между прочим, это их работа, и они обязаны быть в норме. А вот от детей рекордов требовать не их дело. Крокодил Гена”.

“А призывники хотят отъедаться? Готов спорить, что они предпочтут умереть с голоду, но дома, а не в вонючей казарме. А как кормят в казармах, знаем — не надо лапшу на уши вешать. Деньги Минобороны возьмет, а ребятишки останутся голодными. Некроф”.

Отвечает корреспондент отдела силовых структур Дарья ФЕДОТОВА:

— На самом деле сегодня больше говорят о сильной армии, чем что-то делают для ее появления. Здоровье молодежи — общегосударственная задача. Минобороны, которое теряет военную силу, может, и заинтересовано в том, чтобы эти тысячи недокормленных парней встали в строй. Но вся проблема в том, что интересы армии не особо трогают ведомства, ответственные за финансирование. А бесплатным стаканом молока для школьников, на которое расщедрилось государство, к сожалению, не обойтись.
Калистратъ, не хочу вас разочаровывать, но для человеческого рода куда опаснее духовное разложение. Если действовать вашими методами, боюсь, соберется фашистская армия.

* * *


Отклики на статью “Скинхедов закрывают в Интернете” (“МК” 28 июня).

“У нас в России ситуация анекдотичная: за одно и то же преступление русского могут осудить по статьям “экстремизм” и “разжигание...”, а “кавказ” осудят по статье “за хулиганство...”. BAYERN”.

“Кто такие скинхеды, а? Почему я их в Москве не вижу, кроме как по телевизору? Живу на окраине Москвы — нету их тут. По выходным часто бываю в центре, гуляю по бульварам, захожу в кафе и прочее. Не вижу. В упор! КалистратЪ”.

“И не только интернет-порталы националистов следует запрещать, а их владельцев и авторов преследовать по закону. Необходимо очистить прилавки от книг, наличие которых невозможно вообразить в Европе. Замечательный способ наказания — конфискация имущества, выплата алиментов в пользу преследуемых, унизительные общественные работы: мыть пол и сортир в синагогах, мечетях, храмах — все зависит от ситуации. 3321781”.

Отвечает заместитель редактора отдела силовых структур Олег ФОЧКИН:

— Что касается осуждения русских или кавказцев по статье “экстремизм” и “разжигание межнациональной розни”, то, похоже, вы просто забыли или не хотите вспоминать о делах религиозных экстремистов “Хизб-ут-Тахрир”, ваххабитов и прочих. Еще недавно о них писали очень много. Когда осуждали членов этих организаций, почему-то возмущений не было... Стоит присмотреться к подоплеке нынешних драк. Там тоже есть уголовная составляющая с обеих сторон. Но дела по “экстремизму” у нас возбуждаются с неохотой: трудно доказать. Да и до суда они доходят чаще с переквалификацией на уголовные статьи, что, на мой взгляд, неправильно, но пока это данность.

Блоги и литература... Первые закрывай — не закрывай, все равно новые появятся. А книжки изымают. Но каждый раз нужно проводить экспертизы, доказывать. Поднимается шум о цензуре. И все затягивается. Причем происходит это не только с фашистской, но и вообще экстремистской литературой...

 Что касается заявлений Калистрата о том, что он не видел в Москве скинхедов, то, видимо, он не по тем улицам ходит. Или не в то время. Мне они встречаются, и довольно часто. И далеко не всегда они подстрижены под ноль и ходят в камуфляже и тяжелых ботинках.

* * *

Отклики на статью “Гастарбайтер — твой сосед” (“МК” от 27 июня). Гастарбайтеры живут вместе с нами, хотим мы этого или не хотим. Вопрос в том, нужно ли с этим смириться или принимать какие-то меры, чтобы гости чувствовали себя все-таки гостями, а не хозяевами положения.

“Россия — для русских! Москва — для москвичей! Алтуфьево — для алтуфьевцев! Гадюкино — для гадюкинцев! Подъезд №3 — для третьеподъездцев! Без визы никого не пускать! А вы еще не создали свое удельное княжество? Педриот”.

“При наличии в стране массовой безработицы коренного населения завозить рабочих — преступление против своего народа. Этим путем мы поднимаем другие государства, а свое губим. Офицер”.

“Даже в провинции из местных мало кто пойдет работать на з/плату в $200, вот работодатели и вынуждены принимать выходцев из СНГ. Они работают не хуже местных. К сожалению, мы слишком быстро забыли о том, что раньше жили в одной стране. Сейчас все крутится вокруг денег, народ очерствел и готов разорвать даже соседа по площадке. Просто всем нам нужно чаще проявлять взаимоуважение и терпимость. Провинциал”.

Комментирует редактор отдела Подмосковья Виктор СОКИРКО:

Поинтересовался тут у специалиста по немецкому языку, что все-таки означает слово “гастарбайтер”. Это — “приглашенный рабочий”. Получается, что, именно так называя этих людей, мы их к себе сами и пригласили. И если не было бы спроса на “приглашенные” рабочие руки, они бы к нам не приехали. И если уж соблюдать историческую справедливость, то нужно заметить, что гастарбайтеры появились в Москве еще в 50-х годах прошлого века, только называли их тогда — лимитчики. Приглашенные по лимиту рабочие, которые строили Лужники, метро, заводы ЗИЛ и АЗЛК, возводили дома и корпуса предприятий. Их дети и внуки сегодня — москвичи.

По моему личному убеждению, все люди на Земле делятся только на две национальности: хороший человек и плохой человек. Все остальное  — пустое. Я сам приехал в Москву 17 лет назад и, хотя у меня здесь родились две дочери и есть какие-то корни, москвичом себя не считаю. Но! Я целиком и полностью соблюдаю законы и правила поведения своего места пребывания. Я люблю Москву и Подмосковье, люблю и уважаю ее жителей и гостей. А не люблю хамов и хулиганов. Приехал — будь добр уважать законы и обычаи пригласившей тебя территории.

ПИСЬМО НЕДЕЛИ

Штат Невада. На пустынном берегу озера —  ящики. Спрашиваю: “Что это?”. “Мусорные бачки, — отвечают. — Если не выставить, инспектор свернет к воде и поинтересуется, куда туристы девают свой мусор”...  Насколько мне известно, в США нет “ничейных” земель, “не расписанных” за определенными ведомствами, службами, муниципальными органами или общественными организациями.
Мне кажется, Россию вряд ли можно очистить от мусора, если не задавать каждый раз вопрос: “Чья это земля (вода, лес, стройка), которая так загажена? Кто допустил безобразие?” Конечно, чтобы ответить на этот вопрос, надо разбираться в структуре органов власти, ведомств и служб, которыми так богата Россия... Может, с этого и надо начинать отечественную антимусорную кампанию? Леонид Шейнин, Москва”.

Пишите по электронному адресу letters@mk.ru, на сайт “МК” и на почтовый адрес: 123995, Москва, улица 1905 года, 7, редакция “МК”.



Партнеры