Россыпь

6 июля 2007 в 13:39, просмотров: 954

Деньги


 

И вот наступил день, когда в мире остались только деньги…

На планете только тем и занимались, что делали деньги. Бедные хотели стать богатыми и потому готовы были за жалкие подачки буквально на все. Богатые не любили расщедриваться и копили, копили, копили…

Продавалось и покупалось что угодно. Но продаваемого было, как ни крути, ограниченное количество. Ведь запасы имевшегося в наличии истончились и подошли к полному истощению. Леса были вырублены, ресурсы разбазарены, полезные ископаемые добыты. Дома, в которых можно было существовать и дышать пригодным воздухом и утолять жажду не отравленной водой, — заняты и окружены надежной охраной, которая за глоток кислорода и чайную ложку свежей влаги готова была отстаивать интересы нанимателей до последней капли крови. То, что еще можно было продать, не могло быть продано просто потому, что не было таких денег, которые соответствовали бы истинной стоимости объекта. Обладатели подлинных сокровищ заламывали цены чисто формально, теоретически, ибо расстаться с уголком живой природы, прилегающим к морю или реке, означало расстаться с шансом выжить. Но цены повышались, станки допечатывали все больше купюр, печи выплавляли все больше золота, а кредитные карточки демонстрировали своим хозяевам все большее количество нулей. Горы никчемных купюр заваливали пустоши безжизненных пространств, среди этих эверестов бегали крысы, которые могли питаться бумагой со всеми мыслимыми степенями защиты против подделки.

Наступила блаженная пора для банкиров, которых не убывало, теперь они могли считать наличные дни и ночи напролет и при этом не опасались, что будут ограблены. Никому, кроме них, дензнаки стали не нужны…

А вместе с ними стали не нужны и люди…

Переодевание

(участвуют два персонажа)
ПЕРВЫЙ (в цивильном костюме, хватает нож, пистолет, ружье, размахивает ими). Всех порешу!
ВТОРОЙ (в мантии судьи). Нельзя, нельзя!
ПЕРВЫЙ (сменил повседневный наряд на военную форму, оставив при себе оружие). Всех!..
ВТОРОЙ (благосклонно). Можно, можно…
Место действия — земной шар.
Время действия — любое.

Жулик

— Жулик! Жулик! Жулик! Он — жулик! — закричали другие жулики, и ославленный был отлучен от когорты тех, кто успел заголосить раньше.
Почему он?

По улице шел военный и думал: “Почему он? С какой стати он? Встал во главе? Он, а не я? Чем его биография лучше? Моя предпочтительнее. Он, что ли, тащил на себе раненого друга под огнем душманов? Нет, сидел в офисе и строчил отчеты. Чистюля. Он, что ли, отказался стрелять в бунтующий, жаждавший свободы народ возле Белого дома? Нет, в танке сидел я. И мне хватило мужества не стрелять. А он в это время встречался в кафе с агентами. Пил кофе. Я был выкинут на улицу, не знал, чем кормить семью, а он пристроился в администрацию прихлебалой, тянул деньги за разрешение открывать магазины и ларьки. Без квартиры по вокзалам мыкался я, и добился-таки жилья. И в охранники пошел, чтоб заработать на жизнь. Рискуя своей. А теперь я вырос до тренера по самбо и воспитываю детишек, а он чинит показуху. С черными поясами и японскими рукоплесканиями. Турист. Так и шлындрает по свету… Почему же сложилось, что руководить выпало ему, а не мне?”

Думавший был близок к разгадке, но так ее и не постиг.

Дело не в заслугах и даже не в стечении обстоятельств. Дело в непредсказуемой случайности, которая правит миром. Если ты апологет этой теории, тебе на роду прописано быть везучим, жить полнокровно и лихо. Если ты противник такого взгляда, тебе все будет не так, ты всегда останешься недовольным.

Валидол

Ему было неважнецки. Он принял таблетку валидола. Бросил упаковку на стол. Подошел кроха-сын и проглотил оставшиеся таблетки. Когда он это увидел, ему стало еще хуже. Бросился к телефону, вызвал “неотложку”. Врач спокойным голосом велел дать ребенку активированного угля, обещал приехать и промыть крохе желудок.

Он не смог отыскать в аптечке этот уголь. Руки дрожали.

Прибывшая бригада понаблюдала за ребенком и сделала вывод: не надо промывать. Мальчик адекватен. Валидол не опасен: мята и только. “Вам повезло”, — сказали ему лекари и отбыли.

И тут перенервничавшему стало совсем худо. Он потянулся за валидолом… Но таблеток ведь не осталось…



    Партнеры