А Гарри Потер-то вырос

Режиссер нового фильма волшебной саги: “Это самая нервная часть приключений”.

18 июля 2007 в 16:01, просмотров: 841

Несмотря на все вышесказанное, Дэниел Рэдклифф признался, что именно с Дэвидом Йейтсом ему было тяжелее всего работать, а ведь это уже пятая часть поттерианы. Да, речь идет о выходящей в прокат пятой части фильма “Гарри Поттер и Орден Феникса”, а Дэвид Йейтс — именно тот режиссер, которого меньше всего ожидали увидеть на съемочной площадке волшебной саги. Да он и сам не ожидал, о чем и рассказал в эксклюзивном интервью “МК” незадолго до премьеры фильма.

— Я был очень, очень удивлен. Вы, конечно, знаете, что до этого я работал только на телевидении. Но для меня, конечно, съемки “Гарри Поттера” были очень заманчивым предложением. Хотя бы потому, что всем нам интересно, что скрывается за привычными вещами. А в книгах Джоан Роулинг реальность очень тесно и очень правдоподобно переплетается с миром волшебников.

— Каковы были ваши впечатления от пятой книги?

— Я прочитал ее и… ничего не понял. Кто? Что? Зачем? Что происходит вообще? Тогда я взял предыдущие четыре и прочитал их все, от начала до конца. Пятая мне показалась намного мрачнее предыдущих. Кроме того, она более нервная, что ли… Гарри взрослеет, он уже не тот милый мальчик из предыдущих фильмов, у него тот самый период в жизни, когда надо утвердиться, появляется желание со всеми спорить. И мы сами прошли через этот штормовой возраст и помним его. Именно это нервное напряжение мы и хотели отразить в фильме. И, конечно же, мрачность, которая есть в самой книге.

— Некоторые режиссеры, которым предлагали снять эту часть фильма, отказались именно потому, что “Гарри Поттер” — марка, и сложно сделать что-то оригинальное…

— Нет, я не могу с этим согласиться. Я был абсолютно свободен. И я понимаю, что до меня фильм снимали совершенно другие режиссеры, со своим собственным видением, со своим почерком. Но я могу вам сказать откровенно: никто не указывал, что мне делать. Напротив, мы много беседовали с продюсерами, искали решения разных сцен, я очень долго общался с актерами — мы обсуждали причины тех или иных поступков.

— В любом случае у вас не было простора, актеры уже известны…

— Да, но какие это актеры! Я обожаю Филча, например. Это потрясающий образ, и моя любимая сцена, где он стоит после фейерверка, устроенного братьями Уизли, среди обломков табличек с приказами Умбридж, и у него дымятся волосы. Я обожаю Алана Рикмана и не могу дождаться съемок следующего фильма — там у него роль будет больше.

Мне посчастливилось — я участвовал в выборе девочки на роль Луны Лавгуд, и считаю, что нашел прекрасную кандидатуру — Эванну Линч, и до сих не перестаю удивляться ее таланту. Так что я получил от работы огромное удовольствие.

— Кажется, вы едва ли не первый режиссер поттерианы, который показывает Лондон красиво…

— Вы говорите о полете? Да, я очень хотел сделать эту сцену, где волшебники летят над Темзой, мне вообще кажется, что это очень английская сцена… Мне говорили: “Но в книге ведь нет этого!” “Ну и что, будет здорово, если волшебники пролетят над Темзой”, — отвечал я. В итоге мы сняли эту сцену, хотя она, конечно, была не из дешевых и к тому же сложная в исполнении. Сложно было снимать ночную Темзу, нам потребовалось несколько камер, много техники. А виды Лондона… Вообще, Лондон мне не кажется очень кинематографичным городом, а вот именно Темзу и виды, которые открываются по ее берегам, можно назвать фотогеничными.

— Вы уже решили, в каком ключе будет решена следующая часть фильма?

— Секс, наркотики и рок-н-ролл. Не буквально, конечно, но настроение шестой книги совершенно иное — там больше эмоций, она более живая. К тому же терзания Гарри уходят на второй план, и на первый выходят его друзья — комический роман Рона с Лавандой, начало романа Рона и Гермионы, все это очень интересно.

— А седьмую часть вы готовы снимать?

— Я-то готов, но давайте дождемся, когда выйдет книга.

— Но результатом вы довольны?

— Да, я абсолютно уверен, что сделал все, что в моих силах.

 

ФАКТЫ О ФИЛЬМЕ

Декорация атриума Министерства магии — самая большая за всю недолгую историю съемок поттерианы. Ее размеры: 60 метров в длину, 36 в ширину и 9 в высоту, и именно там произойдет решающий бой между Дамблдором и Волдемортом. Над атриумом пришлось серьезно поработать, в результате долгих раздумий было решено стилизовать его под интерьеры викторианской Англии XIX века. А так как министерство находится под землей, то художники использовали плитку, которой выложены стены на самых старых станциях лондонского метро. Кстати, вход в Министерство магии снимался недалеко от британского министерства обороны.

Замучившись с открытым кастингом еще во времена выбора актрисы на роль Чу Чанг, той самой девушки, с которой Гарри таки поцеловался в пятой части фильма, создатели поттерианы решили найти актрису на роль новой героини фильма, чудачки Луны Лавгуд, собственными силами. Им это не удалось, и открытый кастинг все же был объявлен. На него заявилось 15 тысяч претенденток самого разного возраста. По крайней мере, именно так уверяют продюсеры. По его результатам была выбрана 14-летняя Эванна Линч, от которой группа до сих пор пребывает в восторге. Кстати, сережки в виде редисок, которые зритель увидит в фильме, Эванна сделала своими руками.

Мире Наир (“Ярмарка тщеславия”) и Жан-Пьеру Жене (“Амели”) предлагали занять режиссерское кресло пятой части поттерианы. Почему отказалась Наир, неизвестно. Жене в интервью сказал: “Когда мне предложили стать режиссером пятой части, почти все было готово — от актеров до сценария. Мне же оставалось только сесть в кресло и командовать: “Мотор!” Но моя жизнь слишком коротка, чтобы тратить ее на подобное кино”. В итоге “командовал “Мотор!” телевизионный режиссер Дэвид Йейтс, никому не известный, но с задачей справившийся настолько блестяще, что студия Warner Bros. уже подписала с ним контракт на шестой фильм.

— Больше всего хлопот декораторам и художникам по костюмам доставило создание образа профессора Умбридж, которую сыграла Имельда Стэнтон. Ковер в ее кабинете обошелся студии в 50 тысяч долларов, вероятно, в копеечку вышло изготовление 200 тарелок с котятами, украшающих его стены (прибавьте сюда компьютерные эффекты, при помощи которых все 200 котят на тарелочках ожили). Также пришлось потратиться на вату, при помощи которой Долорес Умбридж придали вес и мягкость, так как Имельда Стэнтон оказалась женщиной не полной. Кстати, актриса принимала участие в разработке костюмов — всего того розового, вязаного и пушистого, что ей пришлось носить на площадке.

 



Партнеры