И это все о ней…

2 сентября 2007 в 15:22, просмотров: 381

В ночь на 1 сентября 1997 года ленты мировых информационных агентств запестрели пометками «Срочно!»: принцесса Диана вместе со своим любовником Доди аль-Файедом попала в автокатастрофу в парижском туннеле Пон-д’Альма. Главной темой газетных заголовков и телерепортажей надолго стала ее смерть: погибла народная любимица, прилежная мать, всемирно известная благотворительница и бывшая жена принца Уэльского. Тысячи скорбящих потянулись тогда к Кенсингтонскому дворцу, а пресса принялась третировать королевскую семью. Спустя 10 лет ее имя по-прежнему не сходит с газетных полос, ряды поклонников растут, а сувениры с ее светлым образом расходятся как горячие пирожки. Утрата имиджа лучшей женщины современности леди Ди, судя по всему, не грозит.

Почему Диана пользовалась такой популярностью? Что было в ней привлекательного, кроме красоты и принадлежности к королевской семье? Как неверная жена наследника престола превратилась в народном сознании едва ли не в мать Терезу? Ответы на эти вопросы вот уже десять лет ищут и журналисты, и серьезные исследователи ее жизни.

ВОПЛОЩЕННАЯ НЕПОРОЧНОСТЬ

До появления в списке потенциальных невест наследника британского престола Диана Френсис Спенсер была абсолютно неизвестна широкой публике. В школьные годы третья дочь графа Спенсера из толпы одноклассников ничем не выделялась, особыми успехами в учебе похвастаться не могла и, не получив по окончании обучения никакой квалификации, поступила на работу в элитный детский сад.

Путь к всенародной славе начался в фамильном поместье Спенсеров, куда принц Чарльз наезжал по приглашению родителей Дианы на охоту. В 31 год он оставался холостяком и испытывал постоянное давление со стороны семьи, жаждавшей увидеть наследников.

Брак с любимой женщиной Камиллой Паркер-Боулз был в то время для него невозможен, и выбор едва вышедшей из подросткового возраста, казавшейся столь наивной Дианы Спенсер представлялся и Чарльзу, и королевскому дому безупречным.

О помолвке, которой предшествовал осмотр будущей королевы гинекологом на предмет девственности, было объявлено в начале 1981 года, и вскоре невеста уже позировала перед камерами, демонстрируя полученное при обручении сапфировое кольцо. Принц Чарльз на вопрос, влюблен ли он, скромно отвечал: «Вообще любовь есть». Отношения жениха с Камиллой Паркер-Боулз не были для Дианы секретом. Незадолго до свадьбы газеты опубликовали снимки свидания принца с некоей дамой, чье лицо оставалось в тени, но имя не было загадкой.

Тем не менее 29 июля 1981 года юная, красивая, голубоглазая Диана, одетая в платье от Emmanuel, вышла из золотой кареты, и ее многометровая фата протянулась по красной дорожке Вестминстерского аббатства.

Перед нацией предстала невеста мечты, воплощение непорочности и сбывшейся сказки о Золушке. Народ ликовал.

ОТ ДЕВСТВЕННИЦЫ К МАДОННЕ

Медовый месяц новобрачные провели на яхте «Британия», куда принц прихватил целую стопку книг. «У меня совсем нет времени на чтение», – жаловался он. Вскоре после возвращения стало известно, что принцесса Диана беременна, и за месяц до годовщины свадьбы она родила первенца – принца Уильяма.

К тому времени она уже прекрасно знала, кто «делает» знаменитостей, и не упускала шанса попозировать с младенцем на руках. В Великобритании, большую часть населения которой составляют протестанты и агностики, мадонна не вызывает столько эмоций, сколько в католических странах, тем не менее и здесь, как во многих других культурах, целомудренное материнство является достаточно эффективным имиджем.

Вскоре после рождения принца вопреки традициям королевского дома оставлять детей на время путешествий на попечение родственников Диана настояла на том, чтобы во время поездки четы в Австралию маленький Уильям отправился с ними. И была вознаграждена: украсившие первые полосы газет фото маленького принца, играющего на пледе рядом с матерью, вызывали у добрых католиков-австралийцев умиление; Диана, мило улыбаясь, приветственно жала тянущиеся из толпы руки и принимала букеты цветов от поклонников. Когда чета, приветствуя население, шла вдоль дороги (каждый по своей стороне), люди, стоявшие со стороны принца Чарльза, жаловались, что им «не досталось» общения с принцессой. В одном из интервью принц тогда признался: «Мне хотелось, чтобы Диана раздвоилась и могла бы шествовать по обеим сторонам дороги, а я бы спокойно прогуливался посередине».

В 1984 году на свет появился рыжеволосый принц Гарри, поначалу не снискавший особой любви отца. Он хотел девочку и во время первого визита к жене не смог скрыть разочарования сыном. «Он даже такой же рыжий, как все Спенсеры», – пожаловался принц Чарльз. Сама Диана считала, что полностью отдала свой долг стране. «Я родила наследника и его дублера», –  говорила она друзьям. Однако отношения в семье становились все более прохладными, а характер леди Ди – все более истеричным.

«Мягкая, добрая и сострадающая Диана – это только одна составляющая гораздо более сложной и противоречивой личности, – вспоминает в своей книге «Принцесса Диана» служанка Венди Берри. – Сторона, которая никогда не демонстрировалась публике, оказалась не очень приятной и совсем не вписывалась в известный всем образ. Частая смена настроений делала принцессу непростым в общении человеком.

Действительно, никогда нельзя было предугадать ее реакцию или предвидеть, как следует держать себя с ней».

НЕВИННАЯ ЖЕРТВА

В 1985 году принц Чарльз возобновил встречи с Камиллой Паркер-Боулз. Тогда же к Диане попали письма мужа и леди Камиллы. Результатом стали булимия – болезненная страсть к еде, сопровождающаяся рвотой, плюс настойчивое желание быть постоянно в центре внимания если не мужа, то публики и, наконец, сменяющие друг друга любовники. Танцы леди Ди на сцене с известным британским хореографом Вэйном Слипом (по словам принцессы, это был сюрприз ко дню рождения принца Чарльза) королевская семья еще могла перенести. Чашу терпения переполнили ставшие достоянием общественности записи ее разговоров с одним бойфрендом, переписка с другим и телефонные звонки третьему. Появившаяся в 1992 году книга Эндрю Мортона «Диана: ее подлинная история»,  полная скандальных подробностей, имела эффект разорвавшейся бомбы. Перед публикой предстала несчастная брошенная жена, совершившая несколько попыток самоубийства, заболевшая на почве неверности мужа и пытающаяся найти утешения у «настоящих мужчин». С этого момента сердца всех брошенных жен принадлежали Диане: каждая из них отождествляла себя с поруганной принцессой. Книга, как утверждал тогда автор, была написана с разрешения Дианы.

Вскоре после ее смерти выяснилось, что она не просто благословила появление будущего бестселлера, но и сотрудничала с автором.

Имидж невинной жертвы упрочился после выступления принцессы в программе Би-би-си «Панорама» в 1995 году. Годом раньше интервью Би-би-си дал принц Чарльз, который признал свои внебрачные отношения, но заявил, что возобновил их лишь после того, как понял, что его брак безвозвратно разрушен. К тому времени супруги уже жили отдельно. Диана, в свою очередь, подробно рассказала, как ее не понимали в королевской семье, какие страдания она испытывала и как она была одинока. «С самого начала нас было трое в этом браке, – заявила она, отвечая на вопрос, считает ли она Камиллу Паркер-Боулз виновной в развале ее семьи. – Кто-то один был лишним». Тогда же она публично призналась в связи с одним из своих любовников. И поведала еще одну «тайну»: «Я знала, что мне никогда не стать королевой Англии, но я хотела быть королевой человеческих сердец».

Для королевской семьи точка возврата была пройдена. Чуть меньше года спустя состоялся официальный развод. Диана получила 17 миллионов фунтов стерлингов, однако (к великой своей досаде) утратила титул «Ее Королевское Высочество». Миф о невинной страдалице к тому времени дополнился мифом о Белоснежке, в котором леди Камилле была отведена роль злобной мачехи.

Удачным дополнением к нему стала благотворительность, в которой леди Ди активно участвовала.

Принцесса посещала клиники для больных СПИДом и даже пожимала руки некоторым из них. Летала в Африку, где держала на руках чернокожего голодающего малыша. Присоединившись к Британскому Красному Кресту в 1997 году, она стала символом борьбы за запрет противопехотных мин. «Все мы помним фотографии Дианы на минных полях в Анголе и Сербии, а когда в кампании принимает участие фигура такого масштаба, это имеет особое значение», – утверждает активист группы британских борцов с противопехотными минами Саймон Конвей. Все эти маленькие подвиги принцессы неизменно фиксировались прессой, и ряды ее поклонников пополнялись жертвами СПИДа, борцами против голода и противопехотных мин, бездомными и безработными.

Стараниями массмедиа она стала своего рода иконой, священным символом страдания и сострадания.

ДАЙТЕ ЗАНАВЕС!

Отношения леди Ди с прессой во многом смахивали на договор доктора Фауста с Мефистофелем. Принцесса по максимуму использовала свои возможности против королевского дома и значительно преуспела: ей удалось дискредитировать правящий дом и саму идею монархии в Великобритании больше, чем кому-либо.

За любовными похождениями Дианы жадно следил весь мир, и она сознательно делала их достоянием гласности через дружественную ей прессу. Она так увлеклась этой игрой, что забыла: массмедиа – это самый ненасытный зритель, который требует актеров на сцену даже тогда, когда уже все отдано без остатка, произнесены все монологи, отыграны по много раз завязка, развязка и финал...

По иронии судьбы преследуемая папарацци принцесса таблоидов стала жертвой своей собственной известности и охочей до пикантных подробностей желтой прессы. «Кто так сопротивлялся мне, бывало, простерт в песке, с ним время совладало, часы стоят».

Однако спустя 10 лет миф о леди Ди не затерялся в череде новых героев медийной рампы, а, наоборот, обрастает все новыми и новыми легендами, вплоть до того, что ее смерть – дело рук английских спецслужб, пытавшихся таким способом спасти честь британской короны.    





Партнеры