ВИРу – ВИР!

6 сентября 2007 в 14:30, просмотров: 1660

Несколько сотен взрослых людей, одетых в форму времен Второй мировой войны, собираются в лагере, где все вещи только образца 40-х годов, общаются, тренируются в приемах строевой подготовки, получают оружие и – на сражение, где траву рвут траки танков, в небе кружат самолеты, на поле нужно беречься от вполне серьезных взрывов и переползать по-пластунски.

Что это? Продвинутые режиссерские приемы съемки российских фильмов военной тематики?

Сборище неонацистов? Ни то, ни другое. Это подготовка к фестивалю «Москва за нами», посвященному годовщине сражения за Москву в 1941-м. Проходит такой фестиваль каждый год во вторые выходные октября на историческом Бородинском поле в рамках государственных программ.

Принимают участие в фестивале не переодетые актеры из массовки, а люди, увлеченные военно-исторической реконструкцией далекой уже эпохи.

История, какой она была, воплощалась в материальном мире. Интерес к истории отечества (да и вообще интерес к истории) порождает и интерес к материальному миру истории – что человек ел, во что одевался, из чего стрелял в себе подобных. За сухими страницами книг и справочников о Великой Отечественной стоят живые люди: практически в каждой семье кто-то воевал в той войне. За интересом к судьбе людей, к коллекционированию простых предметов, нужных солдату, зачастую приходит интерес и к психологии человека того времени. А это уже первый шаг к военно-исторической реконструкции.

Собрав форму солдата, человек надевает ее и старается преобразиться именно в бойца-красноармейца или солдата вермахта. А когда находит единомышленников – образуется клуб реконструкторов, где можно общаться, получать различную информацию, но не более.

Неизбежно возникает желание показать себя людям, которые по своим интересам и роду деятельности крайне далеки от подобных увлечений. Показать, какой была война в деталях – до пуговки на бриджах… Вот это и есть военно-историческая реконструкция, а человек, увлеченный этим занятием, и именуется реконструктором.

УРОК ИСТОРИИ

Основными лозунгами российского движения военно-исторической реконструкции (далее для краткости – просто ВИР) всегда были два: «Дорогами прошлых войн – к миру» и «Проживи это, почувствуй это». В общем, люди здесь самых разных возрастов (от 18 до 60). Встречаются очень разные люди по образованию (от студента первого курса до кандидата наук), по социальному статусу (те же студенты, инженеры, дизайнеры, чиновники, предприниматели и много кто еще). В составе клубов есть профессиональные историки, кандидаты исторических наук, авторы статей и монографий, известные художники-униформологи. Хотя в соответствии с принципом общей аутентичности (абсолютно все должно соответствовать историческим аналогам – от штатного расписания групп до спичечного коробка) присутствие дам в форме является скорее исключительным, чем рядовым событием.

Девушек в клубах реконструкции Второй мировой не более 5 процентов. Общее число реконструкторов никогда и никто не пересчитывал, и «единого командования» у военно-исторических клубов нет. Командующий в «эпизодах сражения», как правило, выбирается руководителями присутствующих на фестивале групп. Однако можно предположительно назвать цифру от 300 до 500 реконструкторов РККА и от 700 до 1000 реконструкторов немецкой армии по России. Для Москвы это соответственно 100–150 и 250–300, для Санкт-Петербурга – до 100 и до 150.

По сравнению с другими эпохами реконструкции Вторая мировая (именно так обычно ту войну называют реконструкторы, вкладывая в это понятие более широкий смысл, чем в понятие «Великая Отечественная») достаточно популярна. Реконструкторов эпохи Первой мировой войны меньше на порядок, эпохи Гражданской войны в России – меньше раз в пять. Достаточно молодой темой в движении российской ВИР стала Гражданская война в Америке, но один из «крупных» фестивалей под Лугой собрал не более 60 «северян» и «южан» из Москвы и Питера. Вьетнамская война собирает около 300 человек. По-прежнему многочисленной и вполне сравнимой по количеству фестивалей, участников и общему размаху действа остается эпоха наполеоновских войн – на празднике «Бородино» (первые выходные сентября, то же Бородинское поле) собирается около полутора тысяч реконструкторов, из них около 100 – верхом, и до 100 действующих пушек той эпохи.

Клубы ВИР на Вторую мировую существуют во многих крупных городах. В Москве это объединение «1-я пехотная дивизия вермахта», куда входят не только «пехотинцы», но и «парашютисты» (интересно людям прыгать с парашютом в форме), «саперы», «кавалеристы» и «разведчики»; клуб «Доброволецъ – XX век», где реконструируют дивизию «Герман Геринг»; клуб «37-й пехотный полк»; клубы «21-я авиаполевая дивизия», «Кампфгруппа «Ост» и «Полк «Дер Фюрер». Существуют клубные объединения в Питере, Краснодаре, Ростове-на-Дону, Королеве, Минске, Новосибирске, Калининграде (Кенигсберге), Красноярске, Алма-Ате… Им противостоят клубы «ВК РККА», «НКВД», «Выстрел», «Кавалерийская разведка РККА» в Москве, «Сибирский доброволец» в Новосибирске, «34-я гвардейская стрелковая дивизия» в Ростове-на-Дону, военно-исторический клуб «Балтиец» из Санкт-Петербурга и другие. Зачастую бывает так: половина клуба «воюет» за одну армию, вторая половина – за противника. Потому что если не обеспечить себе противника, с кем же «воевать»?

Почему вермахт большинству реконструкторов интереснее, чем Красная армия? Казалось бы, вполне закономерный вопрос. Однозначного ответа на него нет. На одном из интернет-форумов реконструкторов был проведен опрос «За кого бы лично вы пошли воевать в 41-м?». Большинство реконструкторов вермахта ответили: «Пошел бы защищать свою Родину, Россию – СССР». Просто вермахт – более интересный объект именно для реконструкции. Практически в каждой немецкой части существовали отличия в традициях (и соответственно в униформе), которые объединяли людей в общность. Этого практически не было в Советской армии – ну так сложилось. И если немецкий солдат после госпиталя, как правило, возвращался в свою часть, то советскому бойцу зачастую и вернуться было некуда – части переформировывались по несколько раз за войну.

Исключение составляли гвардейские и некоторые другие части, но носить наименование «советских гвардейцев» решаются немногие реконструкторы. Все-таки слишком велика моральная ответственность.

Другой часто задаваемый вопрос: есть ли у людей в немецкой форме схожая идейная база? Иными словами, является ли человек в форме немецкого оккупанта носителем фашистской идеологии, а в советской – закоренелым сталинистом? Как правило – нет. Уважающие себя клубы ВИР на сайтах предупреждают: мы не занимаемся пропагандой фашизма, национализма, сталинских репрессий, других видов розни между людьми.

Большинство людей, занимающихся реконструкцией, вполне адекватны в «мирной жизни» и не призывают устроить «пивной путч» или открыть концлагеря для лиц «не той» национальности.

Хотя, конечно, та война еще памятна российскому обществу, в связи с чем есть все же некий налет политизированности в подходе организаторов к приглашению участников. Существуют клубы, реконструирующие подразделения РККА, и людей здесь объединяет увлечение историей, как правило, конкретной части. То же можно сказать и о коллегах-реконструкторах вермахта и люфтваффе или о диковинных пока для российских фестивалей «американцах» и других «союзниках». Однако долгое время ведется дискуссия об этичности реконструкции войск СС; на некоторые мероприятия реконструкции «эсэсовцев» не допускают. На территории Российской Федерации считается неэтичным использовать и форму «восточных батальонов», полицейских частей и власовских формирований, хотя они тоже составляют часть истории.

ПО ДОЛИНАМ И ПО ВЗГОРЬЯМ

Надо заметить, что военно-историческая реконструкция в России – небольшая пока часть мирового реконструкторского сообщества. В целом движение ВИР у нас зародилось в начале 90-х, в то время как в Европе и Америке уже с начала 60-х проводились многочисленные реконструкторские фестивали. Правда, в Америке в основном реконструировали американскую Гражданскую войну, в Европе – события XVIII–XIX веков.

Все-таки присутствует в реконструкции определенный политический момент… У нас же большинство реконструкторов 90-х начинали с Первой мировой войны, потом наметился серьезный отход назад. Однако и сейчас российские реконструкторы считаются более аутентичными воссоздаваемому облику, чем европейские.

Только сейчас начинается и общение российских реконструкторов с зарубежными коллегами. Во-первых, все же увеличился средний достаток россиян – реконструкция, как дальше будет понятно, увлечение не из дешевых; во-вторых, помогает Интернет – находить контакты, приезжать на международные фестивали. Например, уже традиционным для российских реконструкторов эпохи Первой мировой войны становится участие в военно-исторических фестивалях, проводимых в Чехии: «Блоссдорф» и «Битва у Зборова». Но все-таки доходы россиян пока несравнимы с доходами европейцев, и количество реконструкторов в процентном отношении к населению пока значительно ниже, чем в других странах.

Серьезные мероприятия по Второй мировой войне проводятся в России и на постсоветском пространстве недавно – примерно с 2000 года. Крупнейшим в России стали фестивали «Москва за нами» и «Семь эпох» в Петербурге, на Украине – «Сражение за Лютежский плацдарм», в Беларуси – «Линия Сталина». С каждым годом в игрушечную войну втягиваются все новые люди.

Практически в каждом региональном центре хотя бы раз в год, но проводятся военно-исторические фестивали.
Зачастую помогают и местные власти, заинтересованные в пропаганде отечественной истории в ходе, например, молодежных мероприятий, – оплачивают пиротехнику, питание, проезд участников к месту проведения акции. Для бюджетных регионов, между прочим, это существенное подспорье…

В ТЕНИ «СРАЖЕНИЙ»

Как и в любой нормальной армии, существуют и у реконструкторов тактические занятия. Но – по причине отсутствия адекватного оружия – развивается сейчас так называемый военно-исторический аэрсофт (страйкбол), где используется пневматическое оружие с энергией поражающего элемента (шарика) не более 7,5 Дж, разрешенных законодательством. Конечно, защитное снаряжение (очки и другие элементы) несколько снижают достоверность внешнего вида реконструктора, зато глаза целы. Оружие продается без лицензии, но, к сожалению, пока образцы советского вооружения на рынке не представлены. Хотя в московских магазинах можно приобрести как немецкий карабин «Маузер-98К» (производители – японские фирмы «Марушин» или «Танака») или образцы вооружения союзников, так и, например, автомат «Томпсон». Как правило, пока представители «советской» стороны здесь играют с «трофейным» оружием. Игра развивается по своим правилам; в Москве есть уже несколько клубов реконструкции, в сферу интересов которых входит и создание страйкбольных команд.

К поисковой работе, «модной» среди реконструкторов десятилетие назад, многие поостыли – в основном в силу полулегальности этого занятия на настоящем этапе.

Носить на фестивале «родные» вещи жалко, а среднестатистический реконструктор хотя и приобретает, и продает, и обменивает выкопанные предметы (зачастую в непригодном для реконструкции состоянии), все же считает, что купить целый предмет проще, чем восстанавливать разрушенный временем.

Многие, собрав одну форму, серьезно начинают собирать другую – на другую эпоху или даже страну. 5–6 униформ различных стран и народов в одном шкафу – не редкость. Реконструктор со стажем более 3 лет обычно состоит в нескольких клубах, или в его клубе развивается несколько направлений. Зачастую действует чей-то пример:

Вася решил заниматься Первой мировой, присоединюсь-ка к нему. И все начинается сначала…

Некоторые реконструкторы эпохи XIX – начала XX века воссоздают и бальную культуру прошлого.

Танцевальные клубы сейчас переживают новый наплыв желающих изучить хорошие манеры и классические бальные танцы.

Периодически реконструкторы участвуют в различных научных конференциях по интересующей их эпохе.

Востребованность клубов существует и в индустрии кино. Фильмы «Александровский сад», «Штрафбат», «Сволочи», «Диверсант», «Остров», целый ряд документальных фильмов и передач не обошлись без участия реконструкторов. Качество фильма, правда, все равно выходит не очень: главным специалистом по костюму мнит себя любой режиссер, и приходится делать не так, как положено, а так, как режиссер сказал. Поэтому претензии людей, разбирающихся в военной истории, к режиссерам достаточно постоянны: то фантастический сюжет построят, то ордена персонажу не так прикрепят, то не так оденут киногероя (артисты, исполняющие главные роли, как правило, «обмундировываются» не консультантами и не реконструкторами, а просто малооплачиваемыми костюмерами киностудий).

Несмотря на критические замечания по поводу самих фильмов, участие в них реконструкторов является исключительно положительным моментом. Пусть хоть что-то в фильме будет правильно.

Зарабатывать реконструкцией Второй мировой в целом практически невозможно. Киношники платят от 50 до 150 долларов США за съемочный день. Мероприятия для широкой публики (выступления клубов на Поклонной горе 9 Мая, 22 июня и в другие памятные дни), а также реконструкция эпизодов Великой Отечественной по просьбам музеев и патриотических организаций тоже оплачиваются. Но для основной массы реконструкторов все равно это заработок непостоянный и не основной. Есть, правда, заслуженные и опытные люди (как правило, руководители клубов), которые получают зарплату на киностудиях в качестве консультантов исторических фильмов.

Конечно, в военной истории каждый видит свое. Один может собрать форму генерала и выходить в ней на люди один раз в год; другому интересна «движуха», сама акция реконструкции; третьему интересно до мелочей разобраться, как устроен тот или иной предмет. Есть любители позаниматься строевой подготовкой; есть любители техники; есть люди, которым интересна тактика войсковых единиц. Но все они собираются в клубы, где дисциплина основана не на внешней воле, а на самоограничении. В клубах есть и звания, и иерархия, и клубные награды (копии настоящих), хотя для большинства это и не важно, интересней процесс, когда ты ощущаешь себя солдатом 1941 или 1914 года, хотя многие действия и могут быть предопределены сценарием. В общем, это как просмотр фильма о войне с возможностью участвовать в этом самом фильме.

Автор выражает благодарность Сергею Горожанину и Константину Зотову, а также военно-историческому клубу «Доброволецъ – XX век», материалы которых очень помогли при написании этой статьи.

КАК СТАТЬ РЕКОНСТРУКТОРОМ?

Достаточно просто. Можно попробовать найти в своем городе клуб: одиночек не приглашают, как правило, на мероприятия ВИР, да и узнать им о таких мероприятиях затруднительно. Интернет, конечно, облегчает общение, и по запросу «военно-исторические клубы» тот же «Яндекс» выдает больше 20 страниц ссылок. На большинстве сайтов есть своеобразные каталоги клубов по каждой интересующей вас эпохе. Если в вашем городе вы не смогли найти единомышленников, можно попробовать присоединиться к территориально ближайшему клубу.

Сколько это стоит? Многое зависит и от умения что-то сделать своими руками. В зависимости от этого стоимость комплекта снаряжения солдата вермахта может колебаться от $300 до $3000. Подлинные вещи редко бывают в идеальном состоянии, и это состояние говорит об их раритетности и ценности в историческом плане. Использовать такие вещи в реальных полевых условиях по крайней мере непрактично, да и просто жалко.

Ну а если вещь еще и сильно поношена, то в самый неподходящий момент она может порваться, сломаться и причинить массу хлопот. Применять подлинные («родные») вещи стоит только тогда, когда нет возможности найти им замену. Это в первую очередь относится к металлическим деталям снаряжения (за исключением, пожалуй, лишь ременных пряжек), пуговицам, патронным сумкам, бакам для противогаза.

Схема сбора первоначального материала проста: сначала собирается металлическая мелочь для амуниции – крюки, карабины, шпеньки, пуговицы. Приобретается каска, вернее, «котел» подходящего размера, противогазный бачок. Если есть умение и желание, то можно самому привести все это в божеский вид, если нет – всегда найдутся люди, которые почистят, зашпаклюют, покрасят и восстановят утраченные детали. В итоге получится почти новая вещь. По большому счету стоит это недорого, по крайней мере значительно дешевле «родной вещи» в аналогичном состоянии. Например, реставрация каски обойдется в 800–1000 рублей, а «родная» каска в более или менее хорошем состоянии потянет на $100. При определенных навыках можно самому изготовить и все необходимые кожаные предметы амуниции.

Форма российских реконструкторов (летние и зимние комплекты) по качеству не уступает лучшим западным образцам и изготовлена уже промышленным способом. Вопросы цен на готовые вещи обсуждаются частным образом и касаются лишь исполнителя и заказчика.

Реконструкция – занятие недешевое, поэтому надо быть готовым к материальным затратам, которые скорее всего никогда не окупятся в денежном отношении.

Если нет определенного опыта, прежде чем приобрести что-либо на стороне, лучше посоветоваться со специалистами, иначе в результате можно получить вещь или совершенно ненужную, или по слишком завышенной цене, или вообще в итоге предмет окажется совсем не тем, о чем говорил продавец.

Где это все достать? Как правило, после знакомства руководитель клуба и неофит договариваются о сроках приобретения новичком минимального комплекта обмундирования и снаряжения, в котором не стыдно будет поучаствовать в мероприятии; срок этот обусловлен желанием клуба вывести на мероприятие как можно больше людей. В разных клубах стандарты разные, но, например, клуб «22-й пехотный полк» рекомендует иметь следующий набор, без которого новичок, если будет участвовать в мероприятии, сойдет лишь за «солдата последних дней войны». В скобках указаны примерные цены московского «Вернисажа» на базовый комплект (например, на Украине все дешевле раза в два). Цены на предметы расширенного набора, которые часто очень индивидуальны, мы здесь не приводим.

 «1. Для летней кампании: каска (от 1000 до 5000 руб.), пилотка (600 руб.), мундир, брюки (комплект в среднем 6000–7000 руб.), носки (600 руб.), сапоги (до 5000 руб.), нижнее белье, индивидуальный перевязочный пакет (100 руб.), ремень с бляхой (до 2000 руб.), портупея (1500 руб.), для стрелка – два подсумка (пара 1500 руб.), для пулеметчика – кобура (около 1000 руб.) и коробка с ЗИП (около 1000 руб.), для санитара – подсумок с перевязочным материалом и дополнительная фляга (комплект – около 3000 руб.), сухарная сумка (600 руб.), котелок (100–500 руб.), фляга (в сборе – до 2500 руб.), лопата с чехлом (в комплекте – до 2000 руб.), штык в ножнах на подвесе (до 4500 руб.), противогаз в баке (достаточно одного бака за примерно 1500 руб.), противоипритная накидка (около 800 руб.), плащ-палатка с кольями и дополнительными ремнями для переноски (около 3000 руб.), столовые принадлежности (500 руб.).

2. Для зимней кампании: двусторонний комплект из куртки и штанов, зимние сапоги, теплые носки, перчатки или варежки, ток, свитер, белый чехол на каску или кусок белой ткани, можно использовать трофейные валенки и «реквизированную» теплую одежду.

3. Документы: солдатская книжка, опознавательный жетон, наградные листы.

Дополнительные предметы, не обязательные к ношению: чехол на каску, защитные очки, шейный платок, трапеция с штурмовой сумкой, комплект для чистки оружия, рюкзак или ранец, фонарик, рубашка, комплект рабочей одежды, рабочие перчатки, походные ботинки, одеяло, шинель, сумка для гранат, продуктовая сумка.

Личные вещи (должны иметь вид согласно своему времени): бритвенные принадлежности, полотенце, расческа, мыло, зубная щетка и паста, бумажник, коробка для масла, гуталин, рожок для обуви, ручка или карандаш,
зажигалка, швейные принадлежности, устав, разговорник, записная книжка, песенник, презервативы, сигареты (без фильтра), спички, фотоаппарат, фотографии, письма, газеты, спиртовка, упаковки сухого горючего, батарейки для фонарика и др.» (взято с сайта OSTFRONT).

Для реконструкции образа красноармейца набор немногим меньше… Вообще занятие реконструкцией зачастую превращается в увлекательное коллекционирование: чем больше предметов у тебя есть, тем больше ощущаешь, чего тебе не хватает для создания образа – например, именно батареек от фонарика.

Обмундирование и снаряжение зачастую (особенно не в столичных городах) клубы шьют сами по имеющимся образцам или по готовым выкройкам либо заказывают умельцам из других клубов. Не секрет, что снаряжение солдата Первой мировой войны, изготовленное руками пермского мастера по коже Михаила Кылосова, – самое качественное и исторически аутентичное. Но, увы, мастеров мало, а спрос на их изделия все больше. Здесь вновь на помощь приходит Интернет: интересующие реконструктора предметы есть на разных сайтах – начиная от e-bay и заканчивая сайтами производителей, находящихся, например, в Сингапуре. Кстати, сингапурские и китайские товары для реконструкторов не только дешевые, но и достаточно качественные. Единственная путаница, которая возникает в переписке с зарубежными коллегами, – это разница в размерах. Как правило, клубы уже освоили массовый пошив и заказ – так надежнее, единообразнее и дешевле.

Есть и фанаты аутентичной техники. Но в нашей стране танк иметь в частной собственности нельзя (как правило, на мероприятиях выступают танки из танкового музея в Кубинке со своими экипажами), а вот мотоцикл или автомобиль – можно. Многие клубы имеют в своем распоряжении единицы техники, восстановленной и «реанимированной». Цены могут также варьироваться: например, мотоцикл «Цундап» можно приобрести за цену от 1500 до 5000 долларов, в зависимости от состояния.

Вопрос с оружием для ВИР в нашей стране с ее удивительным законодательством остается открытым. В большинстве случаев для массовых мероприятий реконструкторы получают под расписку оружие СХП (стреляющее холостыми патронами), которое предоставляется в аренду крупными киностудиями. Только им разрешено иметь его в собственности. Использование охотничьего, газового, пневматического и другого оружия, которое разрешено иметь гражданам по лицензии и которое внешне выглядит как свой прототип (например, винтовка Мосина – знаменитая трехлинейка – или карабин «Маузер-98К»), запрещено законом и поэтому не приветствуется организаторами мероприятий. Статус охолощенного оружия, из которого нельзя убить человека, российским законодательством не учтен, и в разных регионах России правоохранительные органы по-разному трактуют этот пробел. В Москве, например, охолощенное оружие в частной собственности иметь нельзя, а где-нибудь на окраинах – вполне возможно, что и не возбраняется…

А например, в Чехии каждый гражданин страны может прийти в полицию и, предъявив справку из военно-исторического клуба о своем членстве, просить о выдаче разрешения на приобретение любого вида оружия, включая старые танки. Танк в Чехии вписывается в лицензию владельца, напоминающую нашу лицензию на газовое оружие. Лицензию выдают за неделю. Поэтому вид красноармейца 1945 года, марширующего по Праге с ручным пулеметом к месту проведения реконструкции эпизода Пражского восстания, решительно никого не удивляет – даже строгую чешскую полицию.    



Партнеры