Птичку жалко

Пилюли для Тотоши и Кокоши

16 октября 2007 в 14:59, просмотров: 343

Как лечить кошку или собаку приблизительно ясно. А что делать, если ваш питомец маленький? Если волнистый попугайчик или канарейка никак не могут снести яйцо? Птичку-то жалко! Ответ один – везти в Балашиху, здесь находится единственный в России госпиталь птиц и экзотических животных, где творят чудеса. Например, делают кесарево сечение волнистым попугаихам: пичугу, с помощью пластыря распластывают на операционном столе, по капле вводят наркоз в крохотную лапку, чик-чирик скальпелем. И птичка жива и здорова.

Едем на шоссе Энтузиастов. Спрашиваем у местного жителя:

- Вот голубя больного нашли, где у вас тут лечат? - мужик покрутил пальцем у виска. Другой более осведомленный объяснил, что нам надо в подвал красной пятиэтажки, - там много всякой скотины.

У дверей вас сразу встречает шикарной, зубастой улыбкой нильский крокодил Тотоша.  Попал он сюда контрабандой с Кубы. Елена Крюкова с мужем отдыхали в стране коммунизма по турпутевке и на пляже наткнулись на маленького крокодильчика, сантиметров 15 всего. Естественно, подобрали, не оставлять же редкую животину бесхозной, и естественно же, халява ведь, повезли в Россию. Но как! Тотоша проходил таможенный контроль в бюстгальтере у Елены. Пригрела жительница области тварь заморскую на груди, а с ним неблагодарным хлопот оказалось невпроворот: воду меняй, мышами корми, сплошная морока. А тут еще и любимец семьи – попугай захворал. Пришла Елена в госпиталь: «заберите этого зеленого, только Каркушу моего вылечите!»

Прокрадываемся мимо зубастого в птичье царство. Кого тут только нет: утки, совы, попугаи, перепела, голуби, аист... Крики, шум, гам. Госпиталь уникален тем, что лечат здесь стационарно пернатых не только из России, но и из Америки, Африки, Австралии. Вольеры  «забиты» до отказа. В каждом, как в человеческой больничной палате - птицы с одинаковыми заболеваниями. Нашим экскурсоводом по госпиталю стал врач орнитолог Владимир Петрович Колотов.

- Когда создавалась клиника, мы и не предполагали, что будет такое количество обращений с дикими птицами. Мы лечим всех, тех, которых можно вернуть к нормальному существованию в природе – отпускаем, остальных раздаем желающим или оставляем жить здесь.

Вся Балашиха знает двух милиционеров подобравших коршуна с перебитым крылом. В госпитале его вылечили, затем стражи порядка сами выпустили гордую птицу на Лосином острове.

Организатором уникального заведения стал более 15 лет назад Владимир Романов – неизменный руководитель и глав врач. Госпиталю пришлось поскитаться немало. Только обживались, делали ремонт, оборудовали помещение, так арендаторы взвинчивали плату на запредельную высоту. Наконец, птичья больница обрела дом – подвал пятиэтажки в Балашихе. Глава города человек «свой», рассказали врачи по секрету, голубей любит.  Сейчас  в судьбе госпиталя активное участие принимает Международный фонд защиты животных (AIFAW), кроме финансовой помощи, работники фонда исправно сюда поставляют все новых и новых пациентов.

Подхожу к вольеру с водоплавающими птицами. В маленьком водоеме купается селезень. Плещется, брызгается с явным кайфом. Стекло мгновенно запотевает.

- Это жертвы охоты, - рассказывает Колотов, - охотники стреляют их, а потом начинают жалеть. Несут сюда. Здесь сидят Кряква, Серая утка и Красноголовый нырок. Селезню  предстоит лишиться остатков крыла, сейчас это три пера на точащей кости. Нырка  подстрелили в промзоне и он упал в лужу с мазутом, поэтому есть его не стали. Жить на воле они не могут.

А вот и первый пациент с «улицы», в дверь робко протискивается девушка с пищащей коробкой. Там волнистый попугай, только уж очень большой. Оказалось это искусственно выведенная помесь с Чехом, в полтора раза крупнее обычного. Хозяйка жалуется, что птичка стала больно нервной, крикливой и лысеет.

- Часто люди решившие приобрести птицу, -  пожаловался Колотов, - не имеют ни малейшего понятия, как за ней ухаживать, чем кормить. Начинают изучать литературу, а там написано столько всего, что они начинают пугаться, узнав, что птицы – переносчики инфекционных заболеваний. Бегут к нам. В данном случае поведение попугая действительно изменилось. Причина – перьевые паразиты.  Самим хозяевам обнаружить этих паразитов не просто: синих попугаев грызут синенькие, зеленых – зелененькие.

Девица довольная удаляется с птахой и красивыми банками с мазью. Курс лечения на две недели и будет как новенький.

Продолжаем экскурсию. В следующем вольере сидят совы. Просто плюшевые игрушки: не шевелятся и даже не моргают. Но тут принесли мясо, все сразу проснулись. Я поняла, почему о совах говорят: «глаза, как блюдца». У болотной совы большие проблемы - у бедняги некроз клюва. Принесли ее случайные люди. Есть она сама, не может, питается искусственно. Мелкие кусочки пищи пинцетом кладут ей в зоб. Все роговые пластины: когти, клюв, восстанавливаются не меньше года. Так, что в неволе ей придется пробыть еще долго.

- Сов, попадает очень много, - рассказал Колотов, - это сумеречные птицы, совершенно беспомощные днем. Что бы выпустить их на волю, существуют целые реабилитационные программы. Птица должна отвыкнуть, что корм ей приносят на блюдечке с голубой каемочкой.

В углу замер Аист. Его поймали где-то в Тверской области, нелетного. У символа приносящего детей оказались проблемы с печенью и желудочно-кишечным трактом, из-за нашей экологии, печень у диких птиц страдает чаще всего, в организм попадают химические, ядовитые или токсичные вещества. Сейчас он уже оклемался, громко щелкает клювом - весенние брачные игры. Начинается кормежка, Геннадий, ухаживающий за птицами, раскрывает аисту клюв пошире, и запихивает туда сырую рыбу вместо лягушек. После этой процедуры птичку трясет как в лихорадке.

Лечили в госпитале и важных птиц: какаду Юрия Лужкова, волнистого попугайчика Юрия Соломина, неразлучника Владимира Конкина. Но здесь афишировать птиц «большого полета» не любят, мало ли на что обидятся знаменитости.

Следующий пациент. Светлана принесла на прием свою простую любимую ворону Капу, и рассказывать о ней совершенно не стесняется:

- Капа у нас появилась уже взрослой.  Летать эта ворона не может. Жизнь на улице – до первой кошки. Когда она попала в клинику, была похожа на грифа, перьев совсем не было. На крыле думали перелом, а оказался грибок, проел все до легких. Капа перенесла три операции.

Раз в месяц Капе делают маникюр, стачивать когти в квартире негде. Владимир Колотов засовывает руку в клетку. Капа начинает биться в истерике, метаться, кричать. Рука мигом покрывается царапинами. Но вот птица поймана, клюв замотан пластырем, остается покориться судьбе. Процедура болезненная. В когти прорастают сосуды, из лапы начинает капать кровь. Брр.

Идем дальше. Палата попугаев. Протяжно свистит розовый Какаду. Показывает, какой он красивый, трется о клетку как кошка – само кокетство и очарование. Попугаев, здесь их штук двадцать, и у всех проблемы с оперением. Неужели тоже виной паразиты?

- Нет, - рассказал Колотов, - любая патология внутренних органов: печени, сердца, почек, бактериальная и вирусная инфекции, опухали, проявляются ощипыванием. Чтобы определить причину, мы берем кровь на биохимический анализ, проводим ультразвуковое исследование. У многих стрессы. Все попугаи птицы коммуникабельные, интеллектуальные, у них нехватка общения. Окружающих людей они воспринимают как соплеменников, иногда даже как половых партнеров. Переживают, ревнуют. Будет, говорить попугай или нет, зависит только от его мозгов, от психики. То, что говорят только самцы не верно.  – Кстати, что попугаю живут по 300 лет, тоже сказки.

Напротив Какаду сидит сине-желтый Ара - Аркадия. Девушка нервная и капризная, с больным сердцем. Геннадий бесстрашно начинает с нею играть, засовывая пальцы в клетку. А надо сказать, что клюв у птички, больше напоминает разводной ключ, с которым ходят сантехники. В госпитале ее вылечили, и птица даже отложила яйца. Это, кстати, явилось полной неожиданностью для ее хозяина. Он считал, что это самец, пол же можно определить только по анализу крови. Теперь Аркаша требует любви и ласки, врачей пытается всячески привлечь для спаривания. Те почему-то отказываются. Чтобы восстановить оперение ей нужен самец, и можно даже рассчитывать на потомство. А пока же характер у нее отвратительный. После игр с нею одной сотруднице пришлось накладывать швы на руки. Поэтому, несмотря на все ее призывы, Аркаша прекрасно разговаривает, от близкого знакомства я отказалась.

- Многие птицы отказываются от еды, - пожаловался Колотов, - а лечить птицу истощенную не возможно и безрезультатно.

Дальше процедура не для слабонервных. Из чего-то похожего на микроволновую печь Владимир Петрович достает Какаду Гофина Гошу. Сидит он здесь потому, что абсолютно лыс – патология внутренних органов, экзема, ему нужен определенный температурный режим, подача кислорода, ингаляций. Колотов заворачивает Гошу в полотенце, чтобы птаха не трепыхалась и вводит в зоб тонкую трубку. Гоша сопротивляется и пытается укусить Айболита. На другом конце трубки шприц с питательным раствором. Пощипанный Колотов победил. На очереди следующий.

Послеоперационная палата. Дикие крики. Здесь посередине комнаты висит натянутая ткань, на ней укутанный орлан Белохвост, птица, занесенная в красную книгу. Снизу весят лапы: на одной ампутирован палец, на другой перелом голени. Провели сложную операцию – вставили металлический штифт для совмещения обломков, от ноги отходит дренаж. В свое время птица была окольцована в Белоруссии, перелетела в Россию, нашли ее запутавшуюся в рыболовных сетях. Геннадий кладет ему в клюв куски рыбы и мяса. Орлан сопит, как объяснил Гена от удовольствия – мясо очень любит. Сейчас это самый тяжелый пациент в госпитале, главная головная боль врачей. Орлану предстоит еще не одна операция.

Есть в госпитале и своеобразная штатная должность – кот. В коридоре развалился черный красавец. Отбор кандидатов очень жесткий. Главное требование – равнодушие к птицам. Но должность совершенно необходимая, помещение подвальное и крысы с удовольствием лакомятся беспомощными пернатыми.

Так что ждут здесь всех: львов, орлов и куропаток. Как заверили ветеринары, вылечить они могут кого угодно. В общем, полный теремок.



Партнеры