Жирные бабки

Владимир Епифанцев: “Телевидение заставило меня отказаться от секса”

26 октября 2007 в 13:41, просмотров: 1079

Владимира Епифанцева всегда считали “ужасным ребенком” от театра. В его спектаклях кровь лилась рекой, артисты жестоко избивали друг друга, а зрители мучились от невыносимых звуков экзотических музыкальных инструментов.

Зато в кино он совсем не производил такого тяжелого впечатления. Петр Волков из сериала “Двое из ларца”, ангел Игорь из фильма “Живой” и даже агент похоронного бюро из “Я остаюсь” — пусть мужественные и жесткие, но совсем не жестокие.

Говорят, что после женитьбы, рождения сына и неудачи на телешоу “Король ринга” актер немного остепенился. Так ли это, решила узнать корреспондент “МК-Воскресенья”.

Ночной позор


— Вижу, у тебя разбита правая рука — это ты так грушу бил?

— В конце тренировки я всегда боксирую без перчаток, чтобы кулак привыкал к правильному сжатию. А то, если придется кому-то дать в челюсть, руку с непривычки можно сломать.

— Зачем кому-то давать в челюсть?

— Ты, видимо, ночью по улицам не ходишь. А в Москве, как правило, грабят людей, убивают, разбивают стекла в машине… Многие находятся в иллюзии, что опасность живет только в телевизоре. Я уверен, что бдительность — это самое необходимое условие для реальной жизни.

— Ты же сам на метро не ездишь и по ночным улицам не ходишь. Но если бы увидел драку на улице, вступился бы?

— Если бой равный, то нет. Я недавно наблюдал, как били молодых подвыпивших ребят. Это были такие интеллигентные мальчики, которым родители в детстве говорили, что драться — плохо. Они были совсем не готовы к нападению и просто дали себя избить. Может, синяки их чему-нибудь научат, а лучше: не уверен в себе — не пей…

— А ты сына воспитываешь иначе?

— Гордею только два года, но бьет он мощно, на себе проверил. Везде нужно быть готовым к нападению: на улице, в сортире, даже в семье и даже в искусстве — там тоже можно стать трупом, только духовным.

Драку жены вырезали

— Твоя жена Анастасия Веденская — актриса; ваши семейные конфликты не связаны с актерской ревностью, конкуренцией?

— Бывают, конечно, и схватки, но если бы мы жили без периодической встряски, нас бы тошнило друг от друга.

— Как ты познакомился со своей второй половиной?

— Это было три года назад. Мы с режиссером Вахтанговского театра Пашей Сафоновым искали актрису для маленькой роли в спектакле “Калигула”, где я должен был играть главную роль. Мы пошли на показ в Щукинское училище, и как только я увидел Настю на сцене, то сразу забыл об этой затее.

— А что тебя привлекло в жене?

— Она произвела на меня магическое действие, в какой-то момент мне захотелось выбежать на сцену и что-то с ней сделать, в тот момент я пока еще не понимал что. После показа я подошел к ней, и через пару слов мы были влюблены друг в друга по уши.

— Просто приворожила…

— Скорей обворожила. Она действительно настоящая колдунья, может охмурить любого, но со мной такие номера не проходят, в нее я влюбился по доброй воле.

Настя очень умная, хотя и чрезмерно эмоциональная, ее многие боятся — и мужчины, и женщины. Она легко может навалять. На “Короле ринга” набросилась на девушку, которая что-то неприятное выкрикнула в мой адрес. Была настоящая драка, даже интересней, чем у меня на ринге, но по телевизору это не показали.

Роды вдвоем

— Где вы отмечали свадьбу?

— Дома. Были только родственники и близкие друзья: Паша Сафонов, Алексей и Света Тегины, Олег Шишкин — это все короли современного андеграунда. Мы планировали большую свадьбу, но поскольку Настя была на седьмом месяце беременности, мы решили не рисковать и не устраивать громких торжеств.

— Сейчас модно, чтобы папа присутствовал на родах. Вы вместе рожали?

— Конечно! Это же мой ребенок, и отец просто обязан быть рядом в момент его рождения.

— И вы рожали дома — это тоже модно в последнее время?

— Ни в коем случае: дома опасно. Если даже у кого-то получилось удачно родить дома, нельзя это советовать другим, поскольку это большой риск.

Воздержание не помогло

— Ты больше не куришь. Это как-то связано с рождением сына?

— Я вообще курил очень мало всегда, тем более при сыне или дома, а на “Короле ринга” я бросил совсем. Но тогда я не только не курил, я и сексом занимался редко.

— Ты так серьезно к нему готовился?

— Наоборот! На “Ринг” я вышел нулевым, как и все остальные участники, но у них хотя бы было время на подготовку. А я для главной роли в фильме “Generation П” не тренировался полтора года. Перед первым боем у меня было всего две тренировки, но и после них я себя очень плохо чувствовал. Оказалось, что у меня был инъекционный абсцесс, о котором я просто не знал. Так что всем тем, которые меня как бы победили, просто повезло.

— Было видно, что ты сильно расстроился.

— Расстроился, так как все соперники в принципе были хилые.

Глиста одолела

— Насколько я знаю, съемки “Generation П” еще продолжаются, но ведь ты уже занимаешься спортом. Это не сказывается на твоем внешнем виде?

— Я занимаюсь, но это уже проблемы не мои, а производителей фильма. Он должен был сниматься только три месяца, а прошло уже 1,5 года. Я так долго без спорта не могу. Я, правда, стараюсь не увлекаться и не набирать больше 95 кг, но когда я начал сниматься, то весил только 85 кг. Значит, вторая половина фильма будет с другим мной.

— У мужчин какое-то иное отношение к набранным килограммам. Для женщин набрать 10 кг веса подобно кошмару.

— Я их набрал для другого фильма, по сценарию которого мне приходится бить Владимира Турчинского. Чтобы не выглядеть рядом с ним глистой, мне снова пришлось прибавить 15 кг мышечной массы.

Два этажа скидок

— Как тебя занесло в Железнодорожный, ты же раньше жил в Москве?

— Я живу у родителей жены. Там довольно большой дом. Но скоро мы переедем в центр Москвы. Потому как из-за пробок я ничего не успеваю: трачу по пять часов на дорогу.

— Твоих гонораров хватило на квартиру или ты долго копил?

— Она недорогая, но 120 метров, со вторым этажом. Я не копил, а взял ипотечный кредит.

— Ты сейчас хорошо зарабатываешь. Наверное, ты и много тратишь?

— Бывает, уходит несколько тысяч долларов за день. Вот мы недавно с женой по магазинам ездили, причем исключительно по дисконтам, потому что я себе вещи дороже 200 долларов не покупаю. Купили куртку от Армани, рубашку Ямамото под запонки Гальяно, две пары обуви, и все с нереальной скидкою. Потом заехали в кафе, поели суши, пекинскую утку, сходили в кино... В итоге где-то около 2000 долларов мы потратили. Но иногда приходиться напрягаться и питаться из супермаркета.

— Гардероб жены тоже ведь истощает семейный бюджет?

— На тусовки мы почти не ходим, но одеваться Настя любит. При этом всегда говорит, что ей нечего надеть. И я смотрю: действительно она ходит в каких-то старых ботинках, которые мы купили ей год назад. Я не понимаю, как такое может быть, ведь я все время покупаю ей обувь: голубую, оранжевую, желтую, коричневую… И она все время не подходит к ее новой одежде, надо идти и покупать еще.

— А на хорошую машину для себя ты уже раскошелился?

— У меня “Ниссан-Примера”, но я со временем куплю что-то поудобнее, покрупнее, посемейнее.

Литры крови

— Мало кто знает, что ты автор антирекламы известного стирального порошка — про кипячение. Там ты приходишь в квартиру, бьешь хозяйку, бросаешь ее в ванну с водой. Зачем ты их снимал?

— Одно время я подрабатывал в клубах постановками трэш-шоу. Для рекламной паузы я снимал такие ролики. Их было несколько: “Все решают бабки, злые жирные бабки”, “Как насчет в рыло? Я выбираю в рыло. В рыло — свежесть на целый день”… Со временем они просочились в Интернет и на телевидение. Кстати, я снимал и продолжение рекламы стирального порошка, но там уже я получаю по голове молотком и хожу окровавленный.

— Откуда у тебя такая тяга к крови?

— Нет никакой тяги! Тяга только у маньяков. Но кровь все же — это неотъемлемая часть нашей жизни. На кровавых историях строятся все самые великие и основные произведения мирового искусства. Важно не то, сколько ее льется, но важно, как это происходит. Иногда достаточно одной капли, чтобы произвести впечатление, а иногда и литры оставляют равнодушным. Для меня также кровь является серьезным магическим символом.

— Ты имеешь в виду свои спектакли?

— Не только. Я еще занимаюсь видео и фото. Музыка тоже может быть полна кровавых настроений. В театре просто все это можно соединить и создать что-то поистине магическое. Вот только такой театр для меня возможен. Все остальное, что творится сейчас в московских театрах, — это преступление против человечества и с ними я веду иногда серьезную борьбу.

Зомби повсюду

— Послушай, но те роли, которые ты играешь в кино, не такие мрачные, как твои спектакли. Неужели в кино ты простой исполнитель?

— Сегодня в России мало кто умеет снимать качественное кино. Я пока не снялся ни в одном хорошем фильме. Для меня кино — это только бизнес, в котором меня интересуют те жирные бабки, что мне платят. Это вообще не искусство, это форма развлечения, что тоже надо уметь делать хорошо.

— Неужели ты считаешь, что “Живой” — плохой фильм?

— Нормальный фильм, но это кино не для всех. Такой фильм интересно снимать, но в нем не сниматься. Вообще, в любом кино кайф — это всегда результат, процесс всегда мука.

— А сам ты не думал снять кино?

— Хочу снять что-то похожее на зомби-муви. Но на самом деле это будет фильм про внутреннее пространство человека, про ад, который повсюду, но скрыт от обычного взора.



    Партнеры