Слава России

Вячеслав Фетисов считает, что деньги в хоккее есть

14 мая 2008 в 13:15, просмотров: 249

Трехкратный обладатель Кубка Стэнли – дважды как игрок «Детройта» и один раз в качестве тренера «Нью-Джерси», многократный олимпийский чемпион, победитель чемпионатов мира и Европы. Свитер с его фамилией висит во Всемирном зале хоккейной славы… Кто это? Ну конечно же, вы догадались: речь о главе Росспорта Вячеславе ФЕТИСОВЕ, который встретился с корреспондентом «ДЛ», зная, что очередной номер журнала не пройдет мимо спортивных тем.

«ДЛ»: Вячеслав Александрович, вы недавно отметили свое 50-летие, а значит, был повод вспомнить дела давно минувших дней?

Вячеслав Фетисов: Да, вспоминаю их все чаще. Хотелось бы собрать хоккейную хронику, но нет у нас в стране видеоматериалов. Собираем сейчас по финнам, чехам, канадцам, американцам – по кусочкам пытаемся восстановить исторические события. Обязательно доведу начатое до конца, это пойдет на пользу нашему хоккею. Ведь играли мы совсем неплохо.

«ДЛ»: А коньки свои первые помните?

В.Ф.: Помню, если это вообще можно назвать коньками. Двухполозные, привязанные к валенкам. Так и делал свои первые шаги на льду. Мы жили в Бескудникове. Это сегодня там обычный микрорайон, а тогда был песчаный карьер. Бабушка с дедом мне первые настоящие коньки купили. Гаги! Рублей 20 стоили – приличная по тем временам сумма. Это был шик.

«ДЛ»: В каком возрасте лучше начинать заниматься хоккеем? Сейчас детишек уже в 3 года на коньки ставят и в секцию ведут…

В.Ф.: От родителей все зависит. Я против ранней специализации. Считаю, что раннее начало отбивает у детей тягу к любому виду спорта. Гонка сумасшедшая идет: кто быстрее свое чадо в хоккей пристроит. Мне часто звонят друзья – у них ребенок только родился, а уже думают, в какую секцию его отдать. Не надо спешить. Раннее начало спортивной карьеры может иметь непоправимые последствия, связанные с координацией, двигательным аппаратом. Мы в свое время развивались всесторонне: играли в футбол, хоккей, волейбол. А сейчас хоккеисту дай мяч – он и не знает, что с ним делать. Мне нравится западный подход, когда ребята в школе имеют возможность попробовать себя в различных видах спорта и только потом делают выбор.

«ДЛ»: А есть ли разница, в какую спортивную школу отдавать ребенка?

В.Ф.: Я счастлив, что попал в школу чемпионов, которую основал великий Тарасов – прекрасный тренер и педагог. Уроки, полученные в ЦСКА, пригодились мне не только в хоккее, но и в жизни. Сегодня, как мне кажется, немного другая ситуация. Главное – поставить технику, а если есть талант, то он, помноженный на трудолюбие, непременно даст о себе знать. Если говорить об игровых видах спорта, то лидерские качества могут проявиться у ребенка и в слабой команде. ЦСКА и «Динамо», конечно, надо держать марку, но и остальным школам стоит подтягиваться.

«ДЛ»: Какова роль государства в финансировании детского хоккея?

В.Ф.: Деньги в хоккее есть, наша задача – не оставить незамеченным ни одного талантливого парня. Хотим сделать так, чтобы, получая готового хоккеиста из школы, клуб платил, скажем, 500 000 долларов, 15–20% из которых должны идти тренеру, воспитавшему игрока.

Получается, что тренер напрямую будет заинтересован в результатах своей работы.

Если мы говорим о создании системы фарм-клубов и юниорских лиг, то понадобятся тренеры, а этот рынок в России еще не сформирован. Доказывай работой собственную состоятельность, получай хорошие деньги, расти как тренер! Мы убиваем сразу двух зайцев: создаем систему стимулов и делаем профессию детского тренера привлекательной для молодых ребят, многие из которых сегодня предпочитают идти в охранные структуры.

Не стоит забывать, что у нас в стране 13 спортивных вузов, более 50 кафедр в других университетах – нигде в мире столько нет. Но, к сожалению, получается, что работают они пока вхолостую.

«ДЛ»: 10 лет вы были капитаном национальной сборной, которая громила всех подряд. Затем ситуация, увы, изменилась. Хотя надежды терять не хочется. Что утратил наш хоккей за это время, кроме хоккеиста Фетисова?

В.Ф.: Действительно, какая-то мистика в этом есть.

В 1989 году я ушел из ЦСКА, с которым не проиграл ни одного чемпионата, а после этого армейцы ни разу больше не завоевывали золотые медали. Роль капитана крайне важна, и дело тут не конкретно во мне. Все победы великих команд неразрывно связаны с капитанами, которые сначала создавали традиции, потом приумножали и передавали их. Вот эта преемственность и была нарушена, что в ЦСКА, что в сборной. В 90-е годы ребята стали зарабатывать огромные деньги, но толком ничего не выиграли. Поверьте, честь команды и флага – не пустые слова. Способность сыграть за страну через не могу – вот чем мы славились. Для нас было гораздо важнее, что у нас написано на груди, какую страну великую мы представляем, чем фамилия на спине.

«ДЛ»: А за счет чего вы со сборной СССР добивались успеха в матчах с канадцами?

В.Ф.: За счет психологии. Игры с Канадой всегда были сверхответственными и принципиальными. Обычно прилетали за день до первой игры, но все равно выступали успешно. Для канадских и американских команд противостояние с нами тоже было принципиальным – какое-то время даже велась статистика встреч и по итогам года подводился баланс.

Ну а игры на Кубке Канады считаю эталоном хоккейного противостояния. Финальная трехматчевая суперсерия 1987 года – вершина индивидуального мастерства и командных действий. Когда во время этих игр менялись, усидеть на лавке было очень сложно, дух захватывало, когда видели, как шайба переходит от одного игрока к другому. А зрители в каком восторге были! Приезжая с таких турниров, чувствуешь себя другим игроком. И я не понимаю хоккеистов, которые отказываются выступать за свою сборную. Играя с лучшими, ты растешь, набираешься бесценного опыта. Да и получить травму легче в игре со слабыми соперниками.

Постараемся прописать в регламенте новой лиги привилегии игрокам сборной и клубам, за которые они выступают.

Для меня – тогда 15-летнего – участие в суперсерии-1974 перевернуло сознание. Первая игра в Монреале, 12 000 зрителей, исполнение гимнов оперными певцами. Пятизвездочные отели, в которых кормят стейками и фруктами зимой, – это меняет менталитет. Понимаешь, что для того, чтобы оставаться на должном уровне, надо тренироваться с удвоенной энергией, слушать тренера, воспитывать в себе лидерские качества. Представляете, что значило для парня из Бескудникова оказаться в отеле «Шератон», в котором номер был гораздо больше нашей квартирки в бараке! Это не просто культурный шок, а что-то большее.

«ДЛ»: Именно для того, чтобы в том числе и молодые хоккеисты могли расти, вы и проводите спартакиады?

В.Ф.: В 90-х – начале 2000-х вся соревновательная система в детско-юношеском спорте практически перестала существовать. В союзные времена были республиканские, региональные, городские турниры. А откуда появились легендарные советские чемпионы? Их где-то заметили. Понятно, что в спорте высших достижений сейчас губернатору гораздо проще купить готового легионера, чем похвастаться достижениями на уровне юношей и молодежи. Иметь прочную инфраструктуру, поддерживать детских тренеров и обеспечить детские спортшколы необходимым инвентарем гораздо сложнее. Но мы видим: там, где вкладываются в детский спорт, со временем пожинают плоды. В том числе и для оценки такой деятельности и существуют спартакиады. Хотят региональные руководители или нет, но им придется отправить на всероссийские соревнования своих юных спортсменов из, скажем, Владивостока.

В наших планах и введение электронного учета спорт-сменов и результатов. Прыгнул парнишка на Камчатке в высоту 1,90 – информация сразу же отражается в компьютере. Специалисты могут поехать посмотреть на спортсмена и пригласить на сборы. Конечно, создание электронных паспортов спортсменов – затратное дело, но президент поддержал наше начинание. Это позволит нам не пропустить ни одного талантливого мальчишку или девчонку. Как только юный спортсмен впервые принимает участие в соревнованиях, он получает этот паспорт. Такой же, как, скажем, у Борзаковского или Сафина, в котором будет вся информация о его владельце.

А то порой мы не можем найти даже первого тренера спортсмена. По итогам Афинской Олимпиады мы хотели отметить всех детских тренеров, воспитавших олимпиоников. Была договоренность с представителями бизнеса, которые согласились финансировать этот проект, но за год так и не смогли собрать необходимую информацию. Первой в списке стоит Москва, где уже начала вводиться в эксплуатацию подобная система.

«ДЛ»: Создание Континентальной хоккейной лиги и есть та работа на перспективу, о которой вы говорите?

В.Ф.: Посмотрите на НХЛ. Во-первых, там нет денежных отношений – нельзя просто купить игрока, можно только обменять. Нет фанатских разборок, нет договорных матчей, ведь это экономическое преступление. Если поймают, тебя не посадят, но выставят такой счет, что мало не покажется. От этого растет и уровень игры, и авторитет НХЛ.

Спортивный принцип, мастерство тренера, игроков, менеджеров – главные составляющие успеха. Если ты на протяжении 10 лет кропотливо работаешь над созданием крепкого клуба – своего добьешься. То, что худший клуб по итогам сезона получает сильнейшего новичка на драфте, справедливо. Тебе дается шанс реабилитироваться. Есть богатый опыт, есть желание создать сильную лигу, и мы над этим работаем. Клубы НХЛ, которые стоили 10 лет назад десятки миллионов, сегодня оцениваются в сотни миллионов, а то и в миллиарды. Все просто: НХЛ – привлекательный продукт, абсолютно прозрачный с экономической точки зрения, поэтому и привлекательный.

«ДЛ»: Вячеслав Александрович, какие главные победы в вашей жизни?

В.Ф.:  Работа чиновника никогда не оценивается –  это неблагодарная профессия. Так что говорить надо о спортивной карьере. Всю жизнь, начиная с 15 лет, я носил майку сборной страны. В 68-м году пришел в ЦСКА – попал с третьего раза. Эта команда воспитала во мне те качества, которые помогли в жизни.

В 1978 году на первом моем чемпионате мира мы должны были обыграть чехов в Праге с разницей в 2 шайбы. Напомню, что ровно за 10 лет до этого в Прагу были введены советские войска, так что обстановка была соответствующая. Удивительная по силам сборная Чехословакии уступила нам со счетом 1:3. Это был первый серьезный успех в моей карьере.

В 1988 году выиграл свою вторую золотую олимпийскую медаль в Калгари. Моя игра к тому моменту достигла совершенства во многих составляющих. Мы – заматерелые волки – просто летали по льду и никому не делали поблажек.

«ДЛ»: А сейчас, сидя в кресле главы Росспорта, приходится испытывать эмоции, схожие с теми, что доводилось переживать на льду?

В.Ф.:  Иногда хочется врезать оппоненту, чтобы не смог подняться, но здесь идет совсем другая игра со своими правилами, и приходится сдерживаться. Я долго жил в другом мире – мире спорта. Жестком, жестоком, но понятном.

Сейчас приходится перестраиваться. Просто разбираться в спорте недостаточно. Есть определенный кредит доверия, но и он имеет свои пределы. Надо состояться и в новой роли. Надо уметь идти на компромисс, хотя в спорте полумеры не так эффективны. Например, взять и запретить на 5 лет всех легионеров. Посмотреть, сколько сэкономить можно! На эти деньги уложить поля, построить катки, бассейны, залы. 5 лет пролетят быстро, но потом мы сможем выйти на новый, более высокий уровень. Конечно, это из области фантастики, но это было бы правильно. Бизнесмены от спорта должны понимать, что сиюминутные успехи не могут принести ощутимых плодов. Только кропотливая работу на перспективу может помочь подняться на следующую ступень.    



Партнеры