Заложники глобализации

Падение финансовых и товарных рынков, замедление мировой экономики, кризис, девальвация

16 декабря 2008 в 15:53, просмотров: 254

В последние месяцы эти темы вызывают повышенный интерес не только традиционно в среде экономистов и бизнесменов, но и приковывают внимание широкой общественности во всем мире.

Что же, собственно, произошло? Шла себе «стабилизация» и шла, а тут вдруг – бац. Не буду утомлять читателей описанием механизмов текущего кризиса, скажу лишь, что то, что мы сейчас видим, – это в первую очередь очередной этап глобализации, сопряженный с недостатками господствующей в развитых странах системы монетарного регулирования. И лишь во вторую очередь – финансовый кризис как таковой.

Вместо боязни рисков – обыкновенная жадность

С конца Второй мировой войны, когда на экономику США приходилось более 50% мирового ВПП, прошло более 60 лет, за которые в круг ведущих индустриально развитых стран вновь вернулись Япония и Западная Европа.

Очередной этап глобализации, который мы сейчас наблюдаем, связан с выходом в лидеры новой «порции» стран – прежде всего стран BRIC. Как следствие, в последние десятилетия мир был свидетелем очередной мощной волны роста мирового потребления, который опережал рост денежного предложения в крупнейших мировых финансовых центрах.

Выброс огромной массы денег на рынки, в свою очередь, привел к «вздутию пузырей» на многих из них. Избегание высоких рисков (risk aversion) повсеместно уступило место обыкновенной жадности. Но момент истины настал, когда Банк Японии вместе с другими центральными банками в июле 2006 года начал повышать базовую ставку выше 0%.

Игроков валютного рынка, занимавшихся операциями продажи дешевеющей иены и покупки высокодоходных валют, начало охватывать замешательство: дальнейший рост ставок по иене начал сокращать их прибыли. Это запустило процесс ухода из высокорисковых активов, сокращения объемов кредитования в мировом масштабе (deleverage).

Отсутствие подпитки «пузырей» привело тому, что они начали «сдуваться». Наиболее ощутимым оказался «пузырь» на рынке недвижимости США. При «дешевых» деньгах он поддерживался пирамидой производных финансовых инструментов, которым рейтинговые агентства присваивали высокие рейтинги. Падение рынка CDO (обеспеченных закладными на недвижимость обязательствами) поставило большинство инвестиционных банков на грань вымирания, что привело к уже значительному изъятию средств банками из рисковых активов по всему миру.

«Cash is the king»

Возникший сразу вслед за этим кризис доверия между крупнейшими мировыми банками, в свою очередь, поставил всю мировую финансовую систему на грань коллапса. В ожидании «величайшей» депрессии все, кто только мог, побежали вкладывать деньги в государственные обязательства развитых стран, руководствуясь принципом «cash is the king» («деньги превыше всего»).

Выкуп банка Bear Stearns в марте этого года привел к паническим покупкам краткосрочных обязательств Казначейства США, доходность по которым снизилась до минимальных 0,01% годовых. Банкротство же Lehman Brothers и вовсе задало ожидания мировой депрессии в стиле 30-х годов прошлого века: мировые рыночные ставки по кредитам LIBOR резко взлетели, в то время как инвесторы продолжили сбрасывать все активы и переводить деньги в государственные долги развитых стран.

При этом основные средства инвесторов развернулись в сторону валют стран с максимальной денежной массой – японской иены, доллара США, китайского юаня. Все без исключения остальные мировые валюты за год сильно обесценились по отношению к этой тройке.

Как следствие, страновые риски развивающихся рынков резко подскочили, а эксперты весьма оперативно заговорили о возможности девальваций и дефолтов в России, Мексике, Аргентине, Исландии, Пакистане, Южной Корее, на Украине, в других странах.

Это привело к тому, что падение на фондовых рынках развивающихся стран лишь усугубилось. Впрочем, наученные кризисом 1998 года, многие из развивающихся стран запаслись заранее «подушками безопасности», а также провели работу по диверсификации своих экономик. Несмотря на то что российские фондовые индексы приблизились вплотную к уровням 10-летней давности, надо понимать, что по сравнению с кризисом 1997–1998 годов ситуация сейчас абсолютно другая.

Обнадеживает то, что, несмотря на провал в июле Дохийского раунда переговоров ВТО, призывов к крушению бреттон-вудской системы, страны G7 согласились на обсуждение вопросов реформирования мировой финансовой системы в рамках G20, а последние, в свою очередь, решили не идти на развал существующей системы, пока что сохранив систему торговли «товары в обмен на государственные обязательства США».

Центральные банки по всему миру начали волну понижения ставок. При этом из-за увеличившихся оценок рисков на пути к развивающимся рынкам сейчас по-прежнему стоят высокие кредитные заслоны в виде рисковых премий. Ожидать в такой ситуации «дешевых» денег с Запада уже завтра было бы весьма наивно.

Опасения девальваций валют и дефолтов по обязательствам развивающихся стран остаются, рейтинговые агентства также продолжают снижать рейтинги эмитентов развивающихся рынков.

В последние дни индекс S&P500, так же как и индекс РТС, провалился к уровням 1997 года. Это скорее уже обнадеживает. Падение индекса S&P500 к этим уровням вынудило многих исполнить маржин-колы. Пожалуй, положительным моментом сейчас для мировых финансовых рынков является своего рода «капитуляция».

Citigroup – в обмен на участие в капитале банк получает гарантии правительства США и денежные средства. Это соответственно может резко снизить вероятность того, что крупнейший банк окажется в ситуации Lehman Brothers.

Сейчас мы видим, что доверие на мировых финансовых рынках постепенно восстанавливается. Основная часть страхов, в том числе страх мировой депрессии, во многом уже позади.

Российский вариант

Падение цен на нефть вместе с оттоком капитала создало угрозу ухода в минус платежного баланса России.
Спекулянты воспользовались усилившимся давлением на рубль и в октябре попытались организовать валютную атаку на рубль, но Банк России пресек подобные действия.

Для того чтобы обезопасить золотовалютные резервы от спекулятивных атак, Банк России решил расширить валютный коридор рубля к бивалютной корзине. Фактически сейчас идет речь о контролируемой плавной девальвации, которая не должна сказаться на инфляционных процессах.

Из-за значительного оттока капитала Банк России был вынужден открыть денежные «шлюзы»: нормы обязательного резервирования по всем видам источников были снижены до 0,5%.

Во многом для того, чтобы избежать перехода активов крупного российского бизнеса в руки западных кредиторов, также была объявлена поддержка фондового рынка со стороны ВЭБа. Твердое предложение на фондовом рынке в последнее время приводило к парадоксальным ситуациям, когда цены на российские акции за рубежом в течение продолжительного времени были на 10–15% дешевле, чем на рынке ММВБ, что создало возможности для арбитража.

Снижению торговой активности на российских площадках и переходу основных объемов торгов в Лондон способствовали сложности с регулированием рынка ММВБ со стороны ФСФР: многочисленные остановки торгов привели к тому, что большой объем сделок переместился в Лондон.

Положение с ликвидностью банковской системы сейчас лучше, чем в августе-сентябре, когда ликвидные активы банков пострадали от падения пирамиды облигационного РЕПО. Банки получили свои «подушки безопасности», а Банк России запустил дополнительные механизмы рефинансирования; кроме того, в рефинансировании российских банков приняли участие Министерство финансов и Фонд ЖКХ.

С сентября наблюдается повышенный интерес инвесторов, которые ориентируются на долгосрочное инвестирование в акции российских компаний, так как фундаментальные показатели по многим российским компаниям являются более чем привлекательными.

При отсутствии масштабной резкой девальвации рубля (что маловероятно) сейчас на российском фондовом рынке риски игры на понижение уже существенно выше, чем риски игры на повышение.   



Партнеры