Хроника событий Суд арестовал имущество владельца "Домодедово" Каменщика на 1 млрд рублей «Рамки» СКР не выпускают Каменщика Фигурантов дела о теракте в Домодедово перевели под домашний арест Бывший директор аэропорта "Домодедово" в СИЗО рассказал про ошибку следователя Прокурор попросил суд освободить главу аэропорта "Домодедово" Каменщика

Всевышние учебные заведения

Спецкоры “МК” побывали в вузах Пятигорска, где студентов вербуют радикальные исламисты, и выяснили, почему это у них так легко получается

1 февраля 2011 в 19:42, просмотров: 24493

Они облачаются в хиджаб, ходят на занятия с молитвенниками и четками. В машинах слушают в музыкальном сопровождении суры из Корана. Главным домом для них становится не университет, а “дом Аллаха” — мечеть.

Все больше образованных молодых людей обращаются к исламу, в том числе к радикальному, становятся “воинами Аллаха”. Один из них взорвался 24 января в зале прилета аэропорта “Домодедово”, убив себя и еще 34 человек.

Специальные корреспонденты “МК” узнали о религиозной и национальной специфике региона, где совершенно иное понимание семьи, секса, долга, веры. На собственной шкуре они выяснили, как происходит идеологическая обработка и зомбирование.

Всевышние учебные заведения
фото: Ирина Боброва

Справка МК Справка "МК"

КОГО УВОЛИЛИ ЗА ТЕРАКТ

Как официально сообщил во вторник пресс-центр МВД РФ, “в связи с распространением в ряде СМИ и интернет-изданиях недостоверной информации о якобы бездействии руководства МВД России по привлечению к ответственности лиц, допустивших нарушения в организации работы транспортной милиции столичного региона, приказом министра внутренних дел РФ генерала армии Рашида Нургалиева №48 л/с от 26 января 2011 года за грубое нарушение служебной дисциплины на основании Закона “О милиции” из органов внутренних дел уволены:

— и.о. начальника ЛУВД в аэропорту “Домодедово” УТ МВД России по ЦФО полковник милиции Трушанин Александр Михайлович,

— и.о. первого заместителя начальника ЛУВД в аэропорту “Домодедово” УТ МВД России по ЦФО — начальника криминальной милиции подполковник милиции Будцов Александр Эдуардович,

— и.о. заместителя начальника ЛУВД в аэропорту “Домодедово” УТ МВД России по ЦФО — начальника милиции общественной безопасности майор милиции Дегтерев Александр Александрович.

31 января 2011 года в Главном управлении на транспорте МВД России под председательством Нургалиева состоялось совещание по вопросам транспортной безопасности, на котором с докладами о состоянии оперативно-служебной деятельности от ЛУВД в аэропорту “Домодедово” УТ МВД России по ЦФО выступали уже вновь назначенные исполняющие обязанности заместителей руководителя данного подразделения по криминальной милиции и милиции общественной безопасности.

“Это был ее выбор”

Самые крупные высшие учебные заведения Пятигорска сосредоточены компактно в студенческом городке недалеко от центра города. После того как стало известно о причастности к терактам сразу трех выпускников фармацевтической академии и лингвистического университета, в общежитиях начались тотальные проверки.

В каждом корпусе живут по 450—500 человек. Еще три дня назад охранники восседали в теплых будках при входе, теперь же вынуждены стоять в холодных коридорах. В тамбурах толкутся студенты и аспиранты с просроченными пропусками. У всех проживающих проверяют паспорта.

При виде журналистов у коменданта третьего общежития фармакадемии Ларисы Николаевны меняется лицо. “Провокаторы!” — кричит женщина и требует письменное разрешение ректора на проведение с ней интервью. Заметив, что мы успели записать ее имя в блокнот, дама надвигается на нас грузным телом. Чудом удается спасти записи. Еще минута, и ее огромные кулаки прошлись бы по нашим головам… Нас спасает охранник. “Выведите их!” — визжит и топает ногами комендантша.

Истерика ее понятна. Третий день к пятигорским вузам приковано пристальное внимание. По оперативным данным, именно студенты в последнее время все больше попадают под влияние радикальных исламистов. Из их числа вербуют смертников.

…В престижный лингвистический университет, имеющий международную аккредитацию, нагрянул представитель в Северо-Кавказском федеральном округе вице-премьер Александр Хлопонин. Его встреча с преподавателями и студентами затянулась до позднего вечера. Понятно, что и комендантам общежитий двух вузов пришлось в тот вечер задержаться на работе. Объявленная в розыск за подготовку теракта в новогоднюю ночь Мария Хорошева и задержанная за то же преступление Зейнап Суюнова жили в четвертом корпусе общежития. Именно в это здание селят в основном иностранных студентов из Ливии, Судана, Сирии, Марокко и Пакистана. Обучение, в отличие от столичных вузов, здесь недорогое. Дружба с местными студентами, видимо, у них складывается крепкая, идейная.

— Еще два года назад я заметил в вузе пять русских девчонок, надевших хиджаб, а за последний год их стало уже 15, — утверждает сотрудник службы безопасности лингвистического университета.

— Я переписал их фамилии, отдал списки в ФСБ. Мне сказали: “Будем отслеживать”. И тишина… Удивительно было наблюдать: еще недавно студентки бегали на занятия в коротких юбках, случалось, что приходили чуть ли не в пеньюарах, а потом резко закутались в платки, из-под которых виднелись только глаза, надели кофты с длинными рукавами и юбки до пят. Это как их нужно было обработать? Без психологического воздействия или гипноза здесь явно не обошлось.

Совсем недавно две студентки ПГЛУ, некие Настя и Катя, устроили в подвале вуза молельную комнату — расстелили коврик и принялись молиться. Ритуал прервала местная служба безопасности — девчонок разогнали.

Под колпаком сегодня находятся и учащиеся соседнего вуза — Пятигорской фармацевтической академии.

— Мы ежедневно просматриваем вечером видеозаписи всех камер наблюдения: изучаем, кто заходит, с кем, какие компании собираются на площадке перед входом, — информирует ректор фармакадемии Михаил Гаврилин. — Анализируем даже записи, которые оставляют студенты на столах и стенах лифтов, отслеживаем общение наших студентов в социальных сетях. Меня, конечно, обвиняют, что я создал тоталитарный режим правления в вузе, называют “бригадиром в колхозе”. Но зато любой студент может связаться со мной по сотовому телефону и доложить важную информацию.

О том, что Мария Хорошева надела хиджаб, стало известно ректору Михаилу Гаврилину через два дня.

— Это случилось, когда Маша училась на третьем курсе. Как к студентке у меня к ней не возникало претензий, девочка отлично училась, не пропускала занятий. А как к человеку... У нас многие девчонки-кабардинки ходят в платках, что соответствует их национальной культуре. Но Маша — славянка! Ее не поддерживали в этом начинании даже мусульманки: “Ты крещеная, у тебя своя вера, зачем тебе ислам?” Я сам не раз разговаривал с Марией, просил авторитетную женщину-преподавателя убедить ее одуматься. С ней беседовал и батюшка, и подруги. Маша опускала глаза, кивала, но поступала по-своему. Воля у нее была железная. Я встретил Хорошеву в хиджабе после окончания вуза, она меня узнала, поздоровалась. Но останавливаться не стала, тут же свернула в проулок.

Впрочем, бывшие однокурсницы Марии отмечали, что она сильно изменилась, когда познакомилась с Виталием Раздобудько. Маша была серой мышкой, ни с кем не встречалась, и вдруг на нее обрушилась любовь. Она буквально сошла с ума, могла всю ночь просидеть, улыбаясь, в комнате на подоконнике. На встречу с Виталиком, который был старше ее на шесть лет, она летела как на крыльях.

Виталий вырос в Пятигорске, после окончания вуза уехал работать в Нефтекумск, охранял нефтепровод. Возможно, там он и познакомился с членами ногайского батальона. Тогда же он принял ислам. Однокурсницы Хорошевой считают, что он втянул Машу в радикальные мусульманские сети. А она в свою очередь поманила за собой подругу — Зейнап Суюнову.

Ныне, по заверениям Гаврилина, в учебном заведении на занятия в хиджабе ходит только одна марокканка — и то потому, что ей холодно.

— Я всегда знал, что нестандартных решений и поступков следует ждать как раз от таких, как Хорошева, кто тише воды ниже травы. Вот недавно одну нашу девочку-чеченку едва не украли. Та тоже тихоня. Ее не выпускали за ворота дома, все время возили на машине. Она появлялась на людях только в сопровождении взрослых. А потом вырвалась из-под опеки. Чтобы не случилось непоправимого, пришлось вызывать ее отца.

Сейчас в академии учится младшая сестра Хорошевой Саша. На вопрос о Маше отвечает коротко: “Это был ее выбор”.

“Коран проглотите за два дня”

— У нас идет война! Подпольно-партизанская. С радикальным исламизмом, — говорит преподаватель Георгий Бейтуганов. — И надо признать, что традиционный, умеренный, миролюбивый ислам — с национальными адатами и нормами — все больше уступает радикальному — импортированному, который навязывает шариат.

Пятигорские радикалы нередко собираются в кафе “1001 ночь”. Либо в “Панораме” у подножия горы Машук.

— Это стало модно, — говорит Бейтуганов. — Идет культурное возрождение, ребятам вбивают в голову, что ислам в первую очередь радикальный, это часть их традиции. Северным Кавказом долго не занимались. Муфтиев преследовали. Образовавшийся вакуум заполнили эмиссары с Ближнего Востока. Исламские радикалы фактически отрицают национальность, им важно объединить под своей властью шариата весь Кавказ. Вы подниметесь в горы, в отдаленные селения Дагестана и Кабардино-Балкарии. Там на любой, даже очень скромной сакле висит телевизионная тарелка.

Сельчане не смотрят центральные телеканалы, где пропагандируют жестокость, разврат и наживу. У деревенских жителей популярны турецкие передачи и сериалы. В этих селах слушают только арабскую музыку. Мальчиков с детства обрабатывают ваххабиты. Девчонки влюбляются, тянутся за ними, надевают хиджаб, следуют традициям.

Мы на собственном опыте убедились, как может происходить вербовка девушек и женщин в Пятигорске. Приехали в мечеть к окончанию вечернего намаза. Разговорились с прихожанами о погоде, о вере, о последних громких событиях в Москве. Рядом остановился молодой человек. Представился: “Мурат”.

— Поедем в ресторан, кофе-чай попьем, шашлык покушаем, побеседуем, я отвечу на ваши вопросы, просвещу в вопросах веры.

Его шикарный “Мерседес” остановился возле тихого ресторанчика, спрятанного в переулках. По словам нашего нового знакомого, это любимое место мусульман. Здесь не выпивают, не сквернословят, обстановка — спокойная и уютная.

— Вы читали Коран? — с ходу озадачил нас Мурат. Не дождавшись ответа, продолжил: — Вы обязательно прочитайте. Я вам подарю пару книг. Сегодня и начнете.

— Вряд ли! Скучно и долго… — отмахнулись мы.

— Да вы что! — ничуть не оскорбился собеседник. — Книга увлекательная, затягивает. Настоящая философия жизни. Очень рекомендую, по-другому начнете смотреть на мир. Обещаю, за два дня проглотите Коран.

— Мы христиане, читаем Библию.

— Коран — совсем другое, — не унимался собеседник. — А ролики по исламу в Интернете смотрели? Обязательно посмотрите.

Мурат записал на листочке адреса видеолекций в Интернете, где проповедуют ислам.

— А лучше поедем ко мне домой, я вам сам все покажу. Это очень интересно. И тогда вы поймете, почему православные становятся мусульманами…

Эта беседа казалась бесконечной. На протяжении двух с лишним часов мы пытались сменить тему разговора. Пытались расспросить о Виталии Раздобудько, бывшем прихожанине пятигорской мечети. Но Мурата было не унять. Под занавес трапезы мы уже знали, как правильно совершать намаз, держать пост, какую литературу необходимо читать истинному мусульманину. Также мужчина прочитал нам целую лекцию о вреде пьянства и о моде на хиджаб.

— В коротких юбках ходят все — этим уже никого не удивишь. А вот хиджаб — совсем другое дело. Вы сразу привлечете к себе внимание большинства мусульман, — убеждал нас молодой человек. Разошлись мы далеко за полночь. Мурат расплатился по счету.

На следующий день позвонил рано утром:

— Ну что, начали читать? Может, сегодня снова встретимся, обсудим? Я вам еще диски с лекциями передам…

Мы сказали, что уезжаем в Москву.

фото: Ирина Боброва

“Террористами становятся кандидаты наук и дети прокуроров”

На самом деле мы отправились побеседовать с благочинным пятигорским протоиереем Борисом Дубинским.

— У терроризма нет национальности, ваххабизм — это общемировая проблема, слабость власти. Александр Ульянов, брат Ленина, который готовил покушение на царя, собирал боевые снаряды, тоже по большому счету был террорист, — говорит отец Борис.

К радикальным исламистам, по мнению благочинного пятигорского Бориса Дубинского, попадают те, кому требуется экстрим, кто не нашел свое место в жизни или хочет легко заработать деньги.

— Это часто очень внушаемые люди, которые привыкли по жизни подчиняться. Та же Маша Хорошева. Как я понял, она находилась под сильным влиянием родителей. Свыклась с тем, что мама с папой несут за нее ответственность. Потом она так же доверилась своему молодому человеку, попала под влияние мужа…

Прокомментировал ситуацию и заместитель председателя Общественного совета города Пятигорска, специалист по межэтническим отношениям Валерий Арустамов.

— Вербуют наших ребят чаще всего приезжие с Ближнего Востока, — говорит Арустамов. — В Пятигорск приезжают юноши и девушки из далеких горных аулов в надежде заработать денег. Но и здесь царит жуткая безработица. В итоге молодые люди не знают, куда податься, как жить дальше, им некуда приткнуться. А кругом ходят эмиссары, которые присматриваются к таким неприкаянным, выдают им с ходу “подъемные” — пачку долларов. Потом ежемесячно выплачивают по 20—25 тысяч рублей. Но это начальная стадия вербовки, когда зомбирование происходит на уровне внушения. Новичкам предоставляют специальную литературу, они посещают экстремистские лекции. Этим неустроенным парням постоянно внушают: мол, кругом царит несправедливость, рядом живут богачи, и ты можешь всю жизнь прожить в нищете, если не объединишься с нами.

Есть специально обученные люди, которые обладают даром внушения. Они способны навязать человеку любую, даже самую бредовую идею. Так, русскому парню могут на протяжении нескольких месяцев твердить, что мусульманство — наиболее справедливая религия, во главе ислама стоит человек, после смерти все попадают в рай.

— Очень грамотно и проникновенно преподносил ислам боевик Саид Бурятский. Его агитационная программа убедила даже меня, — говорит Арустамов. — Когда я послушал его лекции в Интернете, то поймал себя на мысли — будь я 20-летним пацаном, наверняка бы поменял веру. Вербовщики проделывают мощную идеологическую работу. За что и получают приличные деньги.

— Смертник проходит более тщательную обработку?

— С ними работают профессионалы. Дело в том, что на Кавказе все молодые люди зависимы и управляемы старшими родственниками. И чтобы вывести их из-под этого контроля, требуется немало усилий. Без применения психотропных средств, часто наркотиков, специальных программ гипноза в этом случае не обойтись.

— Попадают в лапы радикалов и выходцы из обеспеченных семей.

— Да, так, в Дагестане к боевикам примкнул сын начальника отдела уголовного розыска, сын судьи и племянник прокурора. Я знал одного кандидата наук из Ростова-на-Дону, который защитил диссертацию по развитию толерантности межнациональных отношений. А через месяц присоединился к банде боевиков из Дагестана.

Но далеко не все пособники террористов принимают ислам. Так, в Пятигорске на вокзале бывший сотрудник милиции, славянин, заложил взрывное устройство в мусорный бак на вокзале за 1000 долларов. Примерно в то же время ваххабиты за пару сотен долларов уговорили русскую проститутку подбросить сверток с бомбой в урну на рынке Невинномысска. Деньги, выплаченные в качестве гонорара, оказались фальшивыми.

“Лезгинка под аккомпанемент выстрелов”

То, что на Северном Кавказе неспокойно, отмечали все наши собеседники. Этот регион — как пороховая бочка, которую все время пытаются поджечь. Здесь присутствуют спецслужбы — турецкие, из арабских и западных стран.

фото: Михаил Ковалев

Стоит ли удивляться, что два последних года молодые люди стали устраивать на площадях Пятигорска танцы. Показательные, воинственные. Лезгинка сопровождалась выстрелами в воздух из травматики.

— Этими танцами студенты хотели заявить, что их много, что они сила. Известно, что заданный ритм, постоянно повторяющиеся движения способны ввести человека в транс, — говорит Виктор Песоцкий (возглавляет Управление общественной безопасности администрации города). — Как тут не вспомнить строевую подготовку. Звучит команда, все поворачивают головы налево, кругом. Тот же сплоченный коллектив, как в танцах, все подчинены одной воле. То, что они не сделают по одному, сделают толпой.

Молодые люди все чаще стали подкатывать на нескольких машинах к площадям, врубать на полную катушку музыку, выделывать коленца не только в дневное время суток, но и ночью. Танцы устраивались не только на “фарме” — площадке перед фармацевтической академией, но и на площади перед администрацией. Лезгинку отплясывали и в два ночи, и в пять утра. Молодые люди, как звери, метили территорию. Иногда звучали выстрелы. Наконец, милиции это надоело.

— Была проведена беседа с диаспорами, было сказано, что нельзя нарушать общественный порядок после 23.00 и до 7 утра. Собрался совет безопасности и совет ректоров вузов. Приняли решение отчислять злостных нарушителей из высших учебных заведений. А для танцев студентам отвели место в лесу у подножия Машука.

Мы посетили так называемую “поляну танцев”. По рассказам официантов рядом расположенных кафе, площадка практически пустует. Зрителей здесь в зимнее время немного. Выступать не перед кем.

— Есть сила, которая пытается разыграть кавказскую карту, — продолжает Виктор Песоцкий. — Их цель — породить хаос на Северном Кавказе, образовать кавказский исламский халифат.

Провокаторов у нас хватает. Появляются, например, надписи на домах: “Аллах акбар”. Тот, кто читает Коран, никогда так не напишет. Правильно — “Аллаху акбар”, то есть “Бог — самый великий”. Что же делать с Кавказом? У местных жителей один рецепт.

— У нас безработица 60 процентов! — советует местный житель Юсуф. — Нужно развивать строительный комплекс — строить кирпичные и цементные заводы. У нас есть залежи базальта, можно делать утеплитель, развивать гидроэнергетику. Дайте людям хорошую работу, уничтожьте коррупцию. Тогда терроризм сойдет на нет…

Пятигорск

Теракт в Домодедово. Хроника событий


Партнеры