Русь в ожидании варягов

Политический памфлет

14 октября 2011 в 14:43, просмотров: 22734
Русь в ожидании варягов

Одна власть полицию отменяет, вводит милицию. Другая отменяет милицию, вводит полицию. Одна власть отменяет названия дней недели, другая меняет часовые пояса. Одна власть отменяет Бога, рождественские елки, разрушает храмы. Другая “возвращает” Бога, елки, но закрывает школы, выбрасывает на улицу учителей. Одна власть переименовывает улицы, города. Другая возвращает старые названия, но многие города, поселки и деревни исчезают с карты страны как неперспективные.

Всякая власть у нас в стране страдает близорукостью и неадекватностью. Ей (власти) все кажется, что раз у нее в руках власть, значит, она лучшая и единственно верная. Русский народ в смысле власти патологически ленив — он будет голодать, вымирать, стонать под игом репрессий, но на власть никогда не покусится — в сущности, она ему не нужна.

Норманы хотят править? Пожалуйста. Татары? Пусть. Поляки? Совсем уж было в Кремле их усадили, но потом чего-то одумались, прогнали. Поехали просить на царство Михаила Романова. Юноша, узнав о том, что его ждет царский венец, упал на землю и безутешно плакал о своей судьбе как о погибшей. Бояре уговаривали аж шесть часов! (Трудно, конечно, представить, чтобы нынешние наши — любитель Твиттера и подводный археолог — вот так отпихивались от царства; мол, не хотим мы никаких вторых и третьих сроков, а желаем в Ипатьевском монастыре дни свои в благочестивых молитвах проводить.)

Потом зашел черед немцев, полунемцев, четвертьнемцев и пр. При Екатерине Великой престол был крепок, но чем более наши монархи русифицировались, тем равнодушнее были к власти. Николай II государство выронил. О власти тотчас заспорили евреи — Троцкий, Зиновьев, Каменев и т.д., но победил грузин. Вскоре претендентом на русское царство вызвался немец Адольф; он пошел войной на Россию, в результате была перебита тьма народа с обеих сторон.

Русский человек, сильно пьющий Ельцин, сначала парламент расстрелял, а потом от власти отказался. Почти Николай II. Горбачев державу развалил, а после пиццей пошел торговать, как юродивый. Вот это по-русски! Зюганов? Очевидно, что русский — на выборах в 1996 году победил, но их подтасовали, он посмотрел на все это, махнул рукой — зачем мне власть? И без нее хорошо жить можно.

Обладает ли русский народ имперским мышлением? Это вопрос. Очевидно, что русские уживчивы и миролюбивы, умеют работать, если захотят, в том числе и умственно; но по своему мировоззрению русские — буддисты. Они говорят, глядя на окружающее безобразие: “А, пусть”. Или: “Авось”.

Русский человек на самом-то деле сторонится соборности и коллективизма, несмотря на советские прививки энтузиазма. Русский предпочитает надеяться на самого себя, на урожай с огорода, в экстремальных случаях — на Господа Бога.

Выборы — эффективная коллективная технология, но русские в нее не верят изначально. Для нас это слишком примитивно — власть через выборы. Бирюльки детские! Да и вообще, с властью русские никогда не соединяются сердечно. Мол, мы тут жили, и жили спокойно, своими делами занятые, а вы тут со своими инициативами — то революция, то коллективизация, то модернизация, то индустриализация, то информатизация… Все эти “инновации” нужны власти, чтобы усидеть у власти. А русскому человеку ничего этого не надо. Он по натуре своей созерцатель. Солнышко светит — хорошо. Дождь пошел — тоже неплохо.

Русский занят глобальными проблемами (“есть ли жизнь на Марсе” например), но никак не поправками в действующее законодательство — “парламентаризм” для простого смертного звучит почти как ругательство. Потому бесполезно взывать к политическим инстинктам народа: у наиболее мудрой части населения они отсутствуют напрочь. Мудрая часть стремится к несуетливому достатку, к благополучию семьи и детей, к тому, чтобы дом был полная чаша, а дочь вышла замуж по любви и за хорошего человека.

Посему ошибочны заявления тех, кто говорит: вол, мол, русский народ плох, он не годится для модернизации. Это неправда: русский народ с его традиционным дистанцированием от власти годится для чего угодно — хоть в космос его, хоть в ГУЛАГ. Народу, в сущности, все равно. Путин? Хорошо. Медведев? Хорошо. Ходорковский? (Ну, если бы, допустим, и он.) Тоже можно, симпатичный брюнет. Русские слишком живут чувствами и слишком мало логикой, рацио. Народ, в котором северная созерцательность победила южный скифский темперамент.

Мэры, депутаты, высшие чиновники — процент уголовных преследований среди них выше, чем среди обычных (невластных) людей. Может быть, это система так построена, что она отбирает худших? Возможно. Но полное равнодушие народа к тому, как устроена эта система и кто будет им править, есть либо признак неизлечимой болезни, либо, напротив, богатырского душевного здоровья.

Русские никогда не стремились к мировому владычеству (они и в своей-то стране к власти не стремятся), и вот этот сознательный отказ быть первыми тоже есть одна из загадок русской цивилизации. Участь первопроходцев, как известно, печальна. Где Великий Рим? Где Византия? Где Третий рейх?

Миролюбие русских теперь соседствует с прагматизмом китайцев. Русский народ по своей сути глубоко нереволюционный. “Возжечь” его тяжело — он может ругать власть на кухне, на завалинке, в автомобильной пробке, в блоге, но для того, чтобы этот народ раззадорить, нужно что-то экстраординарное. Или совсем безумное. Мировая война например (1917 год). Или мировая глупость (1991). Но от революций русский народ инстинктивно сторонится — ни одна из них не принесла ему счастья.

Русские националисты никогда у русского народа не пользовались большой популярностью именно в силу того, что намекали: задача русских — взять власть в свои руки. Это всегда вызывало внутреннее раздражение: власть у народа ассоциируется с дополнительными обязанностями, а не с внезапно свалившимися возможностями. Потому в России и не приживались (и до сих пор не прижились) партийные системы — эти игрушки русскому народу непонятны.

Власть все время сует народу всяческие снадобья в виде реформ, народ же в ответ говорит только одно: “Да отстаньте вы!”. Если бы власть дала народу развиваться свободно и самостоятельно, то сразу бы выяснилось — никакой власти не надо вообще. Если человек может управлять собою, он может управлять и государством. И если у нас большинство населения могут сами собой управлять, то зачем им сверху какая-то насильственная вертикаль?

Возникает вопрос: если власть русскому народу органически чужда, то как от нее, власти, избавиться? Куда ее деть?

В таких условиях нам годится только одна форма правления, никакой не тандем — монархия. Вечная, несменяемая и ни на что не влияющая в стране. Тогда все постепенно устаканится. Выборы будут не нужны — уже экономия денег, времени и людских ресурсов. Партии отпадут за ненадобностью, законодательные органы — тоже (и так напринимали законов на двести лет вперед). Губернаторов можно оставить назначенных — работать они будут лучше, потому что пересидеть им будет негде: главное, из страны их не выпускать. Хочешь власти? Пожалуйста. Но становишься невыездным, вроде физика-ядерщика. Многие сами от такой власти откажутся.

Теперь обсудим кандидатуры на должность монарха. Многим нравится Никита Михалков — вот, мол, он и манифест уже написал, и царя в кино играл, и род у него вроде дворянский. Но уж больно дорогое у Никиты Сергеевича хобби! Разорит он своими кинопостановками державу. Еще две кандидатуры: Нарышкин и Шувалов. Оба — члены правительства, со знатными фамилиями. Отклоняем и их, потому как России-матушке нужна ныне заботливая рука матери-императрицы.

Такая женщина есть!

Позвать к нам на царство следует Ангелу Меркель. Во-первых, немка, народ в управителях для нас привычный. Во-вторых, толковая весьма — не чета Обаме и Берлускони; евро держит из последних сил, атлант и кариатида в одном лице.

Ну, а если Меркель немцы не отпустят, тогда надо обращаться к норманам. “Откуда есть пошла русская земля…” — туда и вернемся.

А что, вон Норвегия, нефтяное государство вроде нашего, а живут себе припеваючи при короле Харальде V. Так позвать этого викинга к нам!

Между прочим, чемпион мира по парусному спорту, что авторитетно для отечественных яхтовых миллиардеров. Мужчина он спокойный, выдержанный, дочь его, принцесса Марта Луиза, психотерапевт — очень даже нужная профессия для управления Россией.

Веры, говорите, протестантской? Обратим в православие Ну и отлично! Ждем-с. Давно бы так, а то все демократия, демократия…





Партнеры