Хроника событий Пархоменко опубликовал список "фантомных" участков на президентских выборах в Петербурге, которые существовали только на бумаге и на которых более 90% голосов отдано за Путина Прохоров проиграл второй суд по отмене итогов выборов Надо подделать все подписи-3 Еще одна история про честные выборы Выборы обошлись России дорого

Вброс в пользу Чингисхана

На пробных выборах корреспондент «МК» убедился, что камера фальсификаторам не помеха

26 февраля 2012 в 12:45, просмотров: 16571

В субботу на 12 избирательных участках Москвы прошли репетиции выборов. Корреспондент «МК», командированный редакцией в территориальный избирком, готовил и проводил выборы на одном из участков. И убедился, что камера не мешает вбрасывать бюллетени, однако при подсчете вброс всплывает.

Вброс в пользу Чингисхана
фото: Михаил Ковалев

В школу искусств в Ясеневе, где расположен избирательный участок, я приехал накануне пробных выборов в качестве проверяющего из ТИК. Тут уже вовсю кипит работа: в вестибюле расставлены столы для голосования и собраны кабинки, а в классе контрабаса, где расположилась участковая комиссия, надписывается большая копия протокола и брошюруются книги избирателей. В отличие от настоящих выборов все графы в них пустые — будут вписывать всех желающих, независимо от прописки.

фото: Михаил Ковалев
Ради эксперимента корреспондент "МК" и одновременно член ТИК подделал бюллетени и проголосовал трижды

Для председателя комиссии Романа Бекмурадова это будут первые выборы. Он охотно прислушивается к моим замечаниям, например: почему на входе в школу нет плаката, приглашающего на пробное голосование?Плакат тут же появляется. Роман показывает мне, где установлены камеры и — спрятанный в сейфе в гардеробе монитор, по которому идет трансляция.

фото: Михаил Ковалев
Камеры и наблюдатели не заметили, что один человек вбрасывает три бюллетеня

Точное название этой «избирательной кампании» — «Выборы исторического героя — «вершителя судеб мира». Кандидатов, как и в президентской гонке, — пять: Македонский, Наполеон, Петр Первый, Черчилль и Чингисхан.

фото: Михаил Ковалев
Опытный член УИК вычисляет вброшенные бюллетени. Фальсификация не удалась

Знакомлюсь с заместителем председателя Дмитрием Федоровским. Федоровский на прошлых выборах был председателем этой УИК. Но сейчас он — кандидат в депутаты муниципального собрания. И если он будет светиться на голосовании, его оппоненты могут подать жалобу. Он опытнее начальника — работает на выборах 10 лет. Спрашиваю его, зачем ему это надо — работать даром, да еще и обвинения терпеть? Смотрит на меня с недоумением. Поясняю, что я не только член вышестоящей комиссии, но и журналист. После этого отвечает охотно:

Урну проверяет тот самый легендарный ВВ, председатель территориальной комиссии, в которую внедрился корреспондент "МК". Вброс за Чингисхана (12 фото)

— Работаю потому, что интересно. Обвиняли в фальсификациях тех, у кого «Единая Россия» 80% набрала, а у нас было 39%. Это нормально. Сейчас вот ждем из Мосгоризбиркома сведений о доходах кандидатов. Теоретически их должны предоставить: кто сколько у Руси украл. Я думаю, что Чингисхан больше всех украл. Поэтому он может победить только при массовых фальсификациях. А выберут, я думаю, Петра Первого.

Честно признаюсь, что планирую осуществлять вбросы и давить на членов комиссии. Смеется.

Постепенно прекращаю вести себя как контролер и втягиваюсь в работу. Вешаем на стену большую копию протокола. Спрашиваю у председателя, кто будет сидеть за столами для наблюдателей от кандидатов?

— Есть доверенные лица, назначенные лично кандидатами. Закон есть закон, иначе нельзя. Они и назначат наблюдателей.

Поскольку кандидатов нет в живых, то и наблюдателей, получается, назначать некому.

Курьер буднично доставляет запечатанную коробку с двумя разобранными урнами. Открываем и видим много непонятных, но в основном прозрачных запчастей. Просто моделист-конструктор какой-то. Изучаем инструкцию, и все оказывается не так страшно. Правда, не все детали встают в пазы и иногда приходится лупить по запчастям кулаком. Впрочем, большинство моих коллег по сборке урн их конструкцией остаются вполне довольны. И даже уверены: в каждой комиссии с такой работой справятся.

Когда 2 урны собраны, остается последний штрих — наклеить стикер с гербом. Куда его клеить — в инструкции не сказано. Члены УИК предлагают решить вопрос мне как представителю вышестоящей комиссии. Я проявляю чиновничью осторожность и предлагаю дождаться приезда председателя ТИК.

Урны у нас прозрачные, даже слишком. Предполагалось, что через них должно быть видно бюллетень, но — не его содержание. Я опускаю в урну листок с галочкой и смотрю сквозь стенку. Галочку видно прекрасно.

— Значит, будут жалобы, — говорит как раз подошедший председатель нашего Терризбиркома Владимир Владимирович Юрьев (далее — В.В. — Авт.). — Ну предупредим, чтобы сворачивали бюллетень. Хотя я лично смотрел в этот ящик и галочек, в отличие от вас, не увидел. Зрение у всех разное…

В.В. быстро решает, куда клеить стикер: «Куда хотите» — и командует, куда поставить урны. Мы исходим из расположения камер и выцеливаем, глядя в монитор, чтобы камера показывала только руки и плечи голосующего человека, без головы.

Следующее таинство: из Мосгоризбиркома привозят под роспись бюллетени (всего 200 штук) и плакаты с кандидатами. Сведений о доходах в них не оказалось, но зато текст выполнен с юмором. Там сообщается, что Македонский выдвинут правящей партией, Чингисхан — кандидат от татаро-монгольского войска, проживает в степи. Петр Первый — выдвиженец всея Руси. Интересно, что в протоколах кандидат от степи пишется не так, как в плакатах, а «Чингиз-хан». В общем-то, серьезное нарушение.

Шутки шутками, но члены УИК пересчитывает бюллетени и ставят на них степени защиты: уникальную печать участка и по 2 подписи. Все как на настоящих выборах, только спецмарку не клеим.

В.В. выискивает шероховатости: «Где плакат об ответственности за нарушения избирательного законодательства? Повесить. Кабинка без шторки? Плохо». И инструктирует председателя:

— Ты не волнуйся. Будут вопросы — почитай инструкцию, там все есть. Ты не обязан все помнить наизусть. Понадобится — прочитаешь. Со мной посоветуешься.

Но чувствовалось, что председателю перед его первыми выборами предстоит бессонная ночь.

Утром в день голосования бригада дворников до блеска вычистила школьный двор, а в зале для голосования было не протолкнуться: приехали члены 57 ясеневских УИК — посмотреть, как правильно организуется процесс, да и простые «избиратели» были.

Нахожу в толпе В.В. и сообщаю, что готовлю вброс. Он не возражает: «Вот и проверим УИК: вычислят или нет».

Роман Бекмурадов просит у зала тишины: «Сегодня день открытых дверей. Мы продемонстрируем, как должны пройти выборы 4 марта. Прошу включить камеры, а наблюдателей — убедиться, что урны пустые». Хотя они и прозрачные, наблюдатели заглядывают внутрь. Потом Роман надевает на урны крышки, фиксирует их бечевкой и заклеивает ее бумажкой с печатью. «Процедура опечатывания в законе не описывается, мы решили сделать так», — комментирует он.

Членам комиссии за столами выдают книги избирателей, и я подхожу за бюллетенем одним из первых. Это неспроста: ведь мне же еще нужно время, чтобы его подделать.

На ближайшем ксероксе делаю 2 копии бюллетеня. Тоже не случайно: щель в урне узкая, больше трех сложенных вдвое бланков туда не просунешь, а по одному будешь совать — заметят. В кабинке для голосования решаю сделать вброс в пользу Чингисхана, ставлю галочки во всех трех бюллетенях. Чтобы камера и наблюдатели не заметили через прозрачные стенки урны, как стопочка бюллетеней разлетается — загораживаю одну стенку (от камеры) собой, вторую (от наблюдателей и члена Мосгоризбиркома Эльвиры Ермаковой) загораживает наш фотокорреспондент, активно меня снимая.

Вброс завершен, никто ничего не заподозрил. А я уже обратил внимание на то, что трансляция в Интернете запаздывает на минуту, поэтому спокойно подхожу к монитору и просматриваю свою спецоперацию. Вроде все шито-крыто.

Тем временем Ермакова инструктирует Романа на будущее: «Чтобы подсчет не затягивался, все нужно заранее продумывать до мелочей. Вот у вас губки есть, чтобы пальцы мочить при подсчете? А без них работа замедляется».

К беседе подключается Федоровский: «Сейчас тебя, Роман, научат, как закон о выборах нарушать», следом за ним В.В.: «Как бы не было международного скандала. Не поделят голоса Наполеон с Черчиллем — столкнем Англию и Францию». Примкнувший к разговору избиратель начинает агитировать за Чингисхана, поскольку среди кандидатов нет Сталина. Агитация на участке — это уже нарушение, делаем ему замечание.

Ближе к концу пробного голосования на участок приходит возмущенный представитель кандидата в президенты от КПРФ и вручает Ермаковой аккуратно напечатанную жалобу: таблицу с перечнем допущенных при голосовании нарушений. В ней даже названы фамилии виновников — некоторых членов УИК.

— Вы же только что пришли, а заявление заранее напечатали, да? — удивляется член Мосгоризбиркома. Заявитель не спорит:

— А тут всегда одни и те же нарушения.

— Но у вас стоит сегодняшняя дата, и вы пишете «после завершения голосования происходило»... А голосование еще не завершилось...

Тем не менее Ермакова жалобу приняла с условием, что жалобщик укажет точное время ее подачи.

Большинство членов УИК внимательно следили за процедурой, но сами за бюллетени не брались. Видимо, для того, чтобы упростить процедуру подсчета и пораньше вернуться домой. Когда голосование закончилось — выяснилось, что в волеизъявлении поучаствовало только 40 человек.

И тем не менее подсчет и оформление документации заняли около двух часов. Что же будет, если 4 марта придут все 2600 приписанных к участку избирателей?

Начали с пересчета неиспользованных бюллетеней и — по книгам избирателей — количества граждан, получивших бюллетени. Сумма этих двух цифр обязательно должна равняться 200 (столько бланков мы получили от МГИК). Затем неиспользованные бланки «гасят», отрезая уголки, и первые данные вносятся в большой протокол на стене, а книги уносят в сейф.

После этого перед одной из камер сдвигаются столы, члены комиссии, участвующие в подсчете, выкладывают из карманов ручки и демонстрируют наблюдателям отсутствие письменных принадлежностей, а мы распечатываем первую урну и пытаемся ее высыпать. Из-за статического электричества бюллетени прилипли к стенкам. «Нужен пылесос», — иронизирует Федоровский.

Когда все бюллетени на столе, их раскладывают по кучкам — за каждого кандидата, громко зачитывая и демонстрируя бланк всем желающим. Это делает один из самых опытных членов УИК. «Внимание! — произносит он вдруг грозным голосом. — Бланк неустановленного образца. На нашем бюллетене печать синяя, а тут — черная. Это — ксерокопия. Внимание! — повторяет он через некоторое время. — Еще один ксерокс».

Так комиссия раскрыла мой заговор. Я уже и сам был не очень рад этой своей идее. Ради «списания» двух вброшенных бумажек пришлось заполнять отдельный акт, что заняло дополнительное время. То же касалось и недействительных бюллетеней (с двумя галочками или вообще без них) — каждый вписывается в дополнительный акт, а затем упаковывается отдельно от остальных бюллетеней, но перед этим на его обороте председатель комиссии пишет причину недействительности и два члена комиссии ставят свои подписи.

После сортировки бланков по кучкам каждую из них, по требованию въедливого наблюдателя, пересчитывали по нескольку раз. В итоге победил Петр Первый, последним — с нулем голосов — стал Черчилль. Но это еще не все. Законом установлено, что комиссия составляет итоговый протокол, только выслушав замечания наблюдателей. Замечания были лишь у одного, но он их с жаром излагал полчаса.

Когда протокол составлен, председатель УИК подходит к камере, протягивает бумагу к ней, а затем зачитывает результаты вслух. Это забавно с учетом того, что цифр на мониторе не видно, а звук в Интернет не транслируется. Однако, как пояснил В.В., у записи, которая хранится на сервере участка, звук все же есть, а изображение можно будет увеличить.

Выборы-2011/2012. Хроника событий


Партнеры