Личность есть, а культа нет?

Советник президента Казахстана Ермухамет Ертысбаев: «Никакого культа Назарбаева не существует»

3 апреля 2012 в 16:01, просмотров: 12191

Противоречивые вести приходят в последнее время из Казахстана. Например, в стране почти одновременно появились многопартийный парламент и памятник президенту Нурсултану Назарбаеву. Куда же на самом деле движется Казахстан? Об этом «МК» спросил у политического советника президента Назарбаева Ермухамета Ертысбаева.

Личность есть, а культа нет?
Такая скульптурная композиция с недавних пор украшает Парк имени первого президента Казахстана в Алма-Ате.

— На недавних выборах в парламент Казахстана вместо одной партии прошли три. А еще раньше в Алма-Ате был поставлен памятник Назарбаеву. Кого именно пытается догнать Казахстан — передовые страны или некоторых своих соседей по Средней Азии?

— Вас, наверное, интересует, есть ли культ личности Назарбаева в Казахстане? Сразу отвечу, что никакого культа Назарбаева не существует. Казахстан — открытое общество, самое европеизированное из всех государств азиатского материка, если хотите. Культа нет, а авторитет Назарбаева в народе действительно велик. Год назад на президентских выборах Назарбаев получил свыше 95% голосов казахстанского электората. Подавляющее большинство казахстанцев на данном отрезке истории не желают другого президента. Про памятник в Алма-Ате, честно говоря, слышу впервые. Наверное, это инициатива местных чиновников. Казахстан стремится стать передовым, современным, открытым, демократическим и светским государством.

— Есть мнение, что две прошедшие в парламент оппозиционные партии — не более чем марионетки администрации президента. Каков ваш комментарий?

— Действительно, такое мнение есть в оппозиционной среде. Потому что в подлинно многопартийном парламенте ни одна из партий не имеет абсолютного большинства. А в казахстанском парламенте президентская партия «Нур Отан» имеет абсолютное большинство, в том числе и конституционное большинство. Две другие партии имеют всего 14 мест из 108.

— В результате недавней серии перестановок после выборов среди казахстанских министров остался только один русский, а среди губернаторов — и вовсе ни одного. Это случайность или что-то другое?

— Это случайность. Русских много в парламенте, в исполнительно-распорядительных органах власти в центре и на местах. Вообще при приеме на работу в Казахстане в первую очередь смотрят на образование и профессионализм, организаторские способности, коммуникабельность и знания. Этническое происхождение уже никого не интересует.

— Недавно исполнилось сто дней со дня беспорядков в городе Жанаозен. Какие уроки страна извлекла из тех событий? И можно ли теперь говорить о том, что основной особенностью политической жизни в Казахстане является стабильность?

— Власть, безусловно, извлекла уроки из событий в Жанаозене. Еще в декабре прошлого года президент Назарбаев посетил Жанаозен и встретился с местными жителями. Были приняты кадровые и организационные меры. Создана правительственная комиссия, и выделены большие средства из бюджета для разрешения социально-экономических проблем в Жанаозене. Президент открыто признал, что рабочие в трудовом конфликте были правы. В то же время президент сказал, что надо отделить трудовой конфликт от бандитствующих элементов, которые сожгли здание местного органа власти, нападали на работников правоохранительных органов, грабили магазины и банкоматы.

Стабильность по-прежнему для Казахстана является самым ценным достоянием. То, что произошло в Жанаозене, — это единственное трагическое событие за 20 лет независимости.

— Есть ли доказательство, что беспорядки в Жанаозене были инспирированы извне? Не сваливает ли власть свои собственные просчеты на происки неких «темных сил»? Не идет ли речь о том, что нефтедобывающие регионы не получают свою долю доходов от «нефтяного пирога»?

— Определенные силы извне, вне всякого сомнения, приложили руку к событиям в Жанаозене. Государственные преступники, скрывающиеся за границей, открыто призывали нефтяников захватывать органы власти и свергать нынешнее государственно-политическое устройство в Казахстане. Власть открыто признала свои ошибки. Просчеты были. Например, в миграционной политике. Трехсторонняя комиссия (правительство—профсоюзы—работодатели) давно не работает. Правительство откровенно запоздало с тушением пожара в Жанаозене. Местный акимат самоустранился от решения проблем Жанаозена. В то же время надо подчеркнуть, что заработные платы нефтяников были самыми высокими в производственном секторе Казахстана. Что касается нефтяных доходов, то они в полном объеме идут в Национальный фонд страны. Назарбаев неоднократно подчеркивал, что «надо научиться жить и работать так, как будто у нас нет нефти».

— Вам приписывают заявление, что лучшим кандидатом на роль второго президента Казахстана является зять нынешнего главы страны Тимур Кулибаев. Вы действительно так считаете?

— Вы правильно сказали: приписывают. Часто мои слова вырывают из контекста, гипертрофированно преувеличивают. Откровенно говоря, меня именно этот вопрос мало интересует. Потому что второго Назарбаева не будет. Второй глава государства, кто бы он ни был, не будет обладать таким объемом власти, как нынешний президент. В постназарбаевский период неизбежно и резко вырастет власть и статус парламента, который реально будет формировать правительство, которое, в свою очередь, станет центральным органом управления в стране.

Тимур Кулибаев, думаю, если не пойдет в большую политику, то будет наравне с другими крупными олигархами влиять, и существенно влиять, на определение главного носителя власти в лице нового президента.

— Почему Казахстан недавно заблокировал решение о преобразовании Евразийского экономического сообщества (ЕврАзЭС) в Евразийский экономический союз? Означает ли это, что между Астаной и Москвой возникли разногласия по поводу механизма интеграции?

— Наш президент — человек не только слова, но и дела. Он желает, чтобы было меньше пропаганды, а больше конкретных дел, чтобы слова и дела не расходились. Мы подписываем важнейшие межгосударственные документы, а потом выясняется, что, например, главный санитарный врач РФ Онищенко может единолично принять решение о запрете ввоза казахстанского мяса на территорию России. А зачем мы тогда договаривались, что с 1 января 2012 года в рамках Таможенного союза существует свободное перемещение товаров, капиталов и рабочей силы? Короче, есть проблемы. Надо реально сделать так, чтобы наднациональные органы (Совет ТС) были доминирующими органами над правительствами трех стран. Надо в короткие сроки стандартизировать законодательства трех стран. Вы знаете, что налоговый режим в Казахстане лучше, чем в России? И сейчас многие российские предприниматели открывают совместные предприятия именно в Казахстане. И руководство России, и наше руководство пришли к выводу, что реально Евразийский союз возникнет к 2015 году.




Партнеры