Почему «союз добра и зла» не успел на выборы

Корреспондент «МК» занялся созданием партии и убедился в том, что даже по новому закону это непросто

2 июля 2012 в 19:10, просмотров: 110840

Когда был принят новый закон о партиях, сразу в 100 раз сокративший минимальное количество членов, политологи прогнозировали: теперь партий станет много сотен. Избирательные бюллетени будут многометровыми. Действительно, в Минюсте отметились около 200 оргкомитетов. Однако новых партий зарегистрировано всего два десятка, а в ближайших выборах сможет принять участие в лучшем случае половина из них. Создать партию по новому закону оказалось не так-то просто. В этом убедился корреспондент «МК», который занялся партстроительством.

Почему «союз добра и зла» не успел на выборы
Рисунок Алексея Меринова

Сначала мы подумывали создать «Партию читателей «МК», но потом взяли калькулятор и посчитали, сколько это займет времени и денег. Вышло, что только одна организация съезда съест пару миллионов рублей. И мы решили не обременять родную редакцию. Но партию создать все равно. Ради эксперимента, который может закончиться пшиком, а может — депутатским мандатом.

Шаг первый. Оргкомитет

Мы (я и шеф отдела экономики Константин Смирнов) стали присматриваться к нашим знакомым: предпринимателям, активистам. Провели несколько встреч. В итоге в апрельский день, когда президент подписал обновленный закон, у нас собрался вполне дееспособный комитет из 12 человек. По закону для подачи уведомления в Минюст достаточно десятерых.

Кандидат в оргкомитет должен был удовлетворять хотя бы одному из трех требований: иметь деньги, владеть административным ресурсом, быть способным привести в партию значительное количество людей. При этом на убеждения мы решили не обращать внимания.

В итоге мы, члены оргкомитета, оказались очень разными. К сожалению, товарищи по партии не дали мне согласия оглашать их фамилии на этих скорбных листах, поэтому ограничимся только именами.

С админресурсом к нам пришел Игорь. Ура-патриот, имеет отношение к легендарной «Родине», вхож в Кремль. И финансовый омбудсмен одной из республик Валерий. Готовность привести людей высказали Виктор (самый старший из нас по возрасту, вместе со Святославом Федоровым в свое время он создавал «Партию самоуправления трудящихся»), член правления Союза кооператоров Константин, писатель крайне либеральных взглядов Николай, известный также тем, что он был одним из первых политтехнологов Жириновского. Возможностью дать партии денег обладали двое последних, плюс галерист Владимир и еще несколько средних предпринимателей.

Я с трудом себе представлял, как люди разных путей и взглядов взобьются в один коктейль, поэтому сразу предложил договориться, что наша партия — праволевоцентристская, интернационально-националистическая и так далее. И успокоиться на этом, обсуждать идеологию в последнюю очередь, а пока заняться чистым партстроительством.

Открыть и вести учредительное собрание оргкомитета доверили самому старшему — Виктору, а секретарем избрали самого активного — Игоря. Его же назначили и уполномоченным лицом оргкомитета, которое будет нас представлять в Минюсте.

Набор документов для подачи в Минюст состряпали быстро и по-деловому. Комплект таков: список оргкомитета с паспортными данными, уведомление в министерство о том, что оргкомитет доверяет Игорю быть уполномоченным оргкомитета, и собственно «Протокол № 1 учредительного собрания оргкомитета партии»... Оставалась малость — внести в заголовок предполагаемое название партии.

На этом этапе название не имеет большого значения, его можно будет поменять на съезде. И только после съезда название «столбится» за партией. Тем не менее в нашем дружном коллективе закипели первые страсти. Игорь жестко продавливал вариант «Объединенная народная партия «Родина», кооператоры считали, что наша партия — инновационная, социальная. Виктор — что мы партия народного самоуправления. Тут осенило и меня, и я, вдохновленный идеей Виктора, взял слово: «Партия народного самоуправления! Ведь это же какая аббревиатура: ПАРНАС! Пока Немцов со товарищи копаются — позаимствуем у них название. Сразу получим и бренд, и скандал». Напомню, наше собрание проходит в начале апреля, а название ПАРНАС оппозиционеры официально застолбили в Минюсте только в июне, да и то привязав его к Республиканской партии. Так что шанс был. Виктору и Николаю идея понравилась, кооператоры не хотели скандала, Игорь стоял на своем названии, но слово «Родина» было неприемлемо для большинства.

Как-то неожиданно от вывески перешли к задачам партии. Игорь считал, что необходимо поставить в Москве памятник Ивану Калите, Валерий — провести депутатов в парламенты национальных республик, Николай — поднять льняную промышленность, Константин требовал инвестиций в качество жизни и человеческий капитал.

На пике конфликта я предложил сделать рабочим названием «Союз добра и зла», но это никого не развеселило. Свара тянулась до полуночи, а когда все устали, Игорь пошел на хитрость: «Давайте не будем выдавать идею ПАРНАСа раньше срока. Они спохватятся, проведут съезд раньше нас и вернут себе название. У них возможностей-то больше. Сделаем пока рабочим названием „Объединенная народная партия“, а на съезде резко переименуемся. И тогда уже застолбим за собой то название, которое захотим».

Распечатать протокол не удалось — принтер не работал. Председатель и секретарь договорились вывести и подписать его с утра. И уже на следующее утро мы с Игорем должны были ехать в Минюст.

Шаг второй. Минюст

Но к утру неожиданно образовались 2 протокола вчерашнего оргкомитета. Один подготовил Игорь. Его не хотел подписывать председатель собрания Виктор. Второй вариант сделал Николай. Его подписал Виктор, но блокировал секретарь собрания Игорь. Позже мы решим, что Игорь и Николай станут сопредседателями партии, но на этом этапе оба поставили ультиматумы: «Если этот останется в оргкомитете — я выйду». Мне пришлось проработать миротворцем до обеда. Наконец все согласились подписать тот протокол, что подготовил избранный нами же уполномоченный.

К 14.00 мы с Игорем приезжаем в Минюст на Октябрьской. И выясняется, что мы опоздали: это ведомственное здание не справилось с потоком партийных оргкомитетов, и теперь заявки принимают в другом помещении — на Профсоюзной. Наперегонки с другими партийными новоделами несемся туда. Чтобы переварить массу оргкомитетов, к работе над партстроительством подключили отделы символики, НКО и религиозный. У нас документы принимал как раз религиозный отдел Минюста.

Усталая женщина за две минуты просматривает наши документы и сообщает, что все в порядке. Просит зайти через час. И в назначенное время вручает бумагу на фирменном бланке Минюста с волшебными словами: «подтверждаем получение информации в отношении оргкомитета». Скупая слеза побежала по щеке Игоря: «Я шел к этому три года...» Действительно, три года назад он попытался воссоздать «Родину», но по старому закону ничего не вышло.

Следом за нами бумагу получает молодой человек. «Мы — „Объединенная русская партия“, — говорит он. — Вступайте к нам».

— А мы — «Объединенная народная». Так что лучше вы к нам, — отвечаем.

Информация о нашем оргкомитете в этот же день появляется на сайте Минюста под номером 119. А ведь еще не прошло недели с момента подписания нового закона о партиях.

фото: Кирилл Искольдский
“Республиканская партия России — ПАРНАС”, восстановленная в правах, может не успеть на ближайшие выборы.

Шаг третий. Счет

Оргкомитет зарегистрирован, теперь он должен провести съезд. Расходы на него должны оплачиваться со счета, и мы идем его открывать в банк. При себе бумага из Минюста. Входим в отделение, а там уже скандалят другие партстроители. Счет не открывают, и минюстовская каракуля банкирам не указ.

Выясняем, в чем дело. Оказывается, для того чтобы открыть партийный счет, нужно быть юрлицом и иметь печать. Юрлицом мы станем только после съезда. А без печати (то есть без счета) мы не можем его провести. Получается замкнутый круг.

Наши коллеги из другого комитета разгневанно уходят, хлопая дверью. Игорь чешет затылок. И... решает открыть счет на свое имя, заводит обычную сберкнижку. Он же уполномоченный. С копией расчетного счета и сберкнижки возвращаемся в Минюст. Там долго не могут понять, зачем мы им это принесли, бегают из кабинета в кабинет.

Затем приходит ведущий специалист, берет ксерокс сберкнижки и просит Игоря прямо на его обороте написать текст: «Я уведомляю Министерство юстиции, что как доверенное лицо оргкомитета партии открыл для нее счет, с которого будут оплачены расходы на проведение съезда». Число, подпись.

Теперь мы можем начать копить на съезд. На него нужно вывезти по 2–3 делегата из как минимум 42 регионов.

Шаг третий. Шаг в никуда

Очередное заседание оргкомитета началось конструктивно и по-деловому. Мы стали делить регионы. В табличку с 83 субъектами Федерации записывали фамилию того, кто готов обеспечить приезд оттуда делегатов. Мне достались Пензенская, Тамбовская и Тульская области. Выбор не случаен: у меня есть знакомые, живущие в Москве, но с тамошней пропиской. Сделать их делегатами — прямая экономия на транспорте.

Игорь и Николай набрали себе более чем по 20 регионов. Стало ясно, что они у нас политические тяжеловесы и будут сопредседателями.

Следующий пункт собрания — обсуждение структуры партии. Игорь предлагает, чтобы помимо сопредседателей и бюро президиума у партии были секретари и общественные советы.

— Зачем секретари и советы? Зачем бюрократию разводить? — удивляется Николай.

— В общественные советы войдут известные люди, которые не хотят вступать в партию. Я создал уже 5 общественных советов...

— Как создал? Давайте договоримся: прежде чем что-то создавать, нужно обсудить. Нам тут узурпаторы не нужны.

Страсти начинают накаляться и переходят в идеологическую плоскость. Оказывается, Игорь и Николай уже написали свои варианты манифеста. Идеи у них, прямо скажем, разные.

Мне на этом этапе идеология неинтересна, и я сбегаю на работу, предоставив политикам возможность поспорить без меня. А через какое-то время Николай перезванивает и разгневанно сообщает, что выходит из оргкомитета. И сегодня же письменно уведомит об этом Минюст. И уведет с собой еще троих людей. Если это сбудется и нас останется меньше 10 человек, то формально оргкомитет должен объявить о прекращении своего существования.

Как мы пролетели мимо выборов

Склоки продолжались несколько недель, но у активистов хватило разума не рубить партию на корню. Решили, что будет съезд. На нем пройдет конкурс программ и названий. Всё решат делегаты. Победителей не судят, а проигравшие решат, оставаться в партии или выходить из нее.

Съезд запланировали на конец мая. Практически все члены оргкомитета выполнили обещания и предложили делегатов. Но тут возникла закавыка. Большинство делегатов оказались жителями Москвы с иногородней пропиской. Однако дело-то в том, что после съезда партия получает только временную регистрацию. А потом делегаты должны разъехаться по своим регионам, создать местные партячейки, зарегистрировать их в местных органах юстиции. И по почте отправить эти бумаги в Минюст. Только после того, как министерство получит и проверит корреспонденцию из как минимум 42 регионов, партия становится полноценной и получает право участвовать в выборах. Если этого не сделано в течение полугода со съезда, партия ликвидируется. А наши делегаты ехать на малую родину и заниматься там бюрократией не горят желанием.

Откладываем съезд на конец июня и начинаем поиск реальных делегатов. Дело движется неплохо. Однако иногда нужно брать в руки календарь. Ближайшие выборы пройдут в октябре, но объявлено о них будет в период от 5 до 15 июля (в зависимости от законодательства региона). И если партия хочет участвовать в осенней гонке — она должна быть полностью сформирована до этих дат. Даже если наши делегаты успеют после июньского съезда вернуться в регионы и оформить документы, Минюст может физически не успеть их систематизировать до 5 июля.

Советуемся с политтехнологом Вячеславом Смирновым, и он подтверждает наши сомнения: «Минюст идет навстречу всем, резину не тянет, но все равно: у тех, кто проведет съезд позже 15 июня, шансов пойти на выборы почти никаких. Алгоритм такой. После съезда Минюст выдает центральному руководству партии пакет документов для регионов. Свидетельство, устав, все протоколы. Партийцы размножают этот пакет по количеству регионов, где будут создаваться отделения.

Каждый документ нужно нотариально заверить. Это, кстати, стало для многих неожиданностью. Услуги нотариуса денег стоят, а главное, нотариусы не хотят заверять партийные документы, они не знакомы с этой практикой. Потом этот пакет отсылается в регион. На месте его получает человек, проводит собрание региональной организации. С его протоколом и всеми присланными из Москвы бумагами идет в управление юстиции. Там заполняет формы для регистрации в реестре органа юстиции и налоговой инспекции. Дальнейший срок регистрации на месте может составить месяц. Потом информация возвращается в Москву почтой, которая работает не очень быстро».

Итак, мы не успеваем. Ну а раз мы пролетели мимо выборов — чего пороть горячку со съездом? Переносим его на сентябрь. Там будет целый год до следующего дня голосования, никакого цейтнота.

О тех, кто успел

Так мы пролетели мимо выборов. Поговорим о тех, кто, в отличие от нашей многострадальной партии, может на них успеть, и об их шансах. Всего по состоянию на 27 июня зарегистрированы 22 новые партии. Остальные, видимо, как и мы, решили не спешить.

Пробежаться галопом по списку новых партий нам помог политтехнолог Вячеслав Смирнов:

— Первой успела зарегистрироваться Демократическая партия России. Она получила свидетельство 10 мая и точно подтвердит свои региональные отделения, а значит, пойдет на выборы во всех регионах, где они проходят. Но цель лидера партии Богданова (участника президентских выборов 2007 года и переворота в «Правом деле», завершившегося изгнанием Прохорова) — не набрать какие-то проценты. Он реалист. Его задача донести до избирателя, что ДПР вышла из «Правого дела» и восстановилась как самостоятельная партия.

Народная партия «За женщин России» может гордиться энергичным председателем Галиной Хавраевой. Она организатор неплохой, и есть ощущение, что регистрации партии на местах будет содействовать административный ресурс. Женщины могут успеть на выборы и набрать неплохие проценты. Процента два — только на одном названии и половом признаке. А если тройку составить из известных и уважаемых в регионе женщин, то можно побороться и за преодоление барьера.

«Альянс зеленых — Народная партия» г-на Митволя на местах будет опираться на медицинские и экологические заведения. На выборы они успеют, но успех зависит от качеств кандидатов, которые возглавят списки.

«Союз горожан» создан в первую очередь для выборов мэров мелких городов и работы на муниципальном уровне. Серьезных политиков федерального и регионального уровня у этой партии нет, в губернаторы ее кандидаты не полезут, но могут добиться успеха на местах, опираясь на профильные организации наподобие «Союза горожан города N», которых в стране масса. То же касается и партии «Города России».

Не очень понятно, кто стоит за «Народной партией России». Ее возглавляет человек, которого никто никогда не видел. Кстати, у большинства новых партий такая же ситуация. Но эта партия отличается тем, что активно формирует региональные организации (их уже порядка 50) и может успеть на выборы. Что это за проект на самом деле — будет понятно ближе к осени.

«Партия социальных сетей» заявляет, что есть во всех регионах, но неизвестно, идет ли там работа по регистрации отделений. Интересно, что блогеров в этой партии нет.

Социал-демократическая партия России Виктора Милитарева подала заявления о регистрации отделений в органы юстиции необходимого количества регионов. Вопрос, успеют ли документы вернуться в Минюст.

«Коммунистическая партия социальной справедливости», сокращенно КПСС, — единственная действительно коммунистическая, а не «розовая» партия. На съезде в их программе был представлен большой атеистический, антицерковный блок. По югу России они активно регистрируют отделения. В других регионах ведут себя пассивно. Главный недостаток: в этой партии пока нет ни одного известного борца и хорошего оратора типа Удальцова. Поэтому перспективы участия в выборах туманны.

«Партия пенсионеров» Зотова (который со скандалом покинул партию эсеров, но по-прежнему пользуется их депутатским мандатом) — проект, встроенный в программу развала «Справедливой России». И если большинство партий регистрирует по 50 региональных отделений, то пенсионеры действуют с большим размахом: уже охватили 63 региона. Им помогает Союз пенсионеров, который возглавляет сенатор — единоросс Рязанский. Поэтому скорее всего партия Зотова пойдет на выборы, но выберет такую тактику, чтобы не отбирать голоса у «Единой России».

«Молодая Россия» — это не та партия, которую регистрирует Якеменко. Но за ней стоят региональные отделения «Росмолодежи». Она зарегистрирована 13 июня и скорее всего уже не успеет зарегистрировать необходимое количество отделений, чтобы пойти на выборы. То же самое касается большинства партий из тех, что идут в списке следом за ней.

«Новая Россия» — это партия-фантом. Ее представители не появлялись на совещаниях в Минюсте, не входят в «Комитет граждан «За честные выборы», где присутствуют все реальные партии, даже незарегистрированные. Скорее всего это болванка, сделанная на перепродажу.

Так же, как и «Партия свободных граждан». В ней самое интересное то, что предварительным ее названием было «Партия рассерженных горожан». К людям с Болотной эта «болванка» отношения не имеет. Для них было бы немного глупо брать в заголовок сурковскую фразу. Вообще сейчас довольно много партий регистрируют юристы, чтобы потом на этом деле заработать.

«Коммунисты России» — это люди из среды Анпилова и Тюлькина, хотя ни того, ни другого во главе партии пока нет. Эта уже третья компартия хоть и поздно провела съезд, может успеть на выборы, потому что у них есть база активистов-пенсионеров.

Так же, как и «Российский общенародный союз» не раздражающего власть националиста Сергея Бабурина. Он регистрацию получил поздно, 15 июня, но ему традиционно помогает администрация.

Последней из партий, которые в состоянии успеть на выборы, может оказаться «Гражданская сила» Рявкина. Насколько мне известно, почетным председателем этой партии является представитель президента в Конституционном суде Михаил Барщевский. С учетом его административного ресурса «Гражданской силе» могут организовать «зеленую линию».

Особняком стоит «Республиканская партия России — ПАРНАС». Она восстановлена в правах, новой не считается и, казалось бы, должна участвовать в осенних выборах. Но ей в этом может помешать ее же собственный устав, согласно которому партия должна была переизбрать региональные органы еще в прошлом году, а этого не сделано до сих пор. Прошел только федеральный съезд.

Таким образом, по прогнозу эксперта, помимо традиционной «семипартийщины» на выборы могут успеть еще около десятка партий. А каковы шансы тяжеловесов в изменившейся ситуации?

Гибель дебатов

Первые месяцы партстроительства по новым правилам показали: никто из политических тяжеловесов не стал играть в новые партпроекты. Это значит, что они по-прежнему предпочитают традиционные поляны: «ЕР», «С Россия», КПРФ...Но как увеличенное количество партий скажется на избирательной кампании и ее результатах?

«Это скажется на дебатах и эфирном времени, — предполагает Вячеслав Смирнов. — Его либо не будет, либо оно превратится в калейдоскоп говорящих голов. У региональных каналов ограниченное эфирное время, попытка разделить его на 20 партий приведет к абсурду. Поэтому жанр дебатов скорее всего умрет. Укоротится избирательная кампания. Если она не будет связана с ТВ и прессой, ее придется проводить ногами: хождением от двери к двери, акциями, встречами с избирателями. А такую кампанию нет смысла растягивать. Партий много, после тебя пройдут с подарками другие, и за месяц твою акцию все забудут. Значит, к избирателю нужно идти в последние дни, делать что-то загодя нет смысла».

Итогом новой партсистемы на осенних выборах станут низкая явка и победа «ЕР». Там, где ее позиции наиболее слабы, единороссы будут внедряться в другие партии, а потом объявлять о вхождении в Объединенный народный фронт.

А как повлияет на результаты КПРФ тот факт, что компартий теперь три?

«Пока избиратель будет голосовать за КПРФ, потому что еще не знает о других компартиях, — говорит Смирнов. — Разве что пару процентов зюгановцы могут потерять из-за того, что пожилые люди будут тыкать в другую компартию по ошибке. Но в перспективе, особенно после ухода Зюганова, произойдет сильный передел коммунистического электората, и потери КПРФ могут быть катастрофическими. Ослабятся и позиции эсеров с ЛДПР, но не из-за новых партий, а из-за раздрая в своих рядах. Например, сейчас регистрируется партия „Другая Россия“, в создании которой принимают участие ряд депутатов от ЛДПР».




Партнеры