Успокоит ли Россию путинский «отскок в плюс»?

Экономика — это наполовину психология

18 декабря 2014 в 18:09, просмотров: 20207

«Может быть, мишке нашему надо посидеть спокойненько, не гонять поросят и подсвинков по тайге, а питаться ягодками, медком? Может быть, его в покое оставят? Не оставят, потому что будут всегда стремиться к тому, чтобы посадить его на цепь. А как только удастся посадить на цепь, вырвут и зубы, и когти», — пропитанная эмоциями риторика на тему «или мы прорвемся, или нас сомнут» уже давно стала фирменной особенностью Владимира Путина. Но столь жизненно, как сейчас, эта риторика не звучала, пожалуй, еще никогда.

Успокоит ли Россию путинский «отскок в плюс»?
фото: Наталия Губернаторова

О возможности превращения «нашего наиболее узнаваемого национального символа» в «чучело» Президент РФ на своей ежегодной большой пресс-конференции говорил исключительно в сослагательном наклонении и в будущем времени. Но если судить по настроению валютных рынков и широких народных масс, то вероятность превращения в «тушку» российской экономики — это вопрос даже не месяцев, а ближайших недель.

В середине декабря 2014 года Россия оказалась на грани финансовой паники. Общество начало стремительно терять веру в свою экономическую модель. Перед привыкшей если не к богатой, то хотя бы к стабильной и относительно сытой жизни страной вдруг замаячила перспектива возвращения в «недоброе прошлое» — к пустым полкам магазинов и обесцененному и презираемому рублю. Основа жизни любого государства — доверие. Мы начали это доверие терять. И во многом именно от Владимира Путина зависело и зависит, будет ли этот процесс «задушен в своем младенчестве».

На юбилейной, десятой президентской пресс-конференции ВВП мне было очень интересно узнать, благодаря подругам некой тетушки из Воронежа, спасибо им за это, — что в личной жизни Владимира Владимировича «все в порядке». Я считаю очень познавательным обнародование мнение главы государства про «вятский квас».

Я без всякого удивления наблюдал за тем, как Путин без всяких усилий, как говорится, одной левой отбивал каверзные вопросы про возможность в РФ «дворцового переворота», Рамзана Кадырова, «пятую колонну» и украинскую летчицу Надежду Савченко.

Но я судорожно ловил каждое слово из уст президента совсем по иной причине. Экономика — это больше чем на 50% психология. Если большая масса людей верит, что в стране все будет хорошо, вероятность такого варианта развития событий резко повышается. Если большая масса людей верит, что в стране все будет плохо, «каюк» непременно настанет.

«У нас в России, собственно говоря, как и в любой другой президентской республике, за все отвечает президент», — заявил ВВП, отвечая на вопрос украинского журналиста в майке с надписью «укроп». Истинно так, Владимир Владимирович! Осталась ли у Путина сила убеждения? Не растерял ли силы он свои психотерапевтические способности? Насколько адекватна его оценка сложившийся ситуации? На «весах судьбы» российской экономики все факторы весят очень и очень много.

Ответы на все сформулированные мною выше вопросы я оставлю более компетентным «экспертам», чем я: полкам и ценникам в магазинах и цифрам на табло валютных обменников. Я же ставлю перед собой более скромную задачу: показать, какие именно приемы использовал Путин, добиваясь своей цели прекратить волну паники в стране.

Появившись на сцене в московском Центре международной торговли с традиционным опозданием ВВП начал тоже традиционно: со сводки об экономических достижениях государства в отчетный период. Слушая про «рост валового внутреннего продукта», «сальдо торгового баланса» и «рекордный урожай», я на первых порах недоумевал: в одной ли и той же стране мы живем с Владимиром Владимировичем?

Но потом до меня дошло, что моя ирония абсолютно неуместна. Путин не выпал из реальности. Он просто использовал в борьбе с паникой весьма специфическое психологическое оружие — будничность. Все ожидали, что ВВП будет «метать гром и молнии» — приносить «сакральные жертвы», топтать виноватых чиновников и «вздергивать на дыбу» спекулянтов-бизнесменов. Вместо этого мы увидели предельно неэмоционального президента, с деловым видом рассуждающего о «турбулентности на финансовом рынке».

Правильность моей догадки о тактике ВВП была подтверждена, когда, едва начав свое масштабное общение с прессой, он тут же предложил его свернуть: «Главный вопрос сегодняшнего дня — ...в каком состоянии находится экономика, национальная валюта... Попробую очень кратко, несколькими предложениями охарактеризовать ситуацию... После этого пресс-конференцию в принципе можно заканчивать. (Смех в зале.) Но если у вас будут наводящие вопросы, я постараюсь на них ответить».

Вот «сухой остаток» обещанных президентом «нескольких предложений»: Центральный банк и правительство, возможно, действовали слишком медленно и допустили некоторые другие просчеты. Но общее направление их шагов было абсолютно верным. И в будущем нас непременно ждет «отскок в плюс».

Такой ответ оставляет ВВП самые широкие возможности для маневра. Руководители ЦБ и правительства не могут эффективно действовать, если все уверены, что их вот-вот уволят. Заверения «все будет замечательно» не очень убедительны, если те, кто их дает, сами висят на волоске. Заявив, что «можно, конечно, наезжать на Набиуллину, но не забывать, что в целом их политика является адекватной», Путин прикрыл высших финансовых чиновников «зонтиком» своего авторитета.

При этом ВВП оставил себе — нет, не лазейку, а огромную широкополосную автостраду — для последующего изменения «с милости на гнев». «Только делать нужно, может быть, даже на полшага быстрее», — сказал Путин о той же руководительнице Центрального банка Эльвире Набиуллиной. Если позднее необходимость в «сакральной жертве» все же возникнет, то мотивировать ее можно будет примерно так: не сделала выводов из президентской критики, не начала «шагать быстрее».

Еще раз повторяю: я не знаю, сработает ли выбранная Путиным стратегия успокоения страны. Надеюсь, что да. Но кое-что в путинской ставке на обыденность как на оружие в борьбе с паникой меня все же несколько смущает. Когда ВВП говорил про Украину или про «козни Запада», в его речах был драйв. Чувствовалось, что эти темы президента реально заводят. Когда Путин говорил про валютный кризис, такого ощущения у меня не было.

Ощущения — дело очень субъективное. Я могу ошибаться. Но вот вещь, по поводу которой ошибиться невозможно. «Зарплаты Сечина не знаю. Я, честно говоря, даже собственной зарплаты не знаю — приносят, я ее складываю, на счет отправляю, даже не считаю», — заявил ВВП, отвечая на вопрос о немаленьких доходах президента «Роснефти».

Сказано честно, от души. Но глава государства не должен забывать даже мгновение: возможность «не считать зарплату» — роскошь, которой кроме президента обладает очень скромное число людей в стране. Я ни в коем случае ни в чем не упрекаю Владимира Путина. Я искренне считаю, что у высшего руководителя такой страны, как Россия, должны быть иные заботы, нежели беспокойство о размере собственной зарплаты.

Однако президент ни в коем случае не должен отрываться от «мира простых смертных». Мира, темой №1 в котором всегда являются совсем не вопросы высокой международной политики. «Сможем ли накормить своих детей сегодня, завтра и послезавтра? Сможем ли мы их одеть? Сможем ли мы дать им то, что могли дать им вчера и позавчера?» — вот что волнует подавляющее большинство из нас.

Если Владимир Путин будет об этом помнить — каждую минуту и каждую секунду своей жизни, — то Россию действительно ждет неизбежный «отскок в плюс».



Партнеры