Как конфликт Ирана и Саудовской Аравии отразится на противостоянии в Сирии

И как он скажется на нефтяных ценах?

19 января 2016 в 11:18, просмотров: 3189

Очередные международные переговоры в Женеве, посвященные сирийскому конфликту, должны состояться 25 января. Одной из главных интриг наряду с вопросом о согласовании перечня «разрешенных» вооруженных формирований в Сирии, очевидно, станет ирано-саудовское противостояние, достигшее своего пика после казни властями монархии шиитского проповедника Нимра аль-Нимра. «МК» обратился к экспертам, чтобы узнать, как борьба Эр-Рияда и Тегерана повлияет на ход сирийских переговоров.

Как конфликт Ирана и Саудовской Аравии отразится на противостоянии в Сирии
фото: morguefile.com

Вытеснение Ирана

«Саудовская Аравия затеяла эту провокацию с казнью Нимра аль-Нимра специально для того, чтобы спровоцировать Иран на ответные действия насильственного характера и, может быть, даже террористические или массовые выступления, – заявил «МК» президент Института религии и политики Александр Игнатенко. – Частично это удалось, потому что иранцы в соответствии со своей политический культурой ринулись громить саудовское посольство, тем самым дискредитирую самих себя. Еще были выступления в Бахрейне. Саудовцы сообщали, что были террористические акты в восточной провинции, из которой происходил этот шиитский проповедник и в его родном городе, хотя большой вопрос, кто это все устраивал. Не исключено, что это не Иран и не иранская агентура. В разных аравийских странах, в частности, в Бахрейне и в Кувейте, были вскрыты террористические сети, которые замыкались на проиранскую ливанскую организацию «Хизбалла» и на иранский Корпус стражей Исламской революции. Во всяком случае так утверждают правоохранительные органы. Все это в комплексе являло своей целью вытеснение Ирана из венского процесса (имеются в виду переговоры по Сирии – «МК»). Против его участия выступает Саудовская Аравия. Это все подгонялось к 25 января. Еще одна важная вещь: саудиты пытаются сделать так, чтобы «Хизбалла» была включена в список террористических организаций, который готовится к встрече 25 января».

«На этих переговорах будет много интриг и много факторов, которые будут добавлять сложности, – отмечает в разговоре с «МК» специалист по Ближнему Востоку Андрей Серенко. –– И речь не только о судьбе сирийского президента Башара Асада. Еще одна главная интрига – это перечень организаций вооруженной оппозиции, которые готовы вести переговоры о будущем Сирии, которые готовы сесть за стол переговоров с Асадом и лидерами международных организаций. Также должен быть поставлен вопрос о гарантиях безопасности лидеров группировок, которые либо сядут за стол переговоров, либо готовы будут признать их итоги. Не так давно была история с Захраном Аллушем – лидером «Исламского фронта», который был потенциально готов признать итоги переговоров в Саудовской Аравии, но после был убит, по одним данным, в результате удара российской авиации, по другим данным – сирийской. Это человек, который возглавлял очень важную вооруженную структуру, которая воюет с правительственными войсками в Сирии. Так вот если таким образом будут выстраиваться отношения с руководителями вооруженных формирований, которые будут готовы вести переговоры от лица сирийской оппозиции, далеко эти переговоры не зайдут. Ну, и третий фактор – это ирано-саудовское противостояние в регионе, которое в том числе будет происходить на сирийской площадке. Наверняка эта площадка будет использована саудитами для того, чтобы создать проблемы планам иранского доминирования в Сирии в случае сворачивания активной фазы боевых действий.

Сейчас саудиты выступят гораздо большими союзниками антиасадовской оппозиции, в том числе джихадистского толка. Саудовская Аравия, обострив отношения с Ираном, имеет хорошие шансы укрепить свои позиции в суннитском вооруженном повстанческом движении в регионе, в том числе в Сирии, то есть в том движении, которое не примыкает к «Исламскому государству» (ИГ, группировка признана в РФ террористической и запрещена – «МК»). Она набирает дополнительный вес в ходе этих консультаций по Сирии, и влияние Эр-Рияда на его последствия будут очень серьезными. Если все заинтересованные страны не найдут общий язык с Эр-Риядом, боюсь, что с джихадистскими организациями вооруженной сирийской оппозиции тоже будет сложно найти общий язык».

Цена – усиление джихадистов

Аналитики полагают, что вывести Тегеран из сирийского переговорного процесса невозможно: слишком активно за его участие выступали США. «Дело в том, что американцы, например, рассматривают «Хизбаллу» как и «силы Кодс» (это подразделение специальных операций в Корпусе стражей Исламской революции) как террористические организации, – рассказал «МК» Александр Игнатенко. – Казалось бы здесь американцы могут «повестись» на действия саудитов, но есть два обстоятельства. Одно ситуативное. Оно заключается в том, что саудовцы с присущим им раздолбайством разбомбили здание иранского посольства в Сане (столица Йемена, где ваххабитская монархия ведет боевые действия против шиитских повстанцев – «МК»). Вторая вещь – более серьезная – заключается в том, что США в последнее время взяли курс на улучшение отношений с Ираном, то есть вот этот венский процесс, инициаторами которого являлись Россия и США на пару, отличается от того, что было раньше привлечением Ирана. Я не думаю, что США, которое приложили много усилий к тому, чтобы подключить иранцев к венскому процессу, пойдут на поводу у Саудовской Аравии и отсекут Иран. Шанс очень и очень маленький».

Однако результатом противостояния Ирана и Саудовской Аравии может стать усиление про-саудовских группировок в Сирии. «Суннитские джихадистские организации теперь будут активнее, – считает Андрей Серенко. – Дальнейшей интригой также будет, как будут встраиваться отношения с «Джабхат ан-Нусрой» (джихадистская сирийская группировка, которая запрещена в России – «МК»), признает ли она эти переговоры и будет ли она участвовать в них, получат ли саудиты возможность представлять интересы этой организации. Конечно, она радикально отличается от «Исламского фронта» Аллуша, потому что в «Исламском фронте» были большей частью этнические сирийцы. «Фронт» в большей степени имеет право называться сирийской вооруженной оппозицией, хотя и джихадистского толка. В «Джабхат ан-Нусре» много иностранных добровольцев, в том числе и из России. Там слишком много иностранцев, чтобы претендовать на статус сирийской структуры. Тем не менее, ее влияние в Сирии – почти второе после ИГ. Если саудиты смогут эти две организации подвести под переговорный зонтик через свое посредничество, то это сделает саудитов ключевыми участниками сирийского урегулирования».

«Страны будут вести войну, даже если совсем не будет денег»

Другим важным вопросом является то, насколько рукотворно понижение цен на нефть. Иногда аналитики связывают это с действиями Саудовской Аравии, однако опрошенные «МК» эксперты полагают, что понижение произошло по объективным причинам. «Думаю, что здесь сказались рыночные колебания, – пояснил «МК» Александр Игнатенко. – Самой Саудовской Аравии это крайне невыгодно. Она приняла бюджет с очень большим дефицитом – примерно 18 млрд долларов. Это при том, что она сейчас ведет войну на Аравийском полуострове – в Йемене. Во-вторых, она финансирует войну в Сирии. Эр-Рияд поддерживает очень большое количество всяких группировок, среди которых – «Джабхат ан-Нусра», «Джейш аль-Ислам» (часть «Исламского фронта» - «МК») и даже частично Свободная сирийская армия (ССА), точнее, то, что от нее осталось. Когда ССА создавалась, то она полностью финансировалась Саудовской Аравией. Эр-Рияду надо было бы еще продержаться на всех этих фронтах, в которые он ввязался по причине собственного раздолбайства, а для этого нужны были бы высокие цены на нефть. Но получилось так, как получилось».

Низкие цены на нефть не окажут никакого влияния на ход сирийской войны, уверены эксперты. «Саудиты тоже страдают от падения цен на нефть, – полагает Андрей Серенко. – Сейчас все нефтяные государства демонстрируют взаимный «прессинг», но вряд ли будет прямое влияние экономических факторов на текущую ситуацию в Сирии. Заинтересованные страны будут вести войну, даже если совсем не будет денег, потому что идет борьба за то, что будет после этого противостояния. Говорить о том, что война закончится, не приходится, но речь идет о том, какая возникнет архитектура сфер влияния после активной военной фазы и после ухода Асада, который все равно не удержится, что бы о нем не говорили и каких бы усилий не предпринимали. Пока Асад в Дамаске, война будет продолжаться в каком угодно виде».



Партнеры