Нерушимый каркас

26 января 2003 в 00:00, просмотров: 586

В 1990 году Анатолий Карпов и Гарри Каспаров провели свой последний поединок на первенство мира. И вот после двенадцатилетнего перерыва в конце декабря в Нью-Йорке состоялся их матч по быстрым шахматам из четырех партий. Как известно, он закончился со счетом 2,5:1,5 в пользу Карпова, одолевшего своего преемника. Эта ностальгическая встреча вызвала в памяти события 80-х годов, когда соперничество двух “К” привлекало внимание всего шахматного, да и нешахматного мира, и два этих исторических соперника воспринимались как единое целое, неразделимый тандем — “КарКас” или “Карспаров”. Автор этих историй воспользовался моментом и тоже кое-что вспомнил про “КарКас”.

Сорванные переговоры

В 1975 году Фишер отказался отстаивать свой чемпионский титул, и он автоматически перешел к Карпову. А в следующем году два шахматных короля тайно встретились друг с другом в Японии и вели переговоры о возможном коммерческом матче. Когда Александр Никитин, гостренер сборной СССР тех лет, узнал об этом из зарубежных источников, он, как и положено, доложил по инстанциям. В результате секретные переговоры были сорваны, а вопрос о поединке снят с повестки дня. Карпов, естественно, разозлился на Никитина и приложил немало усилий, чтобы его уволили. А тот, в свою очередь, поклялся отомстить Карпову и начал тренировать юного Каспарова, ставшего его знаменем в борьбе против 12-го чемпиона. В 1985-м месть состоялась: Каспаров (не без активной помощи Никитина) сорвал-таки корону с головы Карпова!

“Самиздат”

Незадолго до первого матча двух шахматных корифеев я написал небольшую повесть о Гарри Каспарове и предложил ее в “МК”. Главный редактор Павел Гусев положительно отозвался о ней и предложил печатать с продолжением под рубрикой “Из номера в номер” (тогда почти такой же популярной, как сейчас “Срочно в номер”).

Свое повествование “Бакинская тайна” я разбил на двадцать отрывков по пять страниц каждый, и вскоре долгожданный день настал: в пятницу, 22 июня 1984 года в “МК” появилась первая часть, а в воскресенье, 24-го, — вторая. В понедельник газета не выходила, и лишь вечером я появился в редакции, чтобы вычитать третий отрывок, намеченный на вторник. Однако тут произошло ЧП, разрушившее все мои надежды. В семь часов вечера в кабинете Гусева раздался, как пишут в таких случаях, тревожный звонок — то ли из МК КПСС, то ли из другой организации со столь же грозной аббревиатурой. На следующий день главного редактора вызвали “на ковер” некие лица, наделенные исключительным правом “казнить и миловать”. Впрочем, речь в данном случае шла о первом...

Чем же объяснить столь негативное отношение партийно-спортивного руководства к повести о Каспарове? Что смутило номенклатуру? Оказалось, все проще простого: высокопоставленным лицам не понравилась фамилия дедушки Каспарова, которую я упомянул. Но что я мог сделать, если знаменитый в Азербайджане композитор Моисей Вайнштейн, дед будущего чемпиона мира, родился с такой фамилией?! Моя же вина как раз и состояла в том, что я раскрыл “бакинскую тайну”: впервые после долгого перерыва напомнил читателям родословную Каспарова, который в детстве носил ту же “сомнительную” фамилию и лишь позднее взял фамилию матери. Теперь же, когда юноша всерьез намерен завладеть шахматной короной, желательно было, по мнению властей, чтобы о его происхождении и вовсе забыли. “Уж если бакинскому гроссмейстеру и суждено стать чемпионом мира, так лучше пусть он будет армянином, чем евреем!” — сочли партийные бонзы.

Осталось сказать несколько слов о дальнейшей судьбе моих заметок. “МК” уже в те годы был популярным изданием, и поэтому даже два фрагмента вызвали шумную реакцию. Раздавались звонки в редакцию, поступали возмущенные письма, требовавшие дальнейшей публикации. Ко мне то и дело обращались поклонники шахмат с просьбой дать почитать, как когда-то говорили, на одну ночь мою повесть. Рукопись пришлось размножить. Так, неожиданно для самого себя, я стал автором “самиздата”! О, мог ли я, занимаясь всю жизнь столь безопасными областями деятельности, как математика и шахматы, мечтать когда-нибудь о таком признании?!

А свою несчастную повесть мне удалось напечатать только в девяностые годы, когда Каспаров уже давно был чемпионом мира.

Долгоиграющий проигрыватель

Первый матч Карпов—Каспаров неимоверно затянулся, погряз в бесконечных ничьих. После девяти партий счет стал 4:0 в пользу Карпова, а после двадцати семи — 5:0. В результате поединок перестал быть ярким шахматным праздником, а вошел в повседневный быт. Как сводка погоды, политические новости или программа передач на завтра. О матче появились анекдоты, в газетах печатались карикатуры. Претенденту Гарри Каспарову дали прозвище “долгоиграющий проигрыватель”. Артисты шутили на эстраде: “Вчера состоялась 113-я партия на первенство мира, следующая ничья — в понедельник”. Или: “Передаем сводку погоды. Сегодня в Мурманске минус 15 градусов, в Воронеже минус 9, в Сочи плюс 5, в Москве — ничья”.

Наверное, чтобы сатирики и юмористы перестали подтрунивать над шахматами, президент ФИДЕ Флоренсио Кампоманес и прервал этот безнадежно долгий матч...

Как позднее выяснилось, у неизвестного автора крылатого выражения “долгоиграющий проигрыватель” был предшественник — эстрадный драматург Олег Левицкий. Пятнадцатью годами раньше, после фиаско Ларсена и Тайманова в матчах с Фишером (оба проиграли ему с сухим счетом 0:6), Левицкий придумал такую репризу:

— Я рад, что сегодня в зале собрались большие поклонники искусства. Вы любите музыку и, конечно, интересуетесь музыкальной техникой. А знаете ли вы, какие проигрыватели сейчас самые лучшие?

Зрители приготовились услышать полезную информацию, и тогда конферансье, сделав театральную паузу, продолжил:

— Не знаете? Так я вам скажу: из импортных — Бент Ларсен, а из отечественных — Марк Тайманов!

Непревзойденные рекорды

Когда в 1960 году двадцатитрехлетний Таль победил Ботвинника, он стал самым молодым чемпионом мира за всю историю шахмат, а в 1961-м, уступив патриарху в матче-реванше, — и самым молодым экс-чемпионом. Однако четверть века спустя, в 1985-м, рекорд Таля побил юный Каспаров: взяв верх над Карповым, он взошел на престол в двадцать два года. Через год состоялся матч-реванш, в котором Каспаров уверенно лидировал, но во второй половине неожиданно проиграл три партии подряд, и счет сравнялся.

— Если вы будете продолжать в том же духе, — предупредил Таль Каспарова, — то сумеете побить и другой мой рекорд: станете самым молодым экс-чемпионом...

Эта шутка подействовала на Гарри: он взял себя в руки и выиграл решающую партию. Так что второй рекорд Таля остался непревзойденным — он держится уже сорок лет.

P.S. В январе 2002 года рекорд Каспарова был наконец побит, причем сразу на четыре года. Молодой украинский гроссмейстер Руслан Пономарев завоевал звание чемпиона мира ФИДЕ в восемнадцать. Правда, ни Каспаров, ни его преемник Крамник в этом чемпионате не участвовали, и вопрос, следует ли засчитывать этот рекорд.

Виноват бильярд

Карпов — большой поклонник бильярда, знает в нем толк.

— Бывали ли случаи, когда вы отдавали предпочтение бильярду, а не шахматам? — спросили его как-то.

— Если есть выбор, то я скорее сяду за шахматный столик. Но когда надо заниматься шахматами “в кабинетной тиши” — изучать дебюты, анализировать, — то я предпочту бильярдный стол...

Шутки шутками, а в матче-реванше с Каспаровым в 1986-м бильярд, можно сказать, погубил Карпова. Он жил в Лондоне в одном доме с директором группы “Битлз”, и в холле стоял стол для снукера, в который Карпов учился играть. Новая игра требовала определенных умственных усилий и отвлекала от поединка с Каспаровым. В результате лондонская часть матча сложилась для него крайне неудачно. А наверстать упущенное во второй половине поединка, в Ленинграде, он уже не успел.

Договорные матчи

Некоторые видные шахматисты, прежде всего Борис Спасский, считают, что поединки Карпова и Каспарова были договорными. Вот как Спасский обосновывает свое мнение:

— Я опираюсь на собственный опыт. Сыграв первый матч с Петросяном из 24 партий, я был живым трупом, очнулся лишь через год. Что же касается “К-К-матчей”, как я их называю, то в них за несколько лет было сыграно почти полторы сотни партий. Если вы проведете столько встреч на первенство мира, играя в полную силу, то, гарантирую, попадете в сумасшедший дом...

И второе соображение. Я комментировал для зрителей последний “К-К-матч”, и на моих глазах в 19-й партии произошло нечто невероятное. В подавляющей позиции Каспаров, имея в запасе пятнадцать минут против двух у Карпова, вдруг предложил ничью. Я сразу почувствовал что-то неладное, не знал, как объяснить случившееся. Нервы не выдержали, я взорвался и закричал: “Будьте вы прокляты, что вы сделали с шахматами!..” Грустная история, я был не рад, что каким-то боком оказался вовлечен в нее.

Как Каспаров назначил Карпова чемпионом мира

В 1999 году Каспаров блестяще выступил на супертурнире в Линаресе. Значительно опередив Ананда, Крамника и других звезд, он снова доказал, что является шахматистом №1 на планете. А тем временем Карпов, утративший свою былую силу, играл в Монако матч с голландцем Пикетом, не входящим в шахматную элиту. Семь партий завершились вничью, предстояла последняя, решающая.

— Карпову осталось сделать еще одну ничью, чтобы сохранить звание чемпиона мира!.. — поддел Каспаров своего многолетнего оппонента.

И в самом деле: в восьмой партии соперники тоже разошлись миром — 4:4. Таким образом, Карпов, благодаря Каспарову, вновь отстоял свой чемпионский титул!

Под чужим именем

Много лет пишу веселые истории про других шахматистов, а вот недавно прочитал байку про самого себя, любимого.

“Ботвинник написал письмо гроссмейстеру Белявскому, в котором жаловался, что Евгений Гик однажды пробрался к нему в дом под чужим именем и, уходя, прихватил с собой знаменитые тетрадки с дебютными разработками Михаила Моисеевича. После чего отнес их Карпову, хотя на самом деле они предназначались Белявскому”.

Вот такой смешной случай, правда, сколько Карпов заплатил мне за упомянутую услугу, не сообщалось... Известно со слов Гарри, что в 1986 году во время его матча-реванша с Карповым гроссмейстер Владимиров, тогдашний секундант Каспарова, переписал из записных книжек чемпиона мира сверхсекретные варианты и передал Карпову, в результате чего тот выиграл три партии подряд. Но в конце концов, разоблачив шпиона, Каспаров успешно завершил поединок. Известно и другое — от полковника Литвинова, возглавлявшего охрану тринадцатого короля: еще раньше, во втором матче двух “К”, в котором Каспаров впервые взошел на престол, велись активные переговоры между гроссмейстером Дорфманом, еще одним его экс-секундантом, и людьми, засланными из штаба Карпова. Речь шла о приобретении у Дорфмана ценной информации, касающейся его подопечного. Увы, заинтересованные стороны так и не смогли сойтись в цене.

Признаюсь, автору этих строк приятно было оказаться в такой веселой шпионской компании. Обидно только, что Ботвинник (когда я под чужим именем, по заданию Карпова, проник к нему в дом на Фрунзенской набережной) не узнал меня. А ведь мы были знакомы почти сорок лет: с 1956-го, когда в двух его сеансах одновременной игры с часами юношеской сборной Москвы мне удалось оба раза сделать с патриархом ничью, до 1995-го, когда Ботвинник дал мне свое последнее в жизни интервью.




Партнеры