Мы выбираем, нас выбирают, как это часто не совпадает…

От кого прячется глава ЦИК за стеной охраны?

15 февраля 2007 в 00:00, просмотров: 494
  Анатолий Валентинович Петров — заместитель мэра Москвы в правительстве Москвы, полномочный представитель мэра в Московской городской думе. Более 40 лет он занимался организацией и проведением выборов различного уровня — работая и в исполкоме Моссовета, и секретарем ЦИК РСФСР. Сейчас г-н Петров — член Мосгоризбиркома. В его статье для “МК” — мнение о нашей избирательной системе...
     
     Друзья и знакомые часто спрашивают меня: “Ну чего вы там опять намудрили с выборами! Что ни год, то очередные новости, запутали людей вконец. Зачем это делать, ведь результат от людей не зависит, вы как нужно, так и подсчитаете голоса!”
     Кто создал в обществе такое превратное представление о нас? Да, к сожалению, мы сами! Да еще и некоторые политики и политологи, у которых стало модной традицией упреждать подготовку к выборам любого уровня “залповым артобстрелом”, цель которого — подавление мнения избирателей. “Подтасовки неизбежны!”, “Изменения в законодательстве не дадут пройти в парламент партиям, не опекаемым властью!”, “Избиратели не придут на выборы!” — это самые мягкие оценки и определения явно непроходных в Госдуму вещателей от партий...
     Все наше избирательное законодательство, написанное в постсоветское время, пронизано духом недоверия к избирателю, к власти, к партиям, к средствам массовой информации. И есть только один-единственный орган, который всех нас стережет! Догадались, кто это? О нем, и не только о нем, пойдет речь ниже.
     К оценке работы всей избирательной системы надо подходить взвешенно. Только в участковых избирательных комиссиях по стране у нас работает более 1 млн человек, в Москве — более 40 тысяч. Избирательная кампания еще не началась, а со всех сторон уже звучат вышеуказанные обвинения в адрес миллиона людей, которые на общественных началах проводят выборы. Поскольку, несомненно, правильно ужесточены требования закона об ответственности за фальсификацию итогов голосования, думаю, вряд ли найдется в какой-либо избирательной комиссии человек, который хотел бы иметь судимость за подтасовку голосов...
     Сорок лет назад, когда я начал заниматься выборами, вся система в период избирательной кампании работала на общественных началах. В советское время численность аппарата Центральной избирательной комиссии была 5 человек, а сегодня — уже около 300. Но что изменилось в основе деятельности этого органа? Да ничего — если не придумывать себе работу, то и сегодня хватило бы 5—10 человек.
     Полагаю, не каждое министерство может похвастаться таким аппаратом. Пятнадцать членов Центризбиркома, состоящие в ранге министров, фактически занимаются федеральными выборами всего 9 месяцев из 4 лет своих властных полномочий. А в остальное время издают учебники, журналы, “руководят” региональными и муниципальными выборами, запрашивают у регионов различные материалы, видимо, для каких-то исследований или будущих диссертаций.
     Учетом избирателей в системе, созданной ЦИК, занимается более 3000 специалистов, которые обслуживают Государственную автоматизированную систему (ГАС) “Выборы”, хотя закон возлагает обязанности по учету избирателей на муниципалитеты и территориальные органы государственной власти. При этом ЦИК просто забрала себе 3000 штатных единиц у этих органов на местах, оставив им всю работу по учету избирателей и возложив на них еще и всю ответственность за это.
     Такая же система спускается и вниз. Возьмем, к примеру, Мосгоризбирком: в штате сейчас 186 человек, из них 142 системных администратора, которые раньше входили в штат территориальных органов исполнительной власти и помимо учета избирателей занимались еще массой дел.
     Функции по учету избирателей остались в исполнительной власти, а системных администраторов передали в Мосгоризбирком. Неплохая рокировочка! Для их “обслуживания” надо было увеличить численность бухгалтерии и кадровой службы горизбиркома. Такая же картина и в других регионах.
     В бюджете 2007 года предусмотрено выделение Центризбиркому 12 миллиардов рублей — в шесть раз больше, чем Министерству культуры или Министерству образования. Но главный парадокс в том, что ЦИК у нас в стране выделяется в два раза больше средств, чем обеим палатам российского парламента, вместе взятым. Избирательные комиссии субъектов РФ сегодня единственные государственные органы, которые финансируются в нарушение бюджетного кодекса из двух бюджетов — федерального и регионального...

Особняк для “Главначвыбора”

     Расположен наш “Главначвыбор” в центре Москвы, в специально построенном особняке. Туда не то что простой избиратель, а даже заместитель мэра Москвы, член городской избирательной комиссии без предварительного заказа пропуска попасть не может. А председателя Центризбиркома охраняют, как очень крупного олигарха. Ну олигархам есть кого бояться, а председатель ЦИК от кого за охраной прячется?
     Согласно данным журнала “Коммерсантъ “Власть”, председатель Центризбиркома входит в тридцатку влиятельнейших людей страны, а по цитируемости в СМИ обходит даже президента. В этом — наглядное свидетельство изменений первоначальной сути ЦИК и превращения ее из чисто технического органа в политический. Примером тому могут служить недавние “труды” заместителя председателя ЦИК Ю.В.Вельяшева и секретаря ЦИК О.К.Застрожной. Так, г-н Вельяшев направил письмо в адрес Московской городской думы накануне очередных ее перевыборов и высказал сомнительного характера рекомендации о внесении изменений в принятый Избирательный кодекс Москвы, руководствуясь при этом позицией определенных политических партий. Мы однозначно расценили это как провокацию. А секретарь ЦИК недавно направила в региональные избирательные комиссии письмо, в котором изложен “соответствующий” подход к вопросу участия в выборах региональных отделений партии “Родина”, не успевших внести в регистрационные органы записи о новом наименовании партии. Избиркомам предписано учитывать изложенный в письме подход во время региональных выборов. Кто дал право отдельному члену ЦИК или избирательному ведомству по-своему толковать закон? Не надо быть юристом, чтобы увидеть в этом либо политический заказ, либо неприкрытое выражение своих идеологических взглядов.

Дорогая игрушка

     Отдельная статья — полномочия Центризбиркома. ЦИК в обязательном порядке вносит по две кандидатуры для назначения в состав избирательных комиссий субъектов, а также рекомендует региону кандидатуру на должность председателя комиссии. О каких нормах демократии при таком подходе может идти речь?!
     Еще интересный момент. Избиркомы занимаются регистрацией избирателей, хотя все знают, что с отменой прописки по месту постоянного жительства и введением регистрации военнослужащие срочной службы сохраняют регистрацию по месту жительства. Такая же ситуация с иногородними студентами и многими другими категориями граждан. В целом по стране получается около 10 миллионов избирателей, которые имеют регистрацию в двух местах или отсутствуют по месту регистрации. Только по официальным данным МИД, полтора миллиона российских граждан постоянно находятся за границей. А сколько еще неофициально? Никто не знает! Отсюда в списках избирателей у нас оказываются миллионы двойников. Зачем нам тогда нужна такая дорогая игрушка, как ГАС “Выборы”, если она не может решить элементарных задач?
      “Приписыванием” гражданина в список избирателей мы принуждаем его проголосовать там, где он зарегистрирован, а гражданин должен иметь право проголосовать там, где он находится!
     Этот гордиев узел нужно обязательно развязать. Здесь есть два пути: перейти к добровольной регистрации или выдать карточки избирателя, как это сейчас делается с социальными картами и медицинскими полисами.
     Или возьмите проблему с открепительными удостоверениями. Избирателю дано право за 45—20 дней до голосования получить его в территориальной, а за 19 дней и позднее — в участковой избирательной комиссии. Забыли только об одном. За полтора месяца до дня выборов членам комиссии надо предоставить помещения (специально оборудованные, с телефоном, охраной), обеспечить нахождение там члена комиссии (а ему за это надо платить) и т.д., и т.п. Кто-нибудь подсчитывал, во что это “изобретение” обходится государству? В это же время работают паспортные столы, которые фактически и ведут учет граждан и могут выдавать эти бумажки в любое время дня, а не за 45 дней до выборов в установленные произвольно кем-то часы. Но сложилось стереотипное мышление — властям доверять этого нельзя. Смешно!

Зачем избирателю голограмма?

     Мы правим законодательство под партии, под те или иные возникшие ситуации, забывая, что закон называется “О гарантиях избирательных прав граждан”, а прав с каждыми очередными изменениями остается все меньше. Так, по настоянию ЦИК было ликвидировано досрочное голосование на выборах. Находясь в больнице, в санатории или в другом городе, человек не может проголосовать без открепительного удостоверения (представляете себе больного с капельницей в руках, бредущего по темным улицам с 18 до 21 часа в участковую комиссию за удостоверением). Или запрещено высказывать свою точку зрения по кандидатам и партиям, не оплатив это через их избирательные фонды. Представьте: гражданин “А” захотел высказать свою позицию относительно гражданина “Б”, который баллотируется в орган власти поселка, села или города и чьи качества “красиво и пушисто” описаны в агитационных материалах. Получается, чтобы осуществить на деле это свое конституционное право, гражданин “А” должен обратиться в избирательный фонд гражданина “Б” за оплатой своего выступления на странице местной газеты. Мне это напоминает историю болезни обитателей палаты №6.
     Мы уже дошли до того, что бланки избирательных бюллетеней печатаются специальной краской на бумаге с водяными знаками, а в некоторых случаях на них даже приклеивают голограммы. Цена одного такого бюллетеня — 5—7 рублей... Зачем бланки открепительных удостоверений печатаются с номерами и степенями защиты, как ценные бумаги? С учетом явки на выборы, особенно на местные (в среднем 30—40%), большая часть тиражей бюллетеней и бланков открепительных удостоверений идет под нож. Сколько денег налогоплательщиков тратится впустую!
     Мне довелось побывать несколько лет назад в Германии во время выборов в бундестаг. На избирательном участке я наблюдал, как в учебном классе сидят всего 4 члена избиркома, на столе у входа стопка бюллетеней, напечатанных на обычной газетной бумаге. Избиратель, взяв бланк, предъявляет документ либо приглашение, полученное им по почте. Член комиссии отмечает его (заметьте, без подписи избирателя) в списке, ставит штампик на бланке, гражданин заполняет бюллетень и опускает его в урну. А для досрочного голосования (или голосования по почте) избиратель вместе с приглашением получает бюллетень и может с ним прийти на участок или проголосовать опять же по почте.
     Мы же своим избирателям не доверяем, заставляем его в списке расписаться (подавая “вверх ногами” для удобства — гениально, правда?). Потом находятся 5—10 граждан, которые по каким-то только им известным причинам заявляют: “А это подпись не моя”. И пошло-поехало. Экспертизы, дознания, шум: “Держи злоумышленника!”
     Я поинтересовался у немцев, а кто эти четыре члена избирательной комиссии. Оказалось — госслужащие, которых направили в этот день в комиссию. Им платят зарплату в госучреждении, где они постоянно работают. У них нет политических привязанностей...

Приглашаю к барьеру

     У нас самый сложный в мире протокол об итогах голосования. В нем содержится столько данных, непосредственно не относящихся к итогам выборов, что для его заполнения надо иметь специальное математическое или бухгалтерское образование. В результате при составлении итоговых протоколов возникают не влияющие на итоги голосования ошибки, которые тем не менее членам комиссий приходится исправлять, тратя на это время, бумагу и чернила. По закону каждый наблюдатель имеет право получить копию такого протокола, а зачем? Нередко при переписывании (а число наблюдателей может доходить до 10—15 человек) появляются ошибки, потому что где вы найдете на избирательном участке в обычной школе ксерокс формата А-3? Вот так все происходит на деле, а потом звучат обвинения в фальсификациях и подтасовках. Вся система избирательных комиссий дискредитируется из-за глупостей, придуманных разработчиками закона...
     Пора уже остановиться, закончить латание дыр в законодательстве и взяться за разработку простого, понятного всем, свободного от вымышленных норм, уважающего честь и достоинство гражданина избирательного кодекса. В первую очередь надо определиться, кто у нас в стране проводит выборы. Если государство — то надо взять за образец действующую в других странах модель и поручить проведение выборов одному из министерств, к примеру, юстиции или статистики, с участием общественных комиссий, либо вернуться к принципам советской модели, когда комиссии создавались на период избирательной кампании и работа в них осуществлялась в основном на общественных началах. У нас же сегодня избирательная система — полугосударственная-полуобщественная во главе с монстром — Центризбиркомом. А формирование избирательных комиссий в основном из представителей партий приводит к неоправданной политизации их деятельности.
     Анализируя положение дел в существующей избирательной системе, задаешься мыслью о том, кто же в ней главное действующее лицо, гражданин с его избирательными правами или Центризбирком с его амбициями?
     Этой статьей я приглашаю к дискуссии всех, кто не равнодушен к сегодняшней ситуации в избирательной системе и обеспокоен ее будущим развитием, а Александра Альбертовича Вешнякова — к барьеру!


Партнеры