Пора признаться

Признание Россией Абхазии и Южной Осетии уже не является невозможным

19 февраля 2007 в 00:00, просмотров: 1303
  Как-то во время очередного обстрела грузинскими формированиями столицы Южной Осетии я поинтересовалась у одного югоосетинского деятеля, почему руководство республики во время выборов в Грузии не сделало все возможное, чтобы предотвратить приход к власти Михаила Саакашвили. “Приход к власти в Тбилиси пророссийского политика — это конец Южной Осетии, — ответил мой собеседник. — А вот при президенте Саакашвили мы, возможно, получим то, чего так давно добиваемся, — независимость”. Он был прав: еще никогда непризнанные республики СНГ не были так близки к достижению своей главной цели.

Нас на НАТО променял…

     После того как российскому послу в Грузии Вячеславу Коваленко наконец удалось вручить Саакашвили свои верительные грамоты, грузинский президент опять заговорил о дружбе с Россией и предложил начать отношения “с чистого листа”. Так же точно и даже в тех же выражениях Саакашвили предлагал свою дружбу сразу после вступления в должность и потом — всякий раз после серьезного кризиса. Кризис же всегда состоял в том, что грузины вооружались и шли “воевать автономии”, а встретив адекватный отпор, во всем обвиняли Россию.
     Уже понятно, что между нами и Грузией существует некое фундаментальное противоречие, которое заставляет переживать подобное “дежа вю” вновь и вновь, причем всякий раз на более низком уровне отношений. В чем же состоит это противоречие? С одной стороны, Грузия хочет вернуть себе Абхазию и Южную Осетию. Причем Саакашвили, который шел к власти под лозунгами восстановления территориальной целостности страны, понимает, что выданный ему народом кредит доверия иссякает. Если он не выполнит свои обещания, ему не удержать власть.
     С другой стороны, Москву никак не устраивает перспектива вступления Грузии в НАТО. Нынешние государственники в Кремле, в отличие от “элиты 90-х”, не считают НАТО безобидной скаутской организацией. Приближение к нашим южным границам военной инфраструктуры альянса не только дает этой организации безграничные возможности слежения за тем, что происходит на нашей территории (говорят, в Грузии уже размещена аппаратура, позволяющая прослушивать телефонные переговоры во всем ЮФО), но и позволяет напрямую влиять на ход военных действий на Северном Кавказе. А в перспективе здесь, как в Польше, может быть размещена американская база ПРО, почему нет?
     Когда грузины говорят, что не понимают, чего от них хочет Россия, они лукавят. По нашей информации, Саакашвили несколько раз открытым текстом сообщали, в чем состоит наш главный интерес. Причем один раз это якобы сделал лично президент Путин во время первой встречи с Саакашвили в 2004 году в Москве. Тогда, кстати, Грузия была как никогда близка к восстановлению территориальной целостности. Влиятельные лоббисты Саакашвили в Москве считали, что надо “отдать” ему Южную Осетию, как уже “отдали” Аджарию. Говорят, Саакашвили пообещал российскому президенту, что в договор о дружбе между Россией и Грузией будет внесен пункт о неразмещении в Грузии иностранных баз. Однако тут же, во время визита в одну из западных стран, он публично заявил, что ни о каких подобных договоренностях не может быть и речи. Саакашвили наивно полагал, что Путин об этом не узнает.
     Отказаться от вступления в НАТО Саакашвили не позволят американцы, под чьим полным контролем он находится. Зачем Грузия НАТО — понятно. Не совсем ясно, для чего НАТО Грузии. В частных разговорах представители грузинской политэлиты не скрывают, что надеются с помощью НАТО вернуть утраченные территории военным путем. Однако вряд ли натовские военные пойдут воевать в Абхазию и Южную Осетию. США, конечно, хотели бы оторвать эти республики от России. Но для их глобальных интересов они не так уж и важны. Ведь нефтяная труба через эти территории не проходит. Получается замкнутый круг.

Страшные сны Саакашвили

     Сейчас Саакашвили хочет быть и в НАТО, и с территориальной целостностью. Которой пытается добиться в обход Москвы, чем страшно последнюю раздражает. Раздражение Москвы уже достигло таких масштабов, что страшный сон каждого грузина — признание Россией независимости Абхазии и Южной Осетии — вполне может стать явью. Такая возможность уже обсуждается в Москве на самом серьезном уровне.
     Недавно, например, узкий круг ведущих экспертов обсуждал эту проблему под эгидой ФЭПа — это, как известно, структура главного аналитика Кремля Глеба Павловского. Эксперты, в частности, высказывали опасения, что в деле признания Абхазии Россию может опередить Турция. Пикантности ситуации добавляло то, что вел собрание руководитель одного из подразделений Администрации Президента РФ.
     Еще совсем недавно такие разговоры считались уделом маргиналов и “политиков-экстремистов”. Это не означает, что практические шаги будут сделаны уже завтра, но очевидно, что идет серьезная подготовка к ним. Сначала нужно просчитать все риски. А они не так велики. Что такого страшного случилось с Турцией после того, как она (единственная в мире) признала Республику Северный Кипр (созданную на оккупированной турецкой армией части Кипра)? Ничего, за исключением того, что ее не принимают в Евросоюз. Но России туда и так путь закрыт. Так почему бы не рискнуть, тем более что прецедентов предостаточно. Как исторических, так и современных.

Казус Косово

     Некоторые эксперты высказывают опасение, что независимая Абхазия может стать центром притяжения для республик российского Северного Кавказа. Идея Горской республики была реанимирована в момент распада Союза, в начале 90-х в Сухуми проходили съезды КГНК — Конфедерации горских народов Кавказа. В Абхазии проходили боевую обкатку бойцы Басаева. Да и во время событий в Нальчике среди убитых боевиков были абхазы. Однако большинство собеседников “МК” все же полагают, что чеченский сепаратизм и сепаратизм абхазов, югоосетин и приднестровцев — явления совершенно разные. В сущности, настоящими “сепаратистами” были как раз грузины и молдаване — ведь именно они стремились к выходу из единого государства — СССР. А жители Приднестровья, Абхазии и Южной Осетии выходить из СССР не хотели, а теперь стремятся воссоединиться с Россией, правопреемницей СССР. Так что никакие они не “сепаратисты”, а напротив, “унионисты”.
     Часом икс для непризнанных республик, как уже неоднократно заявляли российские руководители, может стать легитимизация отделения от Сербии края Косово. Процесс признания независимости Косово уже, по сути, начат. Обнародованный недавно план спецпредставителя Генерального секретаря ООН на переговорах по статусу Косово Марти Ахтисаари предусматривает государственный статус Косово под международным контролем. Косово получит свой флаг, гимн, вооруженные силы и право вступить в ООН.
     Москва, в свою очередь, проводит “смотр сепаратистских сил”. Прошедший год стал “годом непризнанных государств СНГ”: “сепаратисты” непрерывно встречались, заключали между собой союзы и подписывали договоры о военной помощи. Создана Межпарламентская ассамблея непризнанных государств. В Приднестровье и Южной Осетии прошли референдумы. В Тбилиси, конечно, понимают, что счет пошел на часы. Именно с этим, по мнению представителей Сухуми и Цхинвали, связано последнее обострение обстановки в Южной Осетии и Абхазии: если Саакашвили удастся “решить проблему” до признания Косово, то вопрос будет снят сам собой.
     Разумеется, если завтра Кремль объявит о признании Южной Осетии, Абхазии и Приднестровья, это вызовет не просто международный скандал, а настоящее дипломатическое цунами. Страшно даже представить, что тогда начнется. Москва уже сейчас подвергается беспрецедентному давлению со стороны Запада, цель которого — заставить Кремль снять с повестки дня его тезис об универсальности косовской модели. Ряд собеседников “МК” полагают, что, когда дело дойдет до принятия конкретных решений, согласие Москвы будут “выбивать” любыми способами — в конце концов, у большинства наших государственных чиновников есть счета и собственность на Западе.
     Однако есть основания полагать, что сейчас Запад настолько заинтересован в лояльности России не только по вопросу Косово, но и по проблеме Ирана, по Ираку, настолько зависим от российских энергоресурсов, что может просто выдать Москве “карт-бланш” на любые действия в отношении Абхазии и Южной Осетии. Такие сигналы уже поступают. Так, в Тбилиси очень занервничали, услышав слова директора российских и азиатских программ Вашингтонского института мировой безопасности Николая Злобина. В столице Грузии этот американский эксперт русского происхождения заявил: “Мы слишком рано решили, что распад Советского Союза закончился. Этот процесс продолжается. Мы, может быть, даже не достигли еще середины”.

Окровавленный бархат

     Мирное превращение Чехословакии в два разных государства считается образцом “бархатного развода”. К сожалению, при развале двух крупнейших государств бывшего “соцлагеря” — СССР и Югославии — бархат оказался забрызганным кровью.
     Когда апологеты беловежских соглашений утверждают, что роспуск СССР в Беловежской Пуще позволил нам избежать “югославского сценария”, они лукавят. Только гражданская война в Таджикистане унесла около 150 тысяч жизней, всего же в войнах и межнациональных столкновениях на территории бывшего СССР погибли до 600 тысяч человек.
     При распаде Югославии только во время гражданской войны в Боснии и Герцеговине погибли, по разным данным, от 100 до 290 тысяч человек, две трети из которых были мирными жителями. Возможно, этих жертв удалось бы избежать, если бы Германия не поспешила признать независимость Словении, а затем — Хорватии? Но никто Германию за это не упрекает. Как никто не осмелится бомбить Пекин, даже если он перемелет тибетцев в пыль. Слишком могуч сегодня Китай.
     В этих процессах царствует не справедливость, и не международное право, а интересы государств. Назовут вас “сепаратистами” или “повстанцами” — зависит от текущей конъюнктуры. Говорят, что обратить наконец внимание США на массовые убийства тиморцев войсками Индонезии смогла только угроза Португалии (чьей колонией когда-то был Тимор) вывести войска из миротворческих сил на Балканах. Что не удивительно — индонезийские войска были экипированы и обучены американцами.
     Вот и нам, принимая решение о судьбе “непризнанных”, надо исходить только из собственных интересов.

ПОБЕДИВШИЕ В БОРЬБЕ

     США, безусловно, являются самой большой и успешной “страной победившего сепаратизма”. Сепаратизм в этой стране торжествует вот уже более 200 лет, с тех пор как 4 июля 1776 года Континентальный конгресс провозгласил отделение от Великобритании ее 13 североамериканских колоний. Кстати, крестной мамой самопровозглашенного государства была Российская империя, которая не только отказалась прислать по просьбе Британии войска для подавления восстания в колониях, но и одной из первых признала независимость США.
     ЦЕНА ВОПРОСА. Война за независимость США продлилась 8 лет.
     ЭРИТРЕЯ была охвачена огнем войны за независимость 30 лет. Тридцатилетняя война закончилась тем, что эфиопские войска были изгнаны из Эритреи. В 1993 году Эритрея получила независимость.
     ЦЕНА ВОПРОСА. За независимость Эритреи отдали жизни 100 тысяч человек, около 150 тысяч стали инвалидами, около миллиона — беженцами.
     ВОСТОЧНЫЙ ТИМОР. Желто-черно-красный флаг независимости взвился над его столицей Дили в полночь с 19 на 20 мая 2002 года после того, как Генсек ООН Кофи Аннан объявил десяткам тысяч тиморцев о появлении на земле 192-го независимого государства. Это произошло после четверти века кровавой резни и трех лет, в течение которых территорией управляла ООН. Бывшая колония Португалии, Восточный Тимор получил независимость еще в 1975 году, но сразу же был оккупирован Индонезией.
     ЦЕНА ВОПРОСА. По некоторым данным, от рук индонезийских военных погибла примерно треть 600-тысячного населения Восточного Тимора.

ХРОНИЧЕСКОЕ НЕПРИЗНАНИЕ

     КАШМИР. Конфликт начался в 1947 году, когда территория княжества оказалась разделенной между Индией и Пакистаном. Индия настаивает на том, что Кашмир является одним из ее штатов. Однако кашмирские сепаратисты–мусульмане ведут вооруженную борьбу за независимость и присоединение к Пакистану. В этом году конфликт “отпразднует” свое 60-летие.
     ЦЕНА ВОПРОСА. За годы вооруженного противостояния двух армий в Кашмире было убито около полумиллиона военнослужащих и гражданских лиц. Жертвами партизанской войны за отделение Кашмира с 1989 года стали около 65 тысяч человек, в основном мирных граждан.
     ТИБЕТ. После падения монархии в Китае объявил о своей независимости, однако в 1950 году был оккупирован китайскими войсками. В Индии находится правительство Тибета в изгнании. Духовным и политическим лидером тибетцев в их борьбе за независимость является далай-лама.
     ЦЕНА ВОПРОСА. Тибетская оппозиция утверждает, что за время китайской оккупации было убито более миллиона тибетцев и разрушено около 6 тысяч монастырей.
     ТАЙВАНЬ. Остров стал “сепаратистским” после того, как туда в 1949 году бежали сторонники партии Гоминьдан, проигравшие коммунистам гражданскую войну. Китай считает Тайвань своей провинцией. В то же время руководство Тайваня выступает за независимость. Несмотря на то что Тайвань, по сути, давно отдельное государство, и даже с другим строем (“капиталистический” в отличие от “социалистического” Китая), юридически это никак не оформлено.
     ЦЕНА ВОПРОСА. Китай разместил вдоль побережья полтысячи нацеленных на Тайвань баллистических ракет. В Пекине не раз угрожали начать боевые действия в случае, если Тайвань провозгласит независимость. По мнению Пекина, нынешний год станет решающим в борьбе против тайваньских “сепаратистов”.
     
     Владимир ПУТИН, Президент России:
     “Нам необходимы универсальные принципы правового урегулирования замороженных конфликтов в интересах людей, которые проживают на территориях этих замороженных конфликтов. Если кто-то считает, что Косово можно предоставить полную государственную независимость, то почему мы должны отказывать в этом абхазам или южным осетинам?”
     Пресс-конференция от 31.01.2006
     
     Михаил КАМЫНИН, представитель МИД РФ:
     “Мы с уважением относимся к принципу территориальной целостности. Но пока эта целостность применительно к Грузии — скорее возможное состояние, чем наличная политико-правовая реальность, и создать ее можно только в результате сложных переговоров, при которых исходная югоосетинская позиция, как мы понимаем, базируется на не менее признаваемом в международном сообществе принципе — праве на самоопределение”.
     Заявление от 01.06.2006


Партнеры