Ноябрьская революция

Медведев меняет Конституцию и стиль общения с Америкой.

5 ноября 2008 в 17:36, просмотров: 1766

В диалоге с Западом Кремль переходит на язык силы. А срок правления следующего Президента России будет увеличен наполовину. Если в 2012 году вновь изберут Медведева, он сможет оставаться у власти до 2018 года. Ну а если к следующим выборам президентом вновь захочет стать Путин, он будет иметь право руководить нашей страной аж до 2024 года (к этому времени Владимиру Владимировичу исполнится 71). Таковы главные сенсации первого президентского послания Дмитрия Медведева.

Долго запрягать, но быстро ехать — именно по такому принципу было построено первое по-настоящему программное выступление Дмитрия Медведева за время его президентства. Сначала новый хозяин Кремля произнес много правильных, но общих слов и обнародовал пакет скорее второстепенных политических реформ. Вряд ли на жизнь рядовых россиян сильно повлияет, например, тот факт, что теперь членов Совета Федерации будут избирать только из числа региональных депутатов. Или что правом предлагать президенту кандидата в губернаторы отныне обладает лишь партия, победившая на региональных выборах (читай — “Единая Россия”).

Но если кто-то решил, что в первом послании Медведева не будет ничего судьбоносного, его ждало разочарование (или, наоборот, очарование). Закончив с малоинтересной для большинства россиян темой возможности снятия с должности боссов нашего местного самоуправления, президент взорвал настоящую политическую бомбу. Срок полномочий главы государства было предложено увеличить с четырех до шести лет. Большинство присутствующих в зале, да и просто политически подкованных граждан наверняка мгновенно провели в уме несложное арифметическое вычисление. Если в 2012 году Путин вернется в президенты, он сможет править Россией до 71-летнего возраста.

Впрочем, вернется Путин через четыре года в Кремль или нет — это пока не известно никому, включая, очень вероятно, и самого ВВП. По словам хорошо знающих Владимира Владимировича людей, он не любит принимать решения заранее, но обожает до самого последнего момента держать для себя открытыми все возможные варианты. Поэтому сейчас стоит задаться другим вопросом: если отбросить персональный аспект, какая для страны польза в увеличении срока полномочий президента и Госдумы?

Обратная связь власти и общества и так ослаблена до предела. А теперь возможность сказать властям предержащим, что мы о них думаем на самом деле, будет предоставляться нам еще реже. Все это тем более обидно, что весь остальной развитый мир идет в обратном направлении. Например, Франция недавно сократила президентский срок с семи лет до пяти. И местную политсистему это никак не разбалансировало. Сторонники увеличения президентского срока уверяют, что четыре года — это слишком мало для такой тугой на подъем страны, как Россия. Но любой адекватный президент имел все шансы избраться на второй срок. А восемь лет — это в политике целая эпоха.

Среди новых политинициатив Медведева резануло и другое. Президент совершенно правильно сказал, что в политике государство слишком активно лезет в дела, которые должны касаться исключительно граждан. И тут же предлагается мера, которая сделает ненужное вмешательство государства еще более назойливым. Речь идет о введении принципа обязательной ротации лидеров партий. Партия — это ведь не госструктура. Решения такого рода должны быть исключительно внутренним делом.

Однако самая важная часть президентской речи — это выкаченный новоизбранному президенту США Бараку Обаме и всему Западу в целом исключительно жесткий ультиматум. Подобных инициатив в речах наших лидеров не звучало со времен разгара “холодной войны” в брежневско-андроповскую эру или даже кубинского ракетного кризиса 1962 года. Разница лишь в том, что на сей раз эпицентром конфронтации решено сделать не заграничный остров, а изолированный от всей остальной страны кусок нашей территории — Калининградскую область.

Как пообещал Медведев, именно отсюда Россия будет проводить “радиоэлектронное подавление” новой американской системы ПРО в Европе. Там же будут развернуты и наши ракеты. Ясно, что заявления российского президента стоит рассматривать прежде всего как адресованное новому лидеру США предложение приступить к дипломатическим торгам. Не случайно же, выдав порцию антиамериканских угроз, Медведев сразу же заявил о готовности Кремля налаживать с новой администрацией в Вашингтоне конструктивный диалог.

Но вот стоило ли с самого начала так сильно поднимать ставки в игре и так жестко и демонстративно наступать на едва выигравшего выборы Обаму? Чрезмерные ассоциации с уже упомянутым кубинским ракетным кризисом, разумеется, неуместны. Но в памяти сразу всплывает, как в ноябре 1960 года наш тогдашний руководитель Никита Хрущев счел новоизбранного президента США Джона Кеннеди слабаком и решил попробовать его на прочность.

Очень возможно, что язык угроз — единственное, что доходит до сознания янки. Но, бросив вызов Обаме по поводу ПРО, Кремль в значительной мере лишил нового американского главу свободы маневра. Если теперь президент Обама попытается найти в вопросе ПРО какой-нибудь компромисс с Москвой, он будет выглядеть как лидер, который испугался угроз. А унижаться американцы любят еще меньше, чем мы. Нельзя забывать и про Европу. Сторонников тезиса о “прирожденной агрессивности” России среди наших соседей явно станет больше. Интересно: кто первым из западных политиков сболтнет о возможности сухопутной блокады Калининградской области?..

Исключительно важное заявление президент Медведев сделал и по поводу экономической политики. Дмитрий Анатольевич торжественно пообещал, что нынешняя мировая экономическая “турбулентность” не приведет к новому огосударствлению нашей промышленности и наших финансов. Осталось лишь понять, как именно это будет реализовано на практике. Большинство нынешних частных капитанов нашей индустрии и наших финансов — в долгах как в шелках. И спасти их может только вливание средств из государственного кармана.

С экономикой связана и другая интрига президентской речи. Дмитрий Медведев, естественно, не мог не признать очевидного. Как совершенно верно заметил Дмитрий Анатольевич, мировой экономический кризис еще далек от завершения. Но затем президент дал понять, что никаких “секвестров” по образцу прошлого десятилетия не планируется. Более того, власть ставит перед собой весьма затратные экономические задачи. Некоторые из этих задач, типа превращения Москвы в мировой финансовый центр, а рубля — в региональную валюту, выглядели исключительно амбициозно даже в стабильные времена. Потянем ли мы все запланированное в условиях кризиса, который неизвестно когда кончится?

Одним словом, и для себя, и для страны в своем первом президентском послании парламенту Дмитрий Медведев установил очень даже высокую планку. Теперь осталось самое главное — допрыгнуть.



Партнеры