Даже если батьке в очередной раз дадут пару миллиардов в долг без отдачи и он "подмахнет" соглашение не один, а два раза это не будет иметь ровно никакого практического значения. Невозможно представить себе белорусскую пехоту, воюющей против каких-нибудь узбекских талибов. Этого не может быть, потому что этого не может быть никогда. Боеспособность же войск среднеазиатских республик нулевая и не сравнима даже с боеспособностью российских войск. В случае серьезной войны на их территории она целиком ляжет на плечи России. Зачем нам эти Каримовы, Рахмоны и иже с ними, посылающие нас в известном направлении, как только жареный петух перестает клевать их в известное место? При тех формах и масштабах, которые принимают сейчас война в Афганистане и Пакистане, после ухода НАТО из Афганистана Россия не сможет удержать от падения среднеазиатские режимы. Не хватит ни военных ни экономических ресурсов. Зачем мы засовываем голову в этот хомут? Мало Афганистана и Чечни?
Договор о коллективной безответственности
Московский Комсомолец № 25120 от 3 августа 2009 г.
Почему буксует ОДКБ Вождь всех таджиков Эмомали Рахмон прозрачно намекнул президенту Медведеву, что за пребывание в его стране 201-й российской дивизии Москва отныне должна платить. Батька всея Белоруссии Александр Лукашенко соизволил-таки прибыть на саммит ОДКБ, но ничего там не подписал. Узбекский лидер Ислам Каримов тоже не изменил своей скептической позиции по отношению к КСОР. Глава Киргизии Курманбек Бакиев поставил свой автограф не на соглашении о создании в своей стране второй российской военной базы, а всего лишь на меморандуме о намерениях.
Журналистика строится на клише “черное-белое”. Если следовать законам жанра, то приведенных выше фактов достаточно, чтобы заклеймить прошедший саммит как “полный провал”. Однако жизнь всегда сложнее, чем ее отражение на телеэкране или газетной полосе. На самом престижном курорте Киргизии Чолпон-Ате мы столкнулись не с провалом, а с пробуксовкой нашей политики. Между отношениями Москвы с Украиной и ее отношениями с составляющими костяк ОДКБ странами Центральной Азии существует принципиальная разница. Киев хочет получать от нас газ, но во всем остальном старается держать Россию на расстоянии вытянутой руки. В среднеазиатских столицах уже тоже не готовы вытягиваться во фрунт при получении “ценного указания” из Кремля. Но почти для каждого из местных президентов тесные отношения с Россией являются залогом стабильности в их странах. Глава Таджикистана Рахмон далеко не полностью контролирует ситуацию в подведомственной республике. Случись чего, российская 201-я дивизия вновь, как и во время гражданской войны 1992 года, может оказаться единственной военной силой, способной восстановить порядок. Лидер Киргизии Бакиев смог одержать повторную триумфальную победу на президентских выборах в своей предельно неспокойной республике именно благодаря российским кредитам. Свои причины не отходить слишком далеко от Москвы есть даже у постоянно подчеркивающего свою “особую позицию” правителя Узбекистана Каримова. Если это так, то почему у ОДКБ кроме России есть еще только один более или менее надежный столп — Казахстан? Причин, видимо, две. Сиюминутная в том, что государства Центральной Азии не ощущают сегодня реальной внешней угрозы. Если американцы завтра вдруг умоют руки и уберутся из Афганистана, то среднеазиатские президенты начнут падать ниц при словах “Россия” и “КСОР”. Но пока янки сдерживают талибов — у наших “партнеров” по ОДКБ есть возможность показать свою крутизну. Вторая причина пробуксовки, возможно, в том, что мы пытаемся строить ОДКБ по натовскому образцу: все члены блока сообща делают одно дело. Отношения некоторых членов НАТО друг с другом почти настолько же сложны, как, скажем, “дружба” между Киргизией и Узбекистаном. Например, Турция и Греция в свое время не раз балансировали на грани войны. Но уровень взаимного притяжения внутри НАТО все равно неизмеримо сильнее, чем внутри ОДКБ. Что, например, связывает Таджикистан и Белоруссию, Армению и Киргизию? Кроме общего стратегического партнера — России — почти ничего. Дополнительная сложность — государственное устройство многих наших коллег по ОДКБ. Если отбросить всю мишуру, то это типичные азиатские деспотии, где государственный курс зависит исключительно от сегодняшнего настроения халифа. Страны с таким устройством не могут быть надежными или хотя бы предсказуемыми партнерами. Даже у обычных людей настроение может скакать, словно тигр в джунглях, а уж у халифа… Где же выход? Москва ни в коем случае не должна отказываться от ОДКБ. Но очень многое в Средней Азии нам придется делать на чисто двусторонней основе. В погоне за “красотой формы” мы рискуем упустить суть. Разве это нормально, когда Москва упрашивает Лукашенко подписать соглашение о КСОР? Что, после того, как Батька подмахнет документ, на нас обрушится манна небесная? Если такие проблемы возникают на этапе подписания, то как же будет выглядеть его исполнение? Россия должна быть региональным арбитром в Средней Азии. Но пока мы находимся не на “судейском возвышении”, а в гуще прочих участников процесса: все нас толкают, дергают за фалды. Это не дело. Хотя ОДКБ все чаще радует нас неформальными саммитами, но некий “формализм” и субординация нам тоже не помешают. В Средней Азии, во всяком случае, эти качества ценятся ох как высоко. материал:
Михаил Ростовский |
