Московский Комсомолец № 25445 от 9 сентября 2010 г.
По мнению правозащитника Андрея Бабушкина, в законе не прописано право задержанного на звонок, в нем нет пункта о том, в каких условиях должны содержаться задержанные, а о самом задержании сказано так, что человека можно держать в “обезьяннике” “до бесконечности”. В конце концов правозащитник заключил: “Нужен не Закон о полиции, а кодекс законов о полиции”.
А вот Георгий Сатаров считает, что этот закон вообще принимать нельзя.
— Роды преждевременны, — уверен он. — Разумная реформа начинается с диагноза, а на основе диагноза формулируются цели, задачи. Сейчас ситуация такая: мы строим канализационный столб, не зная, как будет устроен дом.
По мнению Сатарова, закон не устраняет тех опасностей для граждан, которые существуют сейчас. Если для судов показания милиции будут важнее, чем показания граждан, ничего не изменится.
Член Общественной палаты Ольга Костина считает слабым местом закона и то, что в нем не прописаны обязанности полицейских по отношению к потерпевшим.
Известный адвокат и член Общественной палаты Генри Резник обратил внимание на противоречие некоторых положений закона Конституции. В частности, это касается согласований с полицией массовых мероприятий. Но самое главное, на взгляд Резника, содержится вовсе не в законе.
— Мы должны сказать твердо власти: без значительного повышения окладов и социальной составляющей никакой закон исполняться не будет! Сейчас любой сотрудник милиции воспринимает однозначно: государство, которое за нашу работу платит такие деньги, дает нам добро на кормление! Если останутся те же оклады — любой закон, который мы примем, будет неудачным.
