В странах с устоявшейся внешней и внутренней политикой, со стабильной и определенной властью терроризм тоже стабильный и определенный. Если взрывается в Израиле — значит, это сделали арабы, которые и не отпираются и действуют достаточно открыто. Если в Афганистане взрывают американцев — значит, это дело рук талибов, которые в своих целях тоже достаточно искренни и прямолинейны.
Другое дело у нас. Взрыв в Пятигорске можно представить и как теракт, и как коммерческие разборки. Взрывы и убийства в Дагестане, внешне похожие на террористическую деятельность, чаще оказываются результатом борьбы местных элит. Характерно, что в Чечне, где порядок, пусть на время, но четко определен Рамзаном Кадыровым, террористическая активность снизилась почти до нуля, а все ее проявления, вроде обстрела вертолета, больше напоминают хулиганство, совершенное общеопасным способом.
Предпоследний теракт в Северной Осетии произошел 17 августа на осетино-ингушской границе, а точнее, на милицейском посту. Пеший террорист-смертник взорвал себя, один милиционер погиб. Учитывая столетний перманентный конфликт между ингушами и осетинами, а также исключительную, граничащую с издевательством внимательность милиционеров на этом посту, этот теракт нельзя считать проявлением активности организованного бандподполья. Скорее это проявление частной войны конкретного обиженного ингуша против конкретных милиционеров. Два года назад у кинотеатра “Дружба” в том же Владикавказе смертница взорвала маршрутное такси. 12 человек погибло. Это было дальним отголоском большой кавказской войны. Такой теракт мог произойти и во Владикавказе, и в Нальчике, и в Грозном, и в Москве. В зависимости от того, куда смертницу было проще доставить. Все остальные теракты произошли давно — с 1999 года по 2003-й. Последний, кстати, случившийся 5 июня 2003-го и направленный не столько против осетин, сколько против военных летчиков, был проведен бандой Басаева, в которую входила Зарема Мужахоева, спустя месяц арестованная с бомбой уже в Москве.
Отдельно стоит Беслан. Но это преступление было спланировано как злодейство международного масштаба. И к Северной Осетии оно привязано только географически.
Нынешний взрыв свидетельствует о появлении у Северной Осетии нового опасного врага, который как будто намеревается закрутить террор в Осетии с того места, где он и начался в 1999-м, — с Центрального рынка.
А кто на сегодняшний день главный враг осетин? У евреев — арабы, у американцев — талибы, у осетин — грузины. За разработку грузинского следа российские спецслужбы уже взялись, не исключено, что вскорости нам об этом объявят. А может, и нет, в зависимости от того, достаточно ли будет доказательств для международного обвинения. Хотя формально Южная Осетия и считается отдельной страной, фактически в сознании осетин она присоединена к России в общем и к Северной Осетии в частности. Де-факто субъект Федерации существенно увеличился, движение внутри него стало более интенсивным. Диверсантов и транспорт в таких условиях отслеживать стало сложнее. Кроме того, после разгрома грузинских войск и полного изгнания грузинского населения с территории Южной Осетии у сотен грузин появился серьезный мотив для смертельной борьбы с соседями. На таком унавоженном российскими танками поле самое время разгуляться грузинским спецслужбам. Сами грузины как диверсанты мало на что способны. Но среди их спецслужб есть и русские, перекупленные грузинами еще в начале 90-х во время войны с Абхазией, не говоря уже об американцах, которые только рады помочь обиженному гордому государству.
Цель этого теракта показать всю утлость осетинской стабильности, продемонстрировать отколовшимся южным осетинам опрометчивость их исторического выбора. Мол, не хотели жить в цивилизованной Грузии, взрывайтесь на владикавказской бирже труда. Первая война грузин имела дату 08.08 — 8 августа. Вторая 09.09 — 9 сентября.
Кровь, которую пролили осетины в августе 2008-го в грузинских селах Тамарашени, Кехви и других, рано или поздно к ним возвратится. Таков уж кавказский обычай. К сожалению, после всего случившегося эта месть станет и российской проблемой. Бомба не столь избирательна, как тот, кто ее закладывает.
