mk.ru : Московский комсомолец

Есть истории громкие - японская атомная станция Фукусима, к примеру.

В ядерной утечке все видят громкую угрозу человечеству и соответственно реагируют. Кроме героев-смертников, которые копошатся внутри фонящего реактора и спят под свинцовыми одеялами, есть, как выяснилось, еще и судебные органы Японии, которые говорят так: “Мы про землетрясение все понимаем. Мы не понимаем, почему станция развалилась. Если развалилась - значит есть виноватые. Открываем дело!..”

Интересно, что дело открыто без ожидания заявления от какого-то крестьянина, у которого теперь фонит рисовое поле.

Дело открыто потому, что кому угодно понятно: реакторы не должны были развалиться! И если было хотя бы одно предположение, что может быть подобное землетрясение, то почему строили такие реакторы?

По открытому делу нет арестованных и подозреваемых. Возможно их и не будет, но может кто-то и сядет. Важно другое: дело открыто, потому что государство, в лице прокуратуры, понимает - то, что случилось, это угроза национальной безопасности страны.

А вот событие тихое, отечественное. Даже скажу так - некоторым и не очень понятное.

Есть в Интернете “Живой Журнал” (Livejournal) - самый популярный ресурс блогеров. Существование его трудно переоценить. На фоне заскорузлой общественной жизни в “Живом Журнале” бьется живая мысль. Люди обмениваются информацией и идеями. Посещаемость блогов из верхней десятки соизмерима с аудиторией крепкого СМИ города-миллионника, а это значит, что сотни тысяч людей находят в “Живом Журнале” то, что не находят в обычной жизни. А не находят они, главным образом, площадки для высказывания собственного мнения и обсуждения жизни страны.

В последнее время “Живой Журнал” стал местом для настоящих социальных инициатив - чего стоит блог Алексея Навального, посвященный разоблачениям российской коррупции. Но есть и другие полезные блоги.

Там собирают помощь больным детям, обмениваются культурными новостями, даже продают или дарят ненужные вещи.

Одинокие там находят общение.

Там нет географии - и столичные, и люди из глубинки чувствуют себя на равных.

Там есть истинная конкуренция - тот, кто пишет ерунду никогда не привлечет внимание.

То есть, Livejournal превратился в институт, без которого многие не представляют свою жизнь.

Но вот в один прекрасный день “Живой Журнал” подвергся DDoS-атаке, причем несколько раз. Не стоит описывать техническую сторону происшедшего - главное тут слово “атака”. В результате журнал был блокирован, многие блоги не открывались.

Выяснилось, что атаковали целенаправленно. В первый день - все, что связано с деятельностью Навального. Во второй день географию атаки расширили, и кроме Навального атаковали и другие блоги. В числе пострадавших от хакеров оказался даже блог... Президента РФ Дмитрия Медведева.

Причем, как делаются эти атаки технически хорошо известно, неизвестно только кто их делает, хотя выяснить несложно.

Так вот, неизвестными была блокирована работа важнейшего общественного ресурса, но... расследования нет.

Представители “Живого Журнала” выразились в том духе, что если атака будет снова, то тогда они обратятся в полицию. Кроме того, сейчас закупается аппаратура, чтобы подобное не повторилось.

Подведем итог. Не стоит плодить беспочвенные версии, однако атака именно на Навльного весьма симптоматична и навевает конкретные мысли кто стоит за бандюками с компьютерами.

Однако, это должно выяснить следствие, не так ли?

А оно будет, это следствие?

Или для этого обязательно необходимо заявление от “простого японского крестьянина”?

А что, всевозможные подразделения ФСБ, занимающиеся компьютерной безопасностью, расследуют подобные дела только когда им заявление напишет руководство ФСБ? А может Путин с Медведевым? Или они сами понимают, где угроза?

А может расследовать нечего, потому что сами же и организовали?

Это очень нехорошие вопросы. И они будут существовать, пока интернет-сообщество не увидит ясных сигналов от спецслужб, что они - на стороне этого сообщества.

Давайте скажем прямо: перед нами - прямой акт терроризма. И то, что террористы не с бомбой, а с компьютером, сути не меняет.

И следственные органы, независимо от наличия заявлений от потерпевших, должны выяснить, кто и зачем совершил эту атаку.

Это важно еще и потому, что отсутствие расследования и наказания виновных, несомненно, породит версию о том, что в стране нет информационной безопасности.

Но, хуже того, появится стойкое неверие в то, что государство может её обеспечить. Либо не хочет. По причинам всем понятным, если учесть против кого была совершена атака.

Так что дело совсем не в новом оборудовании, которое должны купить. На новое оборудование найдутся новые компьютерные “гении”, которые, за интерес или деньги, снова поставят страну перед фактом компьютерной агрессии.

И не только против Навального.

Тут я должен вспомнить одну печальную, но крайне поучительную историю, происшедшую с одним моим давним знакомым.

Однажды он узнал, что у жены есть любовник. Он пришел домой и занялся выяснениями. Жена говорила с ним довольно резко и нагло, в результате чего он не сдержался и ее один раз ударил. Она тут же вызвала полицию и против этого моего знакомого завели дело.

Когда жена поняла, что была неправа и муж может из-за нее реально сесть, она пошла в полицию и забрала свое заявление.

Одновременно она хотела забрать и мужа, но его не отдали.

А через две недели состоялся суд и, на ее глазах, судья приговорил мужа к пяти годам тюрьмы.

Она решила опротестовать решение судьи, но знакомый адвокат объяснил ей, что ее любовник - это одна история, а семейное насилие - это совсем другое. То, что муж ее ударил - это факт. И если она его простила, то это не значит, что его простил закон.

Эта история произошла в Израиле и мой друг отсидел все пять лет.

Как мы видим, можно хотеть наказания, а можно не хотеть.

Важно, что есть судебная власть, которая видит преступление там, где оно есть, независимо от нашего желания.

Пять лет - большой срок? Видимо, большой, но именно так воспринимает израильский закон угрозу семейного насилия.

Компьютерные террористы напали на “Живой Журнал”.

Тысячи людей не смогли воспользоваться конституционным правом на свободу информации.

Интересно, государство осознает, что это враждебный вызов его безопасности?