Хм, ну а шо? Правильно рассказал, по делу и в тему. Окромя извечных двух бед Расеи, при путинском режиме появились три новые - чиновно-правительственное быдло, ворующее в три горла, БАНДИТ с ксивой "гЭрой расЫЫ" и "акадЭмЫк" и путинское беспредельное Гестапо с Лубянки (хотя, кадысь яво на Руси не было, ась?:). Вот от этих трёх сифиличных хомутов избавитьси, и расцветёть Расея, останутьси сплошные пустяки - дураки и дороги:) Молодец Люк, всё в точку.
Журналист Люк Хардинг рассказал в конгрессе США о чем нельзя говорить в России
материал размещен 23 февраля 2012 в 09:30, просмотров: 682
Журналист британской газеты The Guardian выступил в среду на брифинге в Хельсинкской комиссии конгресса США и рассказал о подробностях своей работы в Москве и о том, как в 2011 году он стал в России нежелательной персоной. Хельсинкская комиссия назвала брифинг «Депеши из Москвы: завораживающий рассказ Люка Хардинга о преследованиях КГБ», пишет «Газета.Ru» со ссылкой на радио «Голос Америки». Люк Хардинг подробно рассказал о том, как ФСБ создавала вокруг него атмосферу, в которой он чувствовал страх за себя и за своих близких. «Иностранные журналисты в России работают в условиях, когда им ежедневно приходится делать выбор между угрозой потери визы, а, значит, и работы, и нежелательными для власти темами своих репортажей», – сказал Хардинг. По его мнению, психологическое давление часто становится причиной самоцензуры среди иностранных журналистов в России. Люк Хардинг привел примеры тем, которые, по его опыту «нежелательны для российских властей». По его мнению, их три. Первая – коррупция, причем не «абстрактная, о которой можно много и свободно говорить и писать», а конкретная – с именами и фактами. Вторая «запретная» тема – Рамзан Кадыров, по словам Хардинга, «ближайший союзник Путина на Северном Кавказе и опасный человек». Каждый, кто пытается писать правду о Кадырове, осознает уровень риска, полагает Хардинг. Третья тема – деятельность российских спецслужб. Журналистское вмешательство в эту сферу жестко ограничено и наказуемо, подчеркнул он. |
