mk.ru : Московский комсомолец

Погода стояла превосходная, в душе царило праздничное настроение и ощущение щенячьего восторга от предстоящей охоты. Дорога пролетела незаметно, и, разместившись за егерским столом, с аппетитом поедая приготовленные разносолы, мы слушали рассказы Виктора о планах на сегодняшний вечер. Но природа сыграла с нами злую шутку. После обеда небо заволокло облаками, подул сильный северо-восточный ветер, заморосил дождь. Но впадать в уныние не в наших правилах, и мы вечером выехали ознакомиться с угодьями, где предстоит охотиться. Нам не терпелось все увидеть и услышать — ведь в конце концов мы на охоте, а она состоит не только из выстрела по зверю.

Огромное осушенное болото, заросшее осинником и ивняком, простиралось на многие километры вокруг, создавая прекрасную защиту лесным великанам. Здесь лоси находили себе корм, сражались за свою любовь, играли свадьбы и выводили потомство. Мы ехали на ГАЗ-66 к месту, где предстояло охотиться одному из нас. По словам егеря, сегодня утром лось стонал на этом участке, и, если бы не испортившаяся погода, мы бы его услышали.

Выйдя из машины, сразу увидели постриженные кусты молодого осинника и набитую тропу из болота на край поля.

— Там две поляны, — прошептал Виктор, — на них он и крутится! А дальше места еще интереснее! — интригующим голосом продолжил он.

Но меня какая-то сила тянула остаться:

— Вы езжайте! А я постою послушаю, а как стемнеет, сам приду. Дорогу знаю, не заблужусь!

— Ну, как хочешь! — ответил Виктор, садясь за руль.

Махнув рукой уезжающим ребятам, зарядив на всякий случай карабин, я затих, прислушиваясь к шелесту листвы. Холодный ветер, гоня по небу серые облака и принося запахи прелой листвы и мокрого травостоя обдувал лицо. Время летело, незаметно спустились сумерки. Я уже хотел пройти вперед, как услышал подозрительный шелест. Что-то меня насторожило: уж больно не похоже это было на шелест ветра! Хруст скусываемых веток развеял мои сомнения: это лось! Рой мыслей закрутился в голове. Как поступить? Погода портилась на глазах — а вдруг польет дождь? А вдруг это мой единственный шанс? К тому же было непонятно, корова это или бык. Сделав несколько осторожных шагов влево, я спрятался за небольшой ивовый куст. Ветер дул от лося, так что шансы у меня были неплохие. Даже если он попытается меня обойти на ветер, все равно выйдет между кустов, подставив бок. Время замерло, как в замедленной съемке. Затаив дыхание, я сломал ветку прикрывавшего меня куста. Лось тут же затих, прекратив жевать. Я сломал еще одну ветку и сразу услышал шорох шагов в мою сторону и вскоре увидел здоровенную лосиную голову, увенчанную кроной рогов. Зверь уставился на меня, шумно втягивая воздух. Нас разделяло метров тридцать, карабин висел на плече, а я боялся пошевелиться, потому что понимал: если придется стрелять, я попросту не успею. Прицел без подсветки, пока сниму его с плеча, пока прицелюсь... Все могло закончиться плохо! Лось пытался определить, кто перед ним, а я, сняв с предохранителя, убавлял кратность на прицеле висевшего на плече карабина. Сохатый развернулся и начал обходить меня справа. Тихо выдохнув, я снял карабин и направил ствол между кустов. Лось застыл, повернув голову в мою сторону, и напряженно прислушивался. Я смотрел в оптический прицел, но на темном корпусе зверя черный «пенек» перекрестия не был виден. Наведя на белые ноги, наконец, увидел перекрестие и тут же его потерял, подняв ствол вверх. Быстро перевел на задние ноги, потом на передние, и на полпути палец надавил спусковой крючок. Прозвучал выстрел. Лось, развернувшись на сто восемьдесят градусов, помчался прочь, с треском ломая кусты. Я на слух пытался проследить направление движения убегавшего зверя. Примерно через сто метров треск стих. Постояв еще несколько минут, убедился, что больше не слышу никакого движения, повесил перчатку на куст, из-за которого стрелял, и двинулся в деревню. Посовещавшись, решили не преследовать раненого лося потемну, чтобы не упустить желанный трофей.

Рано утром мы стояли на месте стрела. Сняв с ветки свою перчатку, показал егерям Виктору и Вадиму направление движения лося после выстрела. Определившись с ориентирами, зарядили ружья и двинулись цепью вперед. Я шел в середине цепи, держа ружье у плеча, готовый в любой момент выстрелить. Через сто метров увидел лежащего на боку лося. «Дошел!» — вырвалось из груди.

Поверженный лось, может, и не был гигантом, но это был мой первый лось, пусть и добытый не классически под стон, но все же в честном поединке.

— Один, два, три — шесть отростков! — считал вслух Виктор. — С полем!

Поздравляя меня, крепко пожал руку и Вадим. И только за столом под печенку, выпив стопку на кровях, в который раз рассказав, что пережил вчера, я, наконец, осознал свалившуюся на меня удачу. И действительно, в этот выезд повезло только мне. Испортившаяся погода не дала шанса моим друзьям, и я лишний раз убедился, что тогда, вечером, я сделал все правильно.