Последнее слово подсудимых по «Болотному делу»: Александра Духанина процитировала «Чипполино»

«Сынок, в тюрьме полным-полно честных людей»

05.02.2014 в 16:37, просмотров: 6082

Сегодня в Замоскворецком суде состоялось очередное заседание по «Болотному» делу. После того, как прения завершились, судья Никишина предоставила обвиняемым последнее слово.

Последнее слово подсудимых по «Болотному делу»: Александра Духанина процитировала «Чипполино»
фото: Дмитрий Каторжнов

В холле суда собралось 70–80 человек; снаружи стояло еще около сотни. Люди кричали «Свободу!», оглядываясь на припаркованный неподалеку автозак. Помимо постоянной «группы поддержки», состоящей из уличных активистов со стажем, трансляцию смотрели и те, у кого не было большого опыта присутствия на судебных разбирательствах. Им проводили краткий ликбез. Рядом с корреспондентом «МК», к примеру, стояла девушка Екатерина. Она 6 мая 2012 года тоже была на Болотной. Процесс посещала два раза; сегодня — третий. По её словам, приходить нужно ради того, чтобы «видеть всё своими глазами». Сочувствия «узникам», впрочем, в её словах не наблюдалось.

В холле организовали выдачу календарей с портретами подсудимых. «Узник 6 мая», далее имя. На другой стороне — сам календарь, адрес сайта и номер Яндекс.кошелька для сбора пожертвований.

Заседание посетила Людмила Алексеева, председатель Московской Хельсинкской группы. Также были замечены Геннадий Гудков, экс-депутат Госдумы от «Справедливой России» и Илья Яшин, член политсовета «Солидарности». В холле суда стояла Юлия Навальная, супруга оппозиционера.

Пробил час дня. Заседание было назначено на 11:30 — люди ждут уже более полутора часов. Кто-то предлагает выйти на улицу. Активисты опять принимаются скандировать «Свободу! Свободу!» Звуки толпы разрезает бой барабанов — их притащил один из оппозиционеров…

Наконец, в два включают налаживают видеотрансляцию. Выступает адвокат Дмитрий Динзе, защитник Дениса Луцкевича и Алексея Гаскарова. Им, как и всем остальным, вменяется участие в массовых беспорядках и применение насилия к сотрудникам правоохранительных органов. Сторона обвинения затребовала по 5 лет 6 месяцев лишения свободы.

Динзе выразил мнение, что беспорядки на площади были вызваны провокационными действиями полиции. И без того неширокий проход по мосту был дополнительно сужен рамками металлодетекторов, что вызвало давку. Полиция задерживала людей без какого-либо «алгоритма», выхватывая их из толпы случайным образом.

Следующим должен был выступать общественный защитник Сергея Кривова Сергей Мохнаткин (Кривова также судят по 212 и 318 статьям УК. Прокуратура просит 6 лет тюрьмы). Но защитник, как известно, находится в СИЗО: его задержали 31-го января на традиционном «Дне гнева» на Триумфальной площади. Поэтому речь Мохнаткина зачитывал сам Кривов. Текст был полон исторических параллелей. Мохнаткин дистанционно помянул «вероломные действия ОМОНа», задерживающего людей, и заметил: «Сидящие на скамье подсудимых занимают чужое место. Там должны быть настоящие преступники». В итоге Мохнаткин попросил «вынести оправдательный приговор Сергею Кривову и всем остальным подзащитным». В холле захлопали.

«Судебные прения окончены. Подсудимым представляется последнее слово», — объявила судья.

Заговорил Ярослав Белоусов: «На Болотной площади я находился в виду научных интересов, заключающихся в изучении массовых акций. Если бы я совершил то, о чем говорят обвинители, я бы сообщил об этом следствию и суду. Я считал недопустимым кидать что-либо в представителей власти. Тем не менее, мы видим, что пострадавший ОМОНовец Филиппов имеет телесные повреждения. Люди, которые наносили удары, так и не найдены». Медицинская экспертиза, проведенная в отношении Филиппова, показала — телесные повреждения Филиппова оценке не подлежат, напомнил подсудимый «Прошу признать меня невиновным», — закончил речь Белоусов.

На улице слышны крики - сотрудники полиции задержали двоих пикетчиков. «Банду геть!» — скандируют лозунг украинского Евромайдана оставшиеся. Выкрики слышны на телетрансляции.

«Проведенного времени в СИЗО, считаю, вполне достаточно для меня и ребят, находящихся на стороне подсудимых», — взял слово Андрей Барабанов. Ему следствие прочит 5 лет 6 месяцев заключения. Речь Барабанова была кратка: «Ваша честь, прошу назначить наказание, не предусматривающее тюремный срок».

«Послушав речь прокуроров и узнав сроки, которые нам светят, я поняла — нам мстят. Ваша честь, вам решать, помогать ли вашим пособникам получить новые звездочки и награды», — заговорила Александра Духанина. У подсудимой осталось много вопросов к следствию — сколько раз и кого били, что такое «массовые беспорядки», погромы и поджоги, с кем конкретно «узники» вступили в сговор. По словам Духаниной, все видели ОМОНовцев, которые «в два-три раза больше меня». Как в отношении настолько огромных людей девушка могла применить насилие, для Духаниной осталось не ясным.

«Моя совесть будет чиста. Те, кто останется на свободе, будут жить в вечной клетке, помня о своих противоправных и беззаконных действиях. Вы можете душить, сажать… Насилием и враньем вы ничего не добьетесь», — добавила Духанина. Под конец речи заключенная процитировала «Приключения Чиполлино» Джанни Родари:

«Чиполлино добился свидания со стариком и крепко обнял его:

— Бедный ты мой отец! Тебя засадили в каталажку, как преступника, вместе с ворами и бандитами!..

— Что ты, что ты, сынок, — ласково перебил его отец, — да ведь в тюрьме полным-полно честных людей!

— А за что же они сидят? Что плохого они сделали?

— Ровно ничего, сынок. Вот за это-то их и засадили. Принцу Лимону порядочные люди не по нутру.

Чиполлино призадумался.

— Значит, попасть в тюрьму — это большая честь? — спросил он.

— Выходит, что так. Тюрьмы построены для тех, кто ворует и убивает, но у принца Лимона все наоборот: воры и убийцы у него во дворце, а в тюрьме сидят честные граждане», — закончила чтение Духанина. В холле засвистели, грохнули аплодисменты.

Краток был Артем Савелов. "Прошу оправдать", - сказал он.

В оппозиции к нему выступал Сергей Кривов, который ранее (в этом же репортаже) читал речь своего защитника. Комментировал свои политические взгляды, обращая внимание на то, как повлияло на них пребывание в СИЗО. Отметил Кривов показания некоего генерала, занимавшегося охраной акции 6 мая 2012-го года. Свидетельствуя, генерал сообщил — «был дан приказ»… Кривов обратил внимание на формулировку этого заявления и, анализируя сказанное, пришел к выводу — за события на площади никто не хочет брать ответственности. «Но вернемся к нашим баранам… К нашим полицейским», — пошутил Кривов, возвращаясь к обсуждению самих беспорядков.

Кривов, как истинный ученый (он кандилат физико-математических наук, — «МК»), говорил долго и аргументированно. На втором часу речи в холле стали шутить, называя речь «Антологией Болотной». Доклад Кривова состоял из трех томов — и каждый раз, когда «узник» прекращал чтение, принимаясь за следующую стопку листов, толпа обреченно вздыхала: люди устали за 6 часов в суде.

В общем, Кривов проанализировал политическую ситуацию в стране, вспомнил все показания всех свидетелей, провел исторические параллели, рассказал о мнении общественности по данному делу. Ближе к финалу спича Кривов подошел к самим событиям на площади. Ученый исследовал передачу журналиста Минаева, заявив, что корреспондент сообщил о прорыве оцепления за две минуты до его реального начала. Был задан разумный вопрос — откуда Минаев это знал. «Люди вынуждены были защищаться от разъяренной толпы фашистов в форме полицейских», — высказался Кривов.

К семи часам вечера Кривов кончил говорить. Судья Никишина закрыла судебное заседание, объявив — приговор будет оглашен 21 февраля. В 12:00 в Замоскворецком суде.



Партнеры