Мониторинг в ушанке

“МК” поработал вместе с иностранными наблюдателями

2 декабря 2007 в 19:19, просмотров: 734

Праздничные флажки, громкая музыка советских времен, бойкая торговля пирожками на избирательных участках, урны для голосования разных видов и обилие милиции — такими увидели выборы 2 декабря наблюдатели от ПАСЕ: британский парламентарий Найджел Эванс и датский депутат Мортен Мессершмидт. Кстати, последний приехал не один, а со своей девушкой по имени Тод, которая хотела посмотреть Москву.

Едва прилетев в столицу, европейские политики прикупили ушанки — чтобы, как им казалось, “быть ближе к людям и не выделяться”. На деле же именно вид респектабельных мужчин в кроличьих шапках сбивал с толку как избирателей, так и чиновников на местах. Корреспондент “МК” напросился в компанию к наблюдателям и посмотрел на процесс с их позиций.

В 8.10 утра мы подошли к избирательному участку №2750 на северо-западе Москвы. Дежурившие у входа сотрудники милиции, увидев Мортена и его девушку в ушанках, заподозрили неладное и последовали за нами. Наше появление стало такой неожиданностью для членов избирательной комиссии, что всех избирателей попросили выйти из помещения. Тем временем между сотрудниками избирательного участка шла дискуссия: кто же должен встречать западных гостей. Пока решался этот вопрос, Мортен попросил сделать для него несколько фото напротив избирательной урны. Но кадра на память не получилось: как только я взяла в руки фотоаппарат, навстречу выбежал старший лейтенант и потребовал срочно отдать камеру.

— Правила такие, — строго заявил он. — Не положено.

Поскольку сами правила мне так и не показали, я отказалась отдавать фотоаппарат. Милиционер разошелся не на шутку, но, как только инцидент попал во внимание иностранных гостей, умерил пыл.

— Я не слышал, чтобы в Европе действовали такие правила, — отреагировал на ситуацию Мортен. — У нас вообще полиция не присутствует на участках.

После возникшей заминки наблюдателям предложили пройти в кабинет главы избирательной комиссии. Несколько протокольных вопросов о количестве зарегистрированных на участке избирателей и общем ходе голосования — и Найджелу и Мортену предложили самим понаблюдать за процессом. Для этого глава комиссии снова распорядилась открыть участок для избирателей: люди хлынули в здание и по команде принялись исполнять свой гражданский долг. Процесс у наблюдателей нареканий не вызвал.

Следующий инспектируемый участок №2751 находился на втором этаже того же здания. Здесь нас уже ждали: навстречу сразу же вышла глава избирательной комиссии. Она с точностью до одного человека смогла доложить наблюдателям количество зарегистрированных на участке избирателей. Затем иностранных гостей организованно повели к избирательным урнам. В отличие от современных пластиковых урн, установленных на участке №2750, ящики для голосования здесь были сделаны из дерева, и им явно был уже не один десяток лет. Этот факт показался иностранцам очень символичным.

Участок №2949 встретил группу наблюдателей музыкой советских времен, которая неслась из установленных тут же динамиков.

— Это часть предвыборной агитации коммунистов? — смеясь, спросила Тод — девушка Мортена. Поймав настрой, европарламентарии, пританцовывая, вошли внутрь здания. Здесь мы решили сделать перерыв и перекусить в местном буфете, а заодно и поделиться впечатлениями от выборов.

— В целом создалось ощущение, что выборы проходят без серьезных нарушений, — начал Мортен, закаленный участием в наблюдательных миссиях на выборах в Чечне и Азербайджане. — Только вот я не совсем понимаю, почему некоторые избиратели в открытую выносили бюллетени с участков, и никто из представителей комиссии не пытался препятствовать. Ведь вполне вероятно, что они могли, например, продать свой голос или, скажем, проголосовать дважды. Кроме того, мне показалось странным, что на некоторых участках, где мы были, избирательные урны отличались и все они были по-разному запломбированы. Одни — сверху, другие — снизу, а на некоторых пломба на дне. Неужели нет единого стандарта?

— Еще здесь практически не соблюдается тайна голосования, — поддержал его Найджел, запивая пирожок с мясом горячим чаем. — Многие избиратели ставят галочку вне кабинок, а некоторые — и вовсе на глазах у наблюдателей от партий. Конечно, никто насильно не должен загонять людей в кабинки, но можно было бы предупредить их о правилах голосования.

— А присутствие сотрудников милиции на участках не смутило?

— У меня создалось ощущение несвободы, давления… — начал отвечать Найджел.

— А я думаю, что в Москве их присутствие обусловлено мерами безопасности, — перебил его Мортен. — Когда вчера я ехал в московском метро, меня тоже смутило количество милиционеров. Я подумал, что проходит спецоперация, но потом понял: это необходимость.

— У вас не возникло проблем с приездом в Москву, как у наблюдателей от ОБСЕ?

— Все было нормально, — продолжил Мортен. — Приглашения мы тоже получили вовремя. Но, в отличие от наблюдателей от ОБСЕ, в нашу задачу входит только мониторинг самих выборов, поэтому для нас было несущественно, когда приехать в Москву. А вот представители ОБСЕ должны были наблюдать за ходом всей избирательной кампании. Ведь для плодотворной работы им нужно было приехать сюда еще в середине сентября. Так что число могло бы быть и больше. Ограничение в численности наблюдателей сказывается. А вообще, все не так плохо. Россия движется к европейским стандартам. Просто всегда нужно делать скидку на то, что демократические институты здесь еще достаточно молодые… — с оптимизмом заключил датский парламентарий.

ЧТО ГОВОРЯТ НА ЗАПАДЕ?

Пресс-секретарь президента США Дана Перино:

“Мы встревожены тем, что люди могут не получить свободные и честные выборы, которых они заслуживают, и президент (Буш. — “МК”) только что на минувшей неделе высказал свою обеспокоенность этим в заявлении в связи с ситуацией в России”.

Канцлер ФРГ Ангела Меркель (в интервью радио Deutschlandfunk): “Мы видели, как там (в России. — “МК”) ограничивались возможности правозащитников высказывать собственное мнение... Мы не можем обойтись друг без друга в этом мире. Но нельзя запрещать и критику по отношению к некоторым вещам, которые мы видим иначе”.



Партнеры