Россия взяла Иран под ОПЕК

Какая связь между освобождением Сторчака и газовым союзом с аятоллами?

22 октября 2008 в 18:12, просмотров: 1576

Дважды ахнуть от изумления довелось на этой неделе российской элите. Из тюремных застенков под подписку о невыезде был освобожден замминистра финансов Сергей Сторчак. Почти одновременно в Тегеране глава “Газпрома” Алексей Миллер объявил о запуске процесса создания мирового газового картеля по типу ОПЕК.

Два этих события относятся к совершенно разным сферам. Но они лишний раз иллюстрируют: отличительными особенностями политпроцесса осени 2008 года даже в большей степени, чем обычно, стали исключительно непрозрачная система принятия решений и их крайняя конъюнктурность.

“Видимо, министр финансов Кудрин наконец сумел убедить политическое руководство страны: в нынешней кризисной ситуации такой специалист, как Сторчак, для Минфина абсолютно необходим — так неожиданный поворот в деле злосчастного заместителя Кудрина мне прокомментировал бывший крупный чиновник правительственного аппарата. — “Родные” для Сторчака долговые вопросы сейчас выходят на первый план. Размер наших долгов составляет сейчас сумму, близкую к ситуации лета 1998-го. Разница лишь в том, что тогда должно было государство. А сейчас — корпорации, значительная часть которых тесно связана с тем же государством”.

Кому-то может показаться, что такая версия чересчур отдает дешевыми политическими триллерами. Мол, неужели в нашей стране ничего не изменилось с 30—40-х годов, когда “ценных спецов” доставляли в кабинет Сталина из кутузки с целью возвращения им должностей? Но есть ли какой-нибудь другой способ понять суть дела Сторчака, кроме упражнений в конспирологии? Ведь официальные причины освобождения замглавы Минфина так же неубедительны, как и официальные причины его ареста.

История с бравурным заявлением о начале процесса создания “газовой ОПЕК” при всей своей несхожести с “сагой Сторчака” относится примерно к той же опере. В сообществе энергетических экспертов этот демарш вызвал недоумение пополам со смехом.

“Зачем это нужно нашему предполагаемому партнеру по “газовому ОПЕК” Ирану, понятно, — сказал мне эксперт Института стратегических оценок и анализа Александр Гончаренко. — Речь идет об очередной попытке Тегерана конвертировать свои газовые ресурсы в политическое влияние. Но в силу технических причин сама идея с мировым газовым картелем — чистая утопия. С точки зрения газового бизнеса мы ни в каких картелях не заинтересованы, скорее наоборот”.

Если все обстоит именно так, то зачем же городить “газовый огород”? “Мы пытаемся подергать американского тигра за усы и пощелкать его по носу с помощью сближения или, по крайней мере, намека на политическое сближение с Ираном” — с этим мнением Александра Гончаренко трудно поспорить.

В любой стране и в любое время политика конъюнктурна по своей сути. Ругать ее за это — все равно что бранить кошку за то, что она мяучит и ловит мышей. Но, несмотря на все вышесказанное, вряд ли какой-нибудь хозяин будет держать Мурзика, который истошно орет по-кошачьи многие сутки напролет.

После пяти с лишним месяцев работы тандема Путин—Медведев стало ясно, что пока нам удается избежать самого страшного: открытой конфронтации между двумя главными начальниками. Но выработать при этом единый механизм принятия решений тоже пока удается не очень.

Пара красочных примеров, ставших известными “МК”. Главный помощник Медведева по внешней политике Сергей Приходько и его коллега в аппарате Путина Юрий Ушаков общаются друг с другом приблизительно раз в месяц. А вице-премьер Игорь Сечин начал в последнее время очень активно заниматься Латинской Америкой, практически никак не согласовывая свою деятельность ни с МИДом, ни с иными “координирующими органами”.

При такой “идеально сбалансированной” системе управления конъюнктурность, сиюминутность и всеобщая неясность просто не могут не стать лозунгами дня.



Партнеры