mk.ru : Московский комсомолец

Светлана Аллилуева была подлинным Агасфером, скитающимся по миру и нигде не находящим отдохновения. Она меняла мужей, страны, политические взгляды, религиозные убеждения. Но, несмотря на все эти метаморфозы, оставалась дочерью Сталина. Перефразируя пушкинского «Бориса Годунова», о ней можно было сказать, что тень Сталина ее усыновила. Впрочем, она сама так и говорила: «Куда бы я ни поехала, оставалась бы здесь или в Швейцарии, или в Индии, где угодно, хоть в Австралии, хоть на каком-нибудь одиноком острове, я всегда оставалась политическим заключенным имени моего отца». Как и наша страна даже сегодня.

Мог человек, кованный из стали, иметь детей? Конечно, мог. Это физиология. Но, когда Сталин называл свою дочь «маленькой принцессой» или «моим воробышком», то это звучало хуже, чем кощунство. «Маленькая принцесса» была большой жертвой. «Мой воробышек» был загнанной стервятником птицей. По словам самой Светланы, отец любил ее, потому что она была рыжей и с веснушками, как ее мать. О, какой тяжелой была эта любовь. Вспомним, что мать Светланы Надежда, покончила жизнь самоубийством, не вынеся кремлевского супружества. Узнав о самоубийстве жены, Сталин воскликнул: «Она мне изменила!». Изменила ему и дочь. Впрочем, разве можно назвать эти «измены» матери и дочери изменами?!

После смерти Сталина в 1953 году начались новые хождения по мукам Светланы. Она словно стала замаливать грехи своего отца. Это был какой-то патологический мазохизм, какой-то нравственный шахсей-вахсей. Как сейчас помню сцену на даче Анастаса Ивановича Микояна. Светлана сидит, окруженная одетыми в черное, вдовами жертв её отца — которые вместе с ним делали революцию и строили, как умели, Советский Союз. Эти вдовы, напоминающие ворон, слетевшихся на жирную добычу, всё время попрекали Светлану тем, что её отец расстрелял, казнил, сослал в Сибирь их мужей, отцов, сыновей. И Светлана жадно вслушивалась в эти слова, получая какое-то удовольствие, даже наслаждение. Она напоминала заключенного, приговоренного к шпицрутенам, и как бы проходила сквозь строй.

Или другое такое же мазохистское самобичевание. Первой любовью Светланы был кинорежиссер Каплер — еврей. Первым мужем Светланы был Григорий Морозов — еврей. Каплера Сталин сослал в Сибирь. Морозова он не признал. Гриша Морозов учился вместе со мной в Институте международных отношений. Все знали, на ком он был женат, но это место привилегий отягощало его, как камень Сизифа. Вспоминаются сцены, похожие, как две капли воды, на сцену вдов, окружавших Светлану на микояновской даче. Молодые люди — евреи — всё время говорили Светлане о том, как её отец, антисемит избивал еврейскую интеллигенцию, в особенности, творческую. И Светлана, также как и со вдовами, впитывала в себя, словно нектар, эти поношения в адрес отца.

Но можно ли было этим нравственным самобичеванием замолить грехи её отца — Сталина? Это было непосильным бременем для Светланы. Это было непосильным бременем для всей нашей страны. Такие грехи никто не может замолить, и тем более, отпустить. И они не отпускают. Не отпускают и по сей день.

Я не буду перечислять Светланины хождения по мукам. Её «санкционированную» поездку в Индию. Потом с помощью американского посольства в Дели, бегство в Швейцарию. Из Швейцарии – в Соединенные Штаты. Не буду рассказывать и о её бестселлерах: двух автобиографиях, которые принесли ей миллионы. Но эти миллионы не пошли ей впрок. Она кончила свою жизнь в абсолютной нищете.

В США скончалась единственная дочь Сталина (10 фото)

Её последним прибежищем в течение трех лет был дом для престарелых в графстве Ричленд. Конечно, формально причиной этой нищеты были её алчные литературные агенты, её финансовые советники, её кочевая жизнь, её непонимание денег. Что вполне понятно, ибо дочь Сталина никогда в деньгах не нуждалась, а, может и не видела их в глаза.

Приехав в США, она, естественно, оказалась в руках профессиональных антикоммунистов и ЦРУ. Вернувшись в Москву, она отреклась от всего, что говорила о «свободной Америке» и попала в жернова уже советских профессиональных антиамериканцев и КГБ. Так, всю жизнь она находилась между молотом Востока и наковальней Запада.

В связи с этим хочу припомнить эпизод, который, по-своему, весьма убедительно свидетельствует об этом трагическом раздвоении. Дело происходило в Нью-Йорке. В Карнеги-холле выступал один из многих российских виртуозов-скрипачей. Я опоздал к началу концерта и занял свое место уже в момент, когда в зале погас свет. Через некоторое время, освоившись с темнотой, я увидел, что прямо передо мной в следующем ряду ближе к сцене, сидит Светлана Аллилуева. Я тут же наклонился к ней и прошептал:

— Светлана, ты узнаешь меня? Это Мэлор.

На что Светлана ответила: «Да, я тебя узнала, но лучше не говори со мной». «Почему?» — «За мной следят агенты ЦРУ и агенты КГБ, они находятся в зале».

Не берусь судить в действительности ли в этот момент в Карнеги-холле присутствовали и те, и другие и лишь потому, что слушать музыку пришла Светлана Аллилуева. Скорее всего, это была мания преследования. Но какая? По сути дела, женщина, которую всю жизнь преследовали, начиная со дня рождения и кончая днем смерти, не могла не быть в сетях такой мании. Моя вторичная попытка завязать разговор, была резко пресечена Светланой. Я понял, что больше приставать к ней не надо.

Я не знаю, будет ли Светлане пухом земля Висконсина? Кстати, этот штат соседствует со штатом Миннесота, где я проживаю. Когда я пытался созвониться со Светланой, чтобы подскочить к ней, а это было приблизительно за год до ее кончины, повторилась, но уже по телефону, история в Карнеги-холле, о которой я рассказал выше.

Я не знаю, будет ли Светлане пухом земля графства Ричленд? У неё земля всегда горела под ногами и в России, и в Индии, и в США, и снова в России, и в «родной» для её отца, Грузии. Я не знаю, что подвигло Светлану уехать в Грузию? Быть может то, что в Грузии, если не любили, то, по крайней мере, почитали Сталина. Хотя за что? В процентном отношении сталинский террор выбил в Грузии больше жертв, чем где-либо еще, кроме России. В Грузии Сталин посылал людей на казнь не абстрактно, не зная кого за глаза, а сам выбирал жертв. После Грузии Светлана снова вернулась в США. Потом уехала в Англию, считая, что страна Великой хартии вольности позволит ей дышать свободно. Но Великая хартия не могла сыграть для неё роль кислородной подушки. Тогда она уехала во Францию, страну единства, братства и равенства. Но не нашла там ни того, ни другого, ни третьего. Снова Америка, затем снова Англия и так далее, и так далее. Какое-то время она жила в римско-католическом монастыре в Швейцарии. Затем в нищенских районах западного Лондона, в доме для престарелых и душевнобольных.

Окидывая взором этот путь на Голгофу, Светлана говорила: «Как жаль, что моя мать не вышла замуж за столяра». Не знаю, имела ли она в виду библейского столяра или просто столяра? Но жизнь не обстрогала, а застрогала ее.

Я не мог без горькой усмешки прочесть в некрологе, опубликованном в «Нью-Йорк таймс» о том, что в Советском Союзе Светлана была такой же знаменитостью, как Ширли Темпл. Боже мой, какая пошлость! Ширли Темпл, чудо-киноребенок, помогала США в годы Великой депрессии. Советские люди никогда не видели в кино Светлану Аллилуеву. И вряд ли, увидев ее на экране, почувствовали, что жить стало лучше, жить стало веселей. В том же некрологе написано, что тысячам детей присваивалось имя «Светлана». Но Светлан в России было хоть пруд пруди и до дочери Сталина и после дочери Сталина. Да, в действительности, были духи под названием «Светлана». Но я сомневаюсь, что имелась в виду Светлана. Сталин никогда не позволил бы назвать духи именем своей дочери. Но, конечно же, были люди, которые на ней наживались.

Светлана Аллилуева отошла в мир иной. Не берусь гадать, куда направит её стопы апостол Петр — в ад, или в рай? Думаю, что великий небесный ключарь смилуется над этой несчастной женщиной, ибо вся ее жизнь на земле была сущим адом.

Миннеаполис