Выходной день космонавтики
Московский Комсомолец № 25304 от 18 марта 2010 г.
45 лет назад Алексей Леонов первым вышел в открытый космос 
— Не все знают, что у Леонова, когда он оказался за бортом станции, произошла деформация скафандра. В чем причина? — Не было там ни деформации, ни какой-то внештатной ситуации. Просто из-за большой разницы давления внутри скафандра и в открытом космосе возникло излишнее напряжение оболочки “обмундирования” Леонова. Чтобы снова вернуться в шлюзовую камеру, нашему герою понадобилось сбросить давление с 40 до 27 килопаскаль. Этот вариант был заранее предусмотрен. Алексей Архипович выходил в специально разработанном для выхода в открытый космос скафандре “Беркут”. У него, конечно, были недоработки. К примеру, слабая для космоса вентиляционная система охлаждения. Наш Леонов, к счастью, пробыл в космосе всего 12 минут. А вот его последователь — американец Эдвард Уайт, который вышел в открытый космос в том же 1965 году, только 3 июня, получил сильный перегрев во время 37-минутной “прогулки” за бортом. Он был одет в аналогичный скафандр. — Когда же появился более модернизированный “костюм” для выхода в открытый космос? — Следующий наш выход состоялся в 1969 году, конечно, в модернизированном скафандре “Ястреб”, рассчитанном на 2,5 часа работы. Нашим космонавтам Хрунову и Елисееву удалось перейти в “Ястребах” по внешней поверхности из корабля “Союз-5” в “Союз-4”. Это было большим достижением. А с появлением новой “птички” — “Орлана”, в 70-х годах, работа стала еще комфортнее, ведь в них появилась водяная система охлаждения. Это один из слоев скафандра, выполненный из мельчайших полиэтиленовых трубочек. Вода циркулирует по ним и отводит тепло от тела. — Каков сейчас рекорд по пребыванию человека в вакууме? — В наших “Орланах” — 7 часов 14 минут, американцы как-то проработали около 8 часов… — Через какие тренировки должен пройти космонавт при подготовке к выходу? — Он должен научиться работать в скафандре в вакуумной камере, правильно входить в него, выходить. Затем по плану — тренировка в условиях гидроневесомости: это когда космонавта в скафандре опускают в специальный бассейн, где он должен отработать все операции, какие запланированы для космоса. Кстати, эффективной работы за бортом не получится, если у человека слабый плечевой пояс. Поэтому одним из основных этапов подготовки является тренировка мышечного аппарата верхних конечностей. У нас есть проба МО-6 — это когда космонавт должен “проехать” на велоэргометре определенное расстояние, крутя педали... руками. — Как же это возможно? — Велоэргометр установлен особым образом, при котором космонавту приходиться крутить педали, не наклоняясь вниз головой. — Как женщины справляются с такими нагрузками? Ведь они намного слабее. — Наша единственная женщина, которая выходила в открытый космос, Светлана Савицкая, справилась со всеми нагрузками на “отлично”. А вообще у нас небольшой опыт работы с женщинами-космонавтами. Вот у американцев это дело развито. — От них и космических туристов больше летает на станцию. Один из них, Чарльз Симони, тоже рвался даже в открытый космос. Легко ли подготовить непрофессионала для такого ответственного мероприятия? — Нет особой разницы. Все зависит от того, что он делал бы там, за бортом. Если бы выполнял какую-нибудь полезную работу — одно, а просто так постоять над пропастью... Пока мы подобные прогулки не практикуем. — А как у тех, кто выходит в космос, с питьем, питанием? Ведь проработать 8 часов без подкрепления тяжело. — Сейчас у космонавтов есть возможность только попить через специальную трубочку, выведенную из резервуара с напитком прямо в шлем. — А как насчет безопасности? Что если страховочный фал каким-то образом оборвется, соскочит карабин? — Такого быть не должно, все сделано очень надежно. И все же американцы как-то пытались оснастить скафандр реактивным двигателем — чтобы космонавт, оторвавшись от станции, мог, самостоятельно маневрируя, подлететь к ней обратно. Но эта идея тоже из разряда неосуществленных. материал:
Наталья Веденеева |
