В Томске создан самый маленький в мире коллайдер

Как среди сибирской тайги и болот в России выращивают будущих Флоринских и Менделеевых

30.10.2013 в 18:20, просмотров: 3543

Сюда не заезжают случайные люди. Томск, или, как с юмором называют его местные, «город-тупик», расположен в трех с половиной тысячах километров от Москвы, на краю тайги, в окружении болот и лесов. Сюда ведет только одна железнодорожная ветка от Транссиба... И, несмотря на все это, именно этот город считается неофициальной студенческой столицей России. Каждый пятый здесь — студент, каждый третий cвязан с научно-образовательной сферой. Абитуриенты тянутся сюда из разных городов, а после учебы здесь же и остаются работать. В чем секрет градообразующего томского научно-образовательного комплекса? Его попыталась постичь корреспондент «МК».

В Томске создан самый маленький в мире коллайдер
Студенты Томского политеха на занятиях

С Томским государственным университетом сталкиваешься уже в аэропорту — изображение величественного, основанного еще Александром II вуза — почти на каждом продаваемом здесь сувенире. Не зря говорят, что научный центр здесь — градообразующее звено. С 2005 года Томск считается особой экономической зоной технико-внедренческого типа с 23 институтами и вузами на 300 квадратных километрах. Здесь корпят нефтехимики, спецы по сильноточной электронике, физике прочности, материаловедения... Сегодня здесь изготавливают приборы для подводных лодок и космических аппаратов, самую современную медицинскую технику.

Студент опасен на дороге

Студенты здесь везде. Кажется, будто попал в город, где проходит студенческий форум или молодежный фестиваль. Не зря говорят, что на 500 тысяч населения около 100 тысяч здесь — учащаяся молодежь. «Фестиваль такой для нас — обыденность, — говорят преподаватели университета. — Мы рады, что зовемся студенческой столицей».

Интересный факт: в Томске от студентов буквально спасают автомобилистов. Из-за плотных потоков… учащихся, снующих из общежитий в университеты, в библиотеки и обратно, в местном ГИБДД приняли нестандартное решение — стереть с дорог в некоторых, особо населенных студентами местах «зебры». Иначе из-за непрекращающихся «живых рек» бедные водители стояли на этих участках по полчаса. «Теперь наше молодое племя стало немного скромней на проезжей части», — коварно улыбаются педагоги.

Но только не в День радио! 7 мая все жители города отмечают этот великий день вместе с радиоэлектронщиками. Те устраивают праздничное шествие по улицам Томска, а после шествия... шалят: выбрасывают из окон общаг старые телевизоры, мониторы, клавиатуры, один раз даже холодильник вылетел с 9-го этажа.

Среди студентов много иностранцев, ведь Томск — первый в России по числу иногородних студентов. «Здесь нас почти никто не притесняет по национальному признаку», — поясняют мне этот феномен два темнокожих студента ТГУ. Скажете — в Томске другая молодежь? Ничего подобного. Секрет в том, что в городе внимательно следят за тем, чтобы количество мигрантов не переваливало за критическую черту. Тогда просто некому будет вызывать возмущение у местных жителей. Ну а что касается качества обучения, то судите сами: недавно Томский госуниверситет вошел в топ-10 лучших университетов России. В международном рейтинге QS WUR он пока 550-й. Но что там говорить, если даже МГУ им. Ломоносова стоит в нем на 120-й позиции. Есть еще один фактор привлекательности: «Если экономику иностранцы в основном стремятся изучать в США, — поясняет нам ректор ТГУ Георгий Майер, — то физматдисциплины в Томске вполне сопоставимы по качеству с американскими, а по цене — ниже».

Космос на Земле

Такие условия — самые подходящие для научного творчества. Недавно ТГУ, Томский политехнический университет и ТУСУР (Томский университет систем управления и радиоэлектроники) запустили совместный проект на 200 миллионов рублей с фирмой ИСС им. Решетнева в Железногорске (там собирают аппараты системы ГЛОНАСС и другие спутники). Университеты со своей стороны предложили ноу-хау — систему, которая позволила бы рассчитать надежность и испытать космическую «начинку» спутников до их полета в космос. «Сначала платы тестируются виртуально, — поясняет мне начальник научного управления ТГУ Иван Ивонин. — При помощи математического моделирования на компьютере мы подвергаем виртуальные приборы космическому, электромагнитному излучению, тепловым нагрузкам (виртуально, конечно). И только после этого настоящие платы ставятся в прибор и проверяются уже натурно, на специальных стендах. Аналогов такой системы в России еще не было. На мой вопрос, какую маркировку будут ставить томичи на свои детали после тестирования: «спейс», «милитари» или «индастри», мне ответили, что делать этого не собираются, у них свои критерии качества — закупает ИСС им. Решетнева — значит, хорошие платы.

А вот коллеги томичей в Якутии очень заинтересованы в получении аппаратуры, определяющей ценность алмазов или редких камней. Пожалуйста — в ТГУ сделали первый в стране рентгеновский микротомограф для исследования внутренних структур твердых тел. Теперь вместо закупки за рубежом заказчики обращаются к ученым Томска. Преимущество по сравнению с западными аналогами — в цене, наши в два раза дешевле.

Болото — наше спасение

От техники — к природе, точнее, к болоту. На территории Томской области (а еще Омской и Новосибирской), в общем, в самом центре Сибирского федерального округа раскинулось Большое Васюганское болото. Это самое большое болото на земном шаре площадью 53 тысячи квадратных километров! Здесь могла бы поместиться такая страна, как Швейцария… Но томичи даже в страшном сне не согласись бы осушить его и отдать под строительство.

— Знаете ли вы, — спрашивает меня начальник научного управления ТГУ, — что наше болото — главное климатообразующее место на планете?

Честно признаюсь, что не знала.

— Как же так, ведь именно в основном за счет болот у нас происходит связывание углерода (СО2 ) из воздуха! Болотный мох навсегда изымает его из оборота, спасая нас от парникового эффекта. На втором месте по эффективности очистки воздуха от вредных примесей стоит степь, и только на третьем — лес. Есть еще поглотитель углерода в океане — это планктон.

Вот, оказывается, где на самом деле находятся легкие планеты! Недавно ТГУ выиграл грант на изучение экологии этого природного чуда.

Но основные природные богатства здесь, конечно же, нефть, газ, железная руда, сера. И поиск способов их извлечения из недр — основная задача ученых. Вот, к примеру, нестандартный подход: для добычи серы они хотят отправить под землю сульфатредуцирующие бактерии. Не надо строить шахты — пустил под землю насыщенную бактериями воду по трубе, а на выходе — получи «наевшихся» серой «спецагентов». Выгода от этого способа тройная — экономия, эффективность и экологичность, ведь «добытчики» после работы превращаются в хорошее удобрение.

Прирученные энергетики

Жизнь в томских университетах кипит. Но этого, кажется, мало. Для студентов здесь придумывают эксклюзивные энергетические напитки. Точнее, сами же студенты и придумывают.

Все началось с адаптирования золотого корня к равнинной местности. А как только получилось собрать хороший урожай в университетском ботаническом саду, тут же решили создать из него полезный напиток. С известными редбулами его не сравнишь. Напиток из родиолы розовой (так по-научному называют золотой корень) полезен для здоровья, не вызывает никакого привыкания, да и само осознание, что это продукт собственного изготовления, внушает дополнительную уверенность в его качестве. По словам ученого секретаря Ботанического сада ТГУ Алексея Прокопьева, этот «энергетик» можно пить даже спортсменам перед соревнованиями. Допингом он не считается.

А вот как надо было умудриться, чтобы вывести томскую яблоню! Сильные морозы, доходящие порой до -55 градусов, не позволяли расти здесь этому дереву. Но ботаники все же обхитрили природу: создали для Сибири стелящуюся яблоню. На вид — не дерево, а кустарник какой-то, поваленный ветром к земле.

— Это для того, чтобы яблоня могла прятаться под снегом, — поясняет Алексей. — Отдельные ветки могут выглядывать наружу, но «скелет» дерева должен быть надежно укрыт.

Элитный политех

В музее Томского политехнического университета нам поведали, что именно в здесь еще в 1910 (!) году был разработан проект железнодорожной установки на магнитной подушке. Подумать только, его только сейчас начинают осваивать на Западе, а мы его предложили первыми, да еще когда! Мозги у нас сильные. Беда только в том, что с реализацией традиционно все как всегда...

Однако есть надежда, что все меняется к лучшему. На эту мысль настраивает зал современных инновационных разработок университета. Проректор по научной работе Алексей Пестряков знакомит нас с тем, чем гордится университет.

— Все вы знаете о самом большом в мире адронном коллайдере, расположенном в ЦЕРНе, — констатирует Пестряков. — А это (он указывает на небольшой оранжевый прибор, который, наверное, можно обхватить руками и поднять) — самый маленький коллайдер — наш ускоритель частиц «Бетатрон». Сфера его применения — контроль швов на трубопроводах, машин на предмет незаконных перевозок. И самое главное, что «Бетатрон» уже применяется.

— Как же он работает? — интересуюсь у Алексея Николаевича.

— Принцип действия в том, что частицы ударяются в мишени и в результате появляется рентгеновское излучение, которое и помогает оператору увидеть скрытое. Прибор, если он проверяет шов на трубе, просто перемещается по кругу, вдоль этого шва. Если заметит дефект — подает сигнал. Точно так же он может работать и на обнаружение ранних стадий раковых опухолей.

— У вас есть конкуренты?

— Нет, здесь мы монополисты: сами делаем, сами продаем наши «Бетатроны» более чем в 20 странах мира. Только зарубежных контрактов заключено на 180 млн рублей.

Показали нам здесь и современные покрытия для имплантов, которые являются дружественными к организму. Вот с их активным внедрением пока задержка. Тут, увы, у нас есть конкуренты — немцы.

— Они продают свои импланты с напылением нам, а сами закупают наши, более дешевые и более качественные, — с сожалением говорит проректор.

— Наверное, надо, чтобы немцы подтвердили качество вашей продукции чиновникам, если уж ваши доводы не помогают?

— Навряд ли это когда-нибудь произойдет — немцам надо продавать свое...

Но больше всего поразил меня научно-образовательный центр по подготовке современных специалистов для фармацевтической промышленности. Это первый в своем роде центр в стране.

— Неужели все, кто делал у нас таблетки до последнего времени, были неучами? — удивляюсь я.

— Все фармацевты, которых до сих пор выпускают наши факультеты, работают по старинке, с колбочками и пипетками, — рассказывает Пестряков. — Пока мы спали, органическая химия шагнула далеко вперед — в Японии, Индии, Китае уже давно фармпрепараты создаются на сложном технологическом оборудовании. Приезжают российские студенты туда на стажировку и ничего не понимают. Ну кто их потом возьмет на работу на приличное производство? Вот мы и организовали у нас современный мини-цех по производству медицинских препаратов, чтобы готовить высококачественных специалистов.

Нам показывают биореакторы-ферментеры — этакие закрытые шкафы, напоминающие посудомоечные машины. Любопытно, что ими можно управлять прямо из дома, потому что все здесь компьютеризировано. Ну а если студенты работают в сверкающих чистотой химических боксах, то стерильность соблюдают самым тщательным образом, из стеклянного футляра ни ногой.

Зато после занятий... Есть у студентов политеха странная традиция. На проспекте Ленина первокурсники каждый год... красят сапоги изваянию революционера Сергея Кирова. Началось это то ли в 80-х, то ли в 90-х годах. Сначала сапоги красили только красной краской, демонстрируя тем самым, что Киров, как и всякий революционер, «стоял по колено в крови». Позже антиреволюционная подоплека была забыта, и теперь сапоги ежегодно приобретают новую окраску. К этому в последнее время добавился еще один ритуал: первокурсники, живущие в общежитии, должны в качестве посвящения в студенты... поцеловать сапоги Кирова.

«Святая Татьяна — студентка-радиоэлектронщица»

Где, как не в студенческой столице, было появится первому памятнику святой Татьяне. Стоит она на Новособорной площади, и каждый год 25 января студенты пьют здесь медовуху. А вообще место это, как говорится, святое, никогда пусто не бывает. До революции была возведена здесь точная, но уменьшенная копия храма Христа Спасителя. Правда, простоял он недолго — власть сменилась, и поступил приказ церковь разобрать. Однако собор комиссарам «не подчинялся» — кирпичи, склеенные раствором на натуральном яичном белке, поддаваться никак не желали. Так вот, студентам университета, которые давно ждали новое общежитие, было дано задание, каждый день по пути на занятия отколупывать от собора по три-четыре кирпича и складывать в общую кучу. Общежитие-то до сих пор стоит на улице Никитина, «пятихаткой» называется, потому что было тогда одним из немногих пятиэтажных зданий в Томске. А на месте бывшей церкви возвели единственный в стране памятник покровительнице студенчества.

— Наши студенты, двоечники, наверное, перед экзаменами натирают ей всякие места, чтобы удачно сдать дисциплины, — рассказывает с улыбкой проректор по научной работе ТУСУРа профессор Александр Шелупанов. — А тусуровцы вообще «вручили» ей студенческий билет, прямо приварили как-то к медной руке. Пришлось потом освобождать Татьяну от этого «подарка».