Ганс

Дориан БЕШУЛЯ

2 мая 2017 в 15:25, просмотров: 914

Родился в 1942 году в городе Бийск, Алтайского края. С 1946 года жил в Донецке.  В 1970 году окончил Донецкую консерваторию по классу фортепиано. 20 лет работал в Винницком музучилище, затем в Истринской музыкальной школе Московской области. С 2000 года печатался в журнале "Охота и охотничье хозяйство" и в "Российской охотничьей газете".

Ганс

Война всегда связана с жестокостью. Война есть война. Но и на войне бывают случаи проявления человечности. Всё зависит от самого человека. Я знаю несколько таких случаев, когда немцы, находясь на оккупированной территории, оказывали, казалось бы несвойственную в тот момент, помощь населению на занятых ими территориях. Вот один из них.

Эту историю мне рассказал мой хороший приятель Алексей Иосифович Тищенко. В деревне его все называли просто – Есипович. Мы познакомились с ним десять лет назад, когда из Чернобыльской зоны под Житомиром переселяли жителей нескольких деревень, для которых построили целый посёлок. Их вселили в хорошие кирпичные дома, отвели земельные участки, и постепенно жизнь на новом месте стала налаживаться. Поначалу все переселенцы ходили в наш сельский магазин, где мы с Есиповичем и познакомились. Человеком он был интересным: закончив сельхозтехникум, много лет проработал агрономом, затем двенадцать лет председателем колхоза, и где бы он ни трудился, везде у него был толк и порядок. Хозяйственный и грамотный был человек. И, выйдя на пенсию, он не сидел сложа руки, а всё что-то строил, мастерил. До всего  у него был интерес. На новом месте он построил мастерские, где у него чего только не было, вырастил прекрасный сад, гордостью его была пасека, но особенно он любил лошадей. Держал он пару гнедых меринов, красивых и гладких, на зависть всей деревне. Так как у меня хозяйство было небольшое, то я часто помогал Есиповичу – ему трудно было одному управиться со своим. Открытый и словоохотливый, Есипович много мне рассказывал о своей жизни. Один случай мне особенно запомнился.

Когда началась война, отец Алексея ушёл на фронт и через месяц погиб. Осталась одна мать с четырьмя детьми. Все тяготы легли на плечи старшего сына Алексея, которому было двенадцать лет. Вскоре в село пришли немцы. Выбрали старосту и жизнь потекла почти как при коммунистах, только если раньше работали на коммунистов, то теперь на немцев. Те не стали ничего рушить, оставили всё как было: бабы и старики работали кто в поле, кто на ферме, а мальчишки постарше стали возницами, выполняя на телегах разные работы. Алексею досталось возить главного в немецкой команде – унтерофицера Ганса. С самого начала у Алексея сложились хорошие отношения  с унтерофицером. Гансу чем-то импонировал этот белобрысый, старательный, смышленый паренёк. Может быть он напоминал ему его  сына, оставшегося в далекой Германии, и Ганс иногда давал Алексею то буханку хлеба, то сахару. А тот, видя хорошее к себе отношение, старался, как мог.  Тем более, что он занимался своим любимым делом – работал при лошадях.

А лошади у Алексея были как на подбор – холёные, сытые, готовые в любой момент рвануть с места в карьер.

Подошла пора убирать хлеб. Обмолоченное зерно ссыпали в мешки и складывали в амбар. С раннего  утра до позднего вечера все селяне работали в поле. Досталось и Алексею: целыми днями загружать и разгружать тяжёлые мешки. Немцы строго следили за порядком и за малейшую провинность наказывали. Потом убранное зерно  начали вывозить на железнодорожную станцию для отправки в Германию. Со станции приехал маленький толстый интендант, который считал и распределял мешки и скоро по дороге потянулись обозы. На каждой телеге с зерном ехал возница и один немец. Только на передней у Алексея ехали Ганс и интендант. Возвращались после полудня. Погода уже неделю стояла жаркая и дорога представляла собой толстый слой пыли,  от которой страдали все, кто ехал сзади. Как-то раз кому-то надоело ехать сзади и глотать пыль и он решил всех обогнать. Гансу это не понравилось и он приказал Алексею догнать нахала. А тому только этого и надо было. Хлестнул лошадей, и те рванули с места в карьер. От резкого толчка сидевший сзади интендант опрокинулся и упал плашмя в пыль. В это время кони Алексея догнали вырвавшуюся вперёд подводу и так её оттеснили, что она опрокинулась в кювет. Кони стали. Подбежавший интендант стал плёткой хлестать Алексея и кричать что-то, раскрасневшись как рак. Увидевший это, Ганс подошёл к интенданту и дал ему такую оплеуху, что тот снова упал в пыль. Поднявшемуся и отряхивающемуся от пыли интенданту Ганс что-то строго выговаривал, мол, моего кучера не смей трогать, затем подошел к лошадям и каждую крепко поцеловал в морду. Видно он тоже сильно любил лошадей, да и очень ему понравилось, что его кони одержали победу.

После нескольких поездок, когда зерно уже кончилось, Ганс приказал Алексею ехать к амбару. Открыв амбар, Алексей увидел в углу оставшиеся шесть мешков с зерном. Погрузил их на телегу и тут Ганс говорит: «Вези их домой». Алексей похолодел: «Герр  офицер, меня же расстреляют за это»! «Вези, я отвечаю» - снова приказал Ганс, и Алёша поехал домой, от страха не разбирая дороги. Мать, увидев мешки с зерном, стала причитать: «Алёшенька, сынок, нас же всех убьют, вези обратно». «Ганс приказал», -сказал Алексей  и занёс мешки в дом. Этого зерна хватило  большой семье на всю зиму и даже что-то посеять весной.

С приближением  фронта пути Алексея и Ганса разошлись, но этот эпизод запомнился Алексею на всю жизнь. Вот такой случай из жизни рассказал мне мой хороший приятель Алексей Иосифович.



    Партнеры