О тех днях

Виктор ГЕН

8 мая 2017 в 14:52, просмотров: 1615

Родился в 1938 г. в Ленинграде, живёт в Санкт-Петербурге, специалист в области радиолокации, к.т.н., капитан 2-го ранга в отставке. Публикации в «Антологии одного стихотворения», в сборниках «Российские поэты» и «Гражданская лирика», в электронном журнале «Зарубежные задворки».

О тех днях

Поклон

Поклон заслуженным погонам
И влажным от усталости попонам,
Растерзанными грязью каскам
И медсанбатским замарашкам,

Натруженным от копоти стволам,
Калекам по бульварам и дворам
С руками, заменяющими ноги,
Чуть пьяными – не будьте к ним так строги.

Поклон отцу, пронесшему морскую службу,
Тем, не забывшим фронтовую дружбу,
Дядьям, зарытым неизвестно где,
Всем, скованным в одной беде.

В ушах звенит тот метроном блокадный,
Уход родных – весь фатум беспощадный.


Встреча в Архангельском
Он был совсем один – сродни пустынности аллеи.
Я осторожно двигался, его не нарушая шаг,
И тяготы свои отодвигал, его жалея,
Но он нутром всё чувствовал, поскольку не простак.

Нам не мешали сосны, люди испарились,
Удача редкая -  в округе рядом никого,
Здесь мы с отцом, рука к руке, соединились,
Чтоб с тихой радостью идти, да только и всего.

Отец остановился, пристально смотрел в меня,
Нащупывая, есть ли плоскость равновесия,
Свободное дыханье остановленного дня,
Или пора дрожать в мучительном предвестии.

Начало и эвакуация

Мне было три года и пять месяцев, когда началась война. Я запомнил несколько моментов.
Мы с мамой проходили в Ленинграде по Фонтанке мимо нашего двора, дом напротив цирка, и я увидел, как взрослые и подростки из кучи песка во дворе набивают чулки песком. Получались такие длинные желтоватые колбасы.
Потом мама сказала – это нужно, чтобы тушить пожар от бомб.
Через некоторое время мы с мамой уехали в эвакуацию. Военно-Морская Академия, где служил отец, переезжала в Пермь. Мать рассказывала после войны, что это было                    7 июля 1941г. Отца дома не было, его отправили в командировку в Таллин. Как он потом рассказывал – для помощи в организации ПВО.
Кому-то пришла идея сформировать детский эшелон и отправить его без родителей,                   с воспитателями. И нас с братом туда поместили.
Ехали в теплушках, там были полки, на которых лежали матрасики.
Наверху в вагоне было маленькое окошечко. Старшие ребята с верхних полок разглядывали пространство и кое-что рассказывали.
Иногда поезд останавливался, нас выводили из вагонов и отправляли в лесок, чтобы мы освободились от излишнего.

Через много лет я написал небольшой стишок.
Отъезд
Стучит, стучит, бежит теплушка,
В нём детский сад и старший брат,
Потом мы мочимся в опушке
И лес-Валдай общаться рад.

А далее начальство в поезде придумало расселить младших и старших  по разным вагонам и помню, какой рёв стоял, когда уводили наших старших братьев.
Мы долго стояли на одной станции. Потом мама рассказала, что наш поезд опоздал на сутки и родители детей уже из Перми стали звонить в Ленинград и в Москву, в Наркомат ВМФ. Им сообщили, что поезд с детьми пропускает воинские эшелоны.
Когда мы прибыли в Пермь выяснилось, что эту станцию немцы захватили через четыре часа после того, как наш поезд тронулся в путь. Нам крупно повезло.

 

 

 



    Партнеры