“Сталину помогли бы антидепрессанты”

Какие болезни политиков мешали жить их народам

17 марта 2011 в 18:42, просмотров: 4702

Английский лорд Дэвид Оуэн за свою жизнь общался со многими политиками мира — ведь в 70-е годы он был министром здравоохранения, затем министром иностранных дел Великобритании. До сих пор он является членом палаты лордов. Как профессиональный врач, Оуэн не раз замечал, что его коллеги и оппоненты из мира большой политики больны — как физически, так и психически — и это накладывает неизгладимый отпечаток на их деятельность. О своих наблюдениях Дэвид Оуэн рассказал в книге “История болезни. Недуги мировых лидеров последнего столетия”. Как нездоровье влияет на поведение и решения сильных мира сего, сэр Оуэн рассказал “МК” в Питере”.

“Сталину помогли бы антидепрессанты”

Гитлера сгубил кокаин

— Доктор Оуэн, когда вы впервые стали обращать внимание на здоровье политиков?

— Это произошло еще тогда, когда я работал врачом в больнице святого Фомы в Лондоне. Мои коллеги, неврологи и психиатры, лечили многих видных политиков, и я наблюдал, какой стресс и напряжение сопровождают политическую деятельность. Как ассистент, я участвовал в лечении одного пожилого политика, страдавшего алкоголизмом, и другого, пребывавшего в глубокой депрессии. И я стал размышлять: как принимаются решения во власти? Уже потом, когда я стал министром иностранных дел, неоднократно сталкивался с неадекватным поведением лидеров стран, которое приписывалось их болезненному состоянию.

— С кем, например?

— Например, правитель Уганды Иди Амин. О его зверствах ходили легенды — сколько людей пали жертвами его режима! Во время общения со мной он требовал, чтобы к нему обращались как к императору, во время переговоров надевал на себя все медали и ордена. Мог сесть на самолет и без предварительной договоренности вылететь на конференцию в Лондон. Мне звонили уже из аэропорта Хитроу и сообщали, что самолет президента Уганды скоро приземлится. А когда я срочно ехал встречать его, оказывалось, что его самолет развернулся и летит обратно. Ходили слухи, что его поведение — результат терминальной фазы сифилиса.

Диктаторские замашки Иди Амина обострялись венерическим заболеванием.

— Считается, что многие диктаторы страдали психическими расстройствами, например Адольф Гитлер…

— Диктаторов обычно подозревают в сумасшествии, хотя с медицинской точки зрения такой диагноз поставить можно не всегда. Например, у Мао Цзэдуна наблюдалось биполярное расстройство (иногда это еще называют маниакально-депрессивным психозом). Он то впадал в депрессию, то пребывал в эйфории. У того же Гитлера были вспышки гнева, граничащего с безумием, но психиатры диагностируют патологию, когда психическое состояние делает больного недееспособным. Гитлера одолели физические недуги уже во время Второй мировой войны. Электрокардиография в 1941 году показала, что коронарные артерии у него стали сужаться, он быстро старел. У Гитлера развивалась — хотя и медленно — болезнь Паркинсона. После покушения на его жизнь в 1944 году Гитлер стал регулярно употреблять кокаин, что усугубляло свойственную ему раздражительность и импульсивность. Но никакой психической болезни у Гитлера врачи не обнаружили.

Депрессивный Сталин, обколотый Кеннеди

— А Иосиф Сталин?

— У Сталина была явная подверженность паранойе. Знаете жуткую историю о том, что он приказал расстрелять своего телохранителя, когда тот необдуманно сменил давно скрипевшие ботинки на новые и напугал вождя своим беззвучным приближением? Паранойя была ключевой характеристикой его личности, но все же нельзя назвать это психическим заболеванием. К концу жизни кроме паранойи вождь страдал и глубокой депрессией. Если бы такой пациент, как Сталин, оказался в наши дни на приеме психотерапевта, то ему бы, вполне возможно, прописали антидепрессанты, которые не только вывели бы его из депрессии, но и уменьшили бы его болезненную подозрительность. Это могло бы спасти много жизней.

Из-за болезни Вудро Вильсона США не попали в Лигу наций.

— С психическими заболеваниями все ясно, но как влияют на политику физические недуги глав государств? Ведь разум-то не затронут.

— Вспомните президента США Вудро Вильсона. После Парижской мирной конференции в 1919 году он слег с тяжелым инсультом, много месяцев пролежал в темной комнате, его состояние скрывалось от кабинета министров, а все бумаги подписывала его жена. Из-за болезни он не смог уговорить конгресс ратифицировать соглашение о создании Лиги наций. В итоге Лига наций была создана в Женеве без участия США. А ведь если бы сильнейшее государство мира вошло в ее состав, то, возможно, появился бы шанс два десятилетия спустя предотвратить Вторую мировую войну. Или возьмем Джона Кеннеди, потерпевшего в 1961 году поражение во время операции в заливе Свиней с целью свержения Фиделя Кастро. В этот период ему одновременно кололи гормоны из-за болезни Аддисона, вызывавшие скачки настроения и пессимизм, делали инъекции целого коктейля обезболивающих против болей в спине, антибиотики против инфекции мочевыводящих путей, успокоительное против бессонницы… Обколотый лекарствами и мучимый болями президент не мог действовать адекватно.

— Вы лично общались с советскими и российскими лидерами. Что можете сказать об их состоянии здоровья?

— Во времена “холодной войны” состояние здоровья членов Политбюро вызывало в странах Запада жгучий интерес. Когда мне в качестве министра иностранных дел предстояло посетить Москву, то глава разведки МИ-6 лично попросил меня как врача понаблюдать, а потом прокомментировать состояние здоровья Леонида Брежнева — ходили слухи, что у него рак горла. Никаких признаков этого заболевания я не заметил, хотя было ясно, что Брежнев быстро стареет — его буквально носили на руках двое агентов КГБ. Следующему генсеку, Андропову, постоянно нужен был диализ, у него отказывали почки. На похоронах Андропова я пожал руку новому генсеку — Константину Черненко. Меня смутили хрипы, раздающиеся из его груди. Кто-то, стоящий рядом, спросил: “Что это с ним?”. Не думая, что я говорю с журналистом, я ответил: “У Черненко эмфизема легких”. На следующий день агентство Рейтер вышло с заголовком: “Доктор Оуэн поставил Черненко диагноз “эмфизема”!”. И хотя потом оказалось, что я был прав, тогда мне пришлось уклоняться от вопросов журналистов, ведь политики (даже если они в прошлом врачи) не должны публично ставить диагнозы своим коллегам. Но я считаю, что старость и физическая немощь трех генсеков сыграли не последнюю роль в развале СССР — они просто были не в состоянии руководить государством.

О болезни Черненко Оуэн догадался по его дыханию.

“Путин и Медведев абсолютно здоровы”

— На смену старым генсекам пришли молодые Горбачев и Ельцин…

— С Михаилом Горбачевым я встречался неоднократно. Он был абсолютно здоров, да он и сейчас здоровый человек. Бориса Ельцина я очень уважаю, хотя у него было много проблем — и с сердцем, и с ногой после неудачной посадки самолета в Испании. Но он первый из российских лидеров, кто честно и открыто говорил о своих заболеваниях. Ведь состояние своего здоровья зачастую скрывают даже лидеры демократических стран — например президент Франции Франсуа Миттеран много лет молчал о прогрессирующем раке простаты, об этом не знал не только его народ, но даже его жена. А личный врач подделывал бюллетени о здоровье президента. Джон Кеннеди много лет отрицал, что болен болезнью Аддисона.

— У России и Англии сейчас довольно холодные отношения. Может быть, в этом тоже есть медицинская подоплека?

— Я очень сожалею о том, что в отношениях Великобритании и России произошел раскол. Думаю, вскоре все должно уладиться — и наш премьер-министр Дэвид Кэмерон приедет в Россию. И Путин, и Медведев — молодые и здоровые современные люди, у них нет явных физических и психических проблем. Кое-кто подозревает Путина в гибрис-синдроме — этот термин означает некую профессиональную деформацию, слепую, враждебную здравому смыслу самонадеянность, презрение к чужому мнению, отрыв от реальной политической ситуации. Чем дольше человек во власти, тем больше шансов, что он подхватит гибрис-синдром. Им страдала Маргарет Тэтчер, ярко выражен он был у Тони Блэра и Джорджа Буша-младшего во время операции в Ираке. Я лично с Владимиром Путиным не общался, но мои английские и американские друзья-политики описывают его как здравомыслящего собеседника. Госсекретарь США Генри Киссинджер говорил: у него создается ощущение, что Путин искренне проникается разговором и действительно слушает чужое мнение, не игнорируя его.



Партнеры