Деньги как женщины

Мысли спорные и бесспорные

17 июня 2011 в 17:13, просмотров: 1924
Деньги как женщины
Рисунок Алексея Меринова

Деньги как женщины: пока боишься их потерять, они тебя в грош не ставят, начинаешь транжирить — увязываются за тобой.

* * *

Любому авантюристу надо с чего-нибудь начать. Например, с заявления: “Бесплодие — излечимо! “Или: “Я знаю, как сделать вас богатым! “Ну а после этого приходится действовать. Подкреплять свои слова поступками. Исцелять. Обогащать. Что порождает новые грозди авантюристических затей. Фантазия лукавца бьет ключом. Если не бьет — авантюрист прогорает.

* * *

Жулика можно обмануть? Шарапов обманывает Горбатого в книге и фильме Вайнеров. Чем тогда честный отличается от жулика?

* * *

При всей многовариантности форм смерти — какая бездна, какая выдумка обоснований и причин ее прихода! При одинаковости и предопределенности финала — какая изощренность в выборе путей к нему.

* * *

Как из человеческого тела невозможно изымать безнаказанно орган за органом (все они для чего-то нужны и существуют лишь в слаженном единстве), так из окружающего мира нельзя последовательно с корнем вырывать и подчистую уничтожать растения, микроорганизмы, животных, насекомых.

* * *

Интеллигент всегда чувствует себя виноватым. Ощущает свою вину перед всеми — непонятно за что. А не интеллигент — винит окружающих.

* * *

Люди едят рыбу. Много рыбы. Акулам не хватает еды. Поэтому вместо рыбы они едят людей.

* * *

В жизни каждый занимает ровно то место, которое заслуживает. Не бывает несправедливо обиженных и обойденных или не по заслугам возвеличенных и щедро награжденных.

* * *

В памяти любого человека — подробное личное досье на каждого, с кем ему приходилось общаться. В этом хранилище-арсенале — вдоволь разнообразнейших фактов, говорящих в пользу продолжения контактов и фактов обратного свойства — подсказывающих и приказывающих прервать всяческие связи. Обладатель досье сам решает, какой вариант выбрать.

* * *

Тот, с кем вы хоть раз в жизни поговорили надменно, сделается вашим врагом на всю жизнь.

* * *

Некоторые люди — по натуре своей оптовики: хотят получить все чохом; есть, в противовес им, своего рода антиквары, выбирающие предметы и людей для обихода тщательно и придирчиво, те и другие — исключение из правила, общая масса скупится покупать чохом и не ценит индивидуального.

* * *

На что потратить жизнь? Отдай дань телу, его потребностям. А остальное — по твоему усмотрению. Но круг возможностей человека очень ограничен. Ограничен временем, продолжительностью жизни, отпущенными физическими возможностями. Так что надо выбирать и решать — что необходимо, а без чего можно обойтись.

И выходит: то ли почитать, то ли пойти в театр, то ли на футбол. Все вместе невозможно.

* * *

Тот, кого обуревает призвание, будет работать без понуканий и принуждений. Тот, кто не хочет трудиться, станет увиливать от работы любыми способами.

Две причины могут заставить людей вкалывать до седьмого пота: страх и нажива. Сталин, хоть его и считают гениальным строителем государства, недостаточно хорошо понимал природу человека: заставлял людей выполнять обязанности под дулом наведенных на них смертельных угроз. Но и при Сталине находились индивиды, в которых жажда богатства оказывалась сильнее страха гибели. Уж не говорю о “цеховиках” и “валютчиках”, типичных для эпох Хрущева и Брежнева. Алчность заслоняла своим сиянием и притягательностью неминуемость расплаты.

Превосходство золота над страхом видим сегодня в Китае, где драконовские законы карают за взяточничество расстрелом, но и они, эти законы, бессильны перед жаждой наживы, не способны ее превозмочь и победить.

* * *

От того, что кто-то не ценит и не приемлет Гомера, он не перестает быть гением.

* * *

Клиповое сознание — самая точная характеристика сегодняшней жизни. Призываем ребенка дочитать книгу до конца, потому что сами привыкли доделать дело, а потом прерваться на отдых. Но жизнь заставляет отвлекаться, переключать ритмы. Такой рваный нервный темп и есть наша реальность.

* * *

В европейских странах отрицание холокоста приравнивают к преступлению и карают тюремным заключением — потому, что боятся: бацилла фашизма возродится и принесет людям неисчислимые трагедии.

У нас — запросто пишут и издают книги о том, что в концентрационных лагерях газовых камер не было и вообще убили не 6 миллионов евреев, а только 1 миллион, а это — пустяк…

* * *

Все вопросы, которые люди задают друг другу или сами себе, в конечном итоге обращены к Богу.

* * *

Столько же времени, сколько тратишь в молодые годы на угробливание своего здоровья, тратишь в преклонные годы на его сохранение.

* * *

Не так-то просто обзавестись рыбой-прилипалой. Для этого надо быть китом, надо быть крупным! У мелкой рыбешки нет обслуги, выщипывающей из ее тела паразитов.

* * *

Сильная фигура кормит свое окружение не только при жизни, но и после смерти, ее деяний и мыслей хватает и для потомков, чтобы они, исследуя ее жизненный путь, получали от почившего гения свою толику его щедрот.

* * *

Хоть тресни, а казенные слова недейственны! Поднимаешься или спускаешься по эскалатору в метро и слышишь из репродуктора воззвание: “Наркотики — великое зло! Поднимемся всем миром на борьбу с наркотической зависимостью! “Все правильно. Но ни одно слово не трогает. Ибо обращено ко всем, то есть ни к кому. А ведь можно было бы сказать то же самое, но так, чтобы сказанное проняло… Для этого нужен дар. Талант. А не безликое самовыражение…

* * *

Я ехал из Нового Света в Симферополь. И увидел бетонный памятник, примостившийся на обочине дороги. Вышел из машины, прочитал: “Здесь были зверски замучены белогвардейцами красные партизаны Никифоров и Никифоров”. Кто они? Родственники? Случайные однофамильцы? Я пытался узнать. Расшифровать инициалы.

Прохожие не ведали.

Подумалось: памятники надо ставить — либо с подробными пояснениями для потомков, либо сохранять лишь в течение того времени, пока героев знают. Помнят. Чтут. Правильно делают наши и зарубежные политики, когда куют железо, пока оно горячо. Книги выпускают — пока имя автора на слуху. Потом — забудут, как и героических Никифоровых.

Какой ажиотаж вызвали в свое время мемуары Георгия Жукова и Штеменко (начальника генштаба). Назови молодым сегодня их фамилии — вряд ли кто-то сообразит, о ком речь.

* * *

Никто не устроил акта самосожжения на Красной площади в связи с подорожанием проезда в метро и увеличением коммунальных платежей. Значит, люди собираются жить и бороться… с трудностями.



Партнеры