Хроника событий Мать Цапка приговорили к 7,5 годам за мошенничество с землей Суд обязал членов банды Цапка выплатить родственникам 250 млн рублей Прокурор попросил 6 лет для обвиняемой в мошенничестве с землей матери Цапка ВС РФ смягчил наказание члену кущевской банды, совершившей 19 убийств Верховный суд РФ прекратил дело в отношении Сергея Цапка в связи с его смертью

Кущёвский кошмар: как это было

Только в “МК” – неизвестные подробности самого громкого убийства года

15 декабря 2011 в 20:06, просмотров: 34797

В Краснодарском краевом суде скоро будет вынесен приговор первому фигуранту «кущёвского дела» Андрею Быкову. Открытого процесса жители станицы, где 4 ноября 2010 года в доме фермера Аметова были убиты 12 человек, не дождались. Дело Быкова было выделено в отдельное производство, рассматривалось в закрытом режиме и особом порядке, так как подсудимый заключил досудебное соглашение о сотрудничестве со следствием.

Кущёвский кошмар: как это было
фото: Светлана Самоделова

В нашем распоряжении оказались 33 страницы обвинительного заключения, где, со слов Быкова, до мельчайших подробностей восстановлена картина массовой резни в доме № 6 по улице Зеленой. Спецкор «МК» читала обвинительное заключение с родственниками погибших 8 часов. Со слезами, таблетками, сердечными приступами. Они, вспоминали, снова пропускали через себя события того злосчастного ноябрьского дня, потому что опасались, что и над остальными членами банды процесс сделают закрытым и злодеи смогут избежать максимального наказания. Потому что хотели, чтобы люди узнали правду, какой ценой Кущёвская избавилась от ига «цапков».

фото: Светлана Самоделова
Дом №6 по улице Зеленой, где произошла трагедия.

«Лекарства запиваем слезами»

На мусульманском кладбище стоит оградка, наверху которой выкованы имена: Севек, Гала, Амира, Лена. И сбоку объединяющее: Аметовы. Узоры на ограде придумал Джалиль, который 4 ноября 2010 года потерял отца, мать, жену и 9-месячную дочь. Буквы ковал по специальной бесшовной технологии освободившийся недавно из мест заключения кузнец.

фото: Светлана Самоделова
На мусульманском кладбище теперь есть семейная могила Аметовых.

С фотографии улыбаются стоящие бок о бок русская Галина и татарин Сервер. Джалиль вспоминает, что в молодости маме одна сербка нагадала: с мужем они будут жить счастливо и умрут в один день. Увы, ворожея не сказала, насколько день этот будет страшным.

Галина и Сервер Аметовы.

С соседнего портрета смотрят мама с дочкой — Лена и Амира Аметовы. Джалиль говорит: «Мои девочки». Теперь он не расстается с тетрадкой стихов, которые писала жена. Удивительно, но стихи оказались пророческие. В них Лена не видела будущего для себя. Джалиль считает, что жена оставила ему завещание.

Лена Аметова.

9-месячная Амира Аметова. За что убили?

Во всем родственники видят мистические совпадения. Сестра Джамиля, Лиля, которая, будучи беременной, первой обнаружила погибших в доме людей, родила дочку Катю 17 января. А Амира Аметова появилась на свет 18 января. Одна малышка ушла из жизни, другая почти в день ее рождения увидела свет.

День своего 30-летия, 24 августа, Джалиль провел на кладбище. Куда идти? Здесь все близкие лежат. Отец часто приходит к нему во сне, подсказывает, когда начинать уборку урожая. А еще — предостерегает. Перед тем как Джалилю попасть в аварию, приснившийся отец просил его избавиться от старой «Нивы».

На могиле рассыпаны гроздья калины.

— Ягоды — символ пролитой крови, — говорит Виктория Костюк, у которой здесь лежат дочь Лена и внучка Амира.

Еще в ноябре вдоль могилы до самого забора тянулась аллея цветов. «Хотели, чтобы наши близкие хоть здесь были в цветах, — говорит Виктория. — Все лето с мужем каждый день возили на кладбище по 150 литров воды для полива».

К Новому году на могилку они собираются для Амиры, «принцессы мира», как переводится ее имя, поставить елочку, которую она так в жизни и не увидела.

Каждый день Виктория мыслями возвращается к 4 ноября:

— Лена должна была к вечеру прийти домой, но к свекрови приехали друзья с маленькими детками, и она решила остаться на ужин, поиграть с малышами.

Без таблеток Виктория не спит, говорит: «Лекарства запиваю слезами, так и живу». Она операционная медсестра, при стаже 23 года получает 7 тысяч рублей в месяц. Дочери уже нет, а она продолжает выплачивать ссуду, которую брала на 5 лет, чтобы одеть-обуть дочку на свадьбу.

— Я ведь, когда Лену замуж выдавала, плакала и в загсе, и потом за столом, меня прямо все стыдили: «Ты что ревешь, как по покойнику?» Сердце, видимо, предчувствовало беду.

После страшной смерти старшей дочери ее младшая, Оксана, приходила из школы и говорила: «Скорей бы конец света». С девочкой, которая была очень привязана к сестре и племяшке, пришлось работать психотерапевту.

На уколах и капельницах живет сейчас и Светлана Сребная, у которой в доме фермера Аметова убили дочь и 14—летнего внука Пашу.

— Я с внучкой уехала в тот день в Ростов. Вдруг звонок от мужа: «Света, ты где, как ты? Ульяна с тобой?» Потом после паузы: «Присядь. Наташи с Павликом больше нет. Был пожар». Я десять минут не могла шагу сделать. Теперь перед глазами картина: Павел прибегает с тренировки, он серьезно занимался футболом, кричит: «Все, бабушка, я теперь взрослый», — и кладет на стол только что полученный паспорт. Не отпустила судьба его во взрослую жизнь. В морге увидели: на Павлике вся одежда изорвана, до последнего он бился, сопротивлялся убийцам.

На могиле Наташи и Паши Касьян теперь стоит большая гранитная птица, расколотая крестом пополам. На одном ее крыле изображена мама, на другом — сын. У обоих одни и те же глаза, одинаковая улыбка, ямочки на щеках.

фото: Светлана Самоделова
Могилы Наташи Касьян и ее сына Паши.

Цветы, цветы... и гранитный мяч для Паши.

— Хоронили родных в закрытых гробах, до того их тела были обезображены. Павлику положили и футбольную форму, и щитки, и бутсы.

Павел Касьян мечтал стать футболистом.

Ради памяти погибших, чтобы воздалось убийцам, они ездят теперь в Краснодар на каждое заседание суда. Скидываются по тысяче рублей на бензин со скудных заработков, берут с собой пакет с лекарствами и едут.

— Власть говорит: вот, мол, передадут дело в суд — и можно будет поставить в «Кущёвском деле» точку. Они хотят, чтобы все быстрее забыли об этом жестоком убийстве. Им главное — репутация. Мы для них как бельмо на глазу, портим своими воспоминаниями имидж процветающего края. Мы хотим, чтобы помнили о наших детях, чтобы знали, кто и как их убивал.

«Девять месяцев готовились к убийству»

Теперь уже точно известно, что основным мотивом резни в доме по улице Зеленой стала месть Сергея Цапка за смерть своего брата Николая, которого в станице иначе как Колей Сумасшедшим не называли.

Виктория Костюк работает в районной больнице операционной медсестрой и хорошо помнит день 31 октября 2002 года, когда неизвестный киллер расправился с Цапком.

— Я была на дежурстве, когда привезли раненых Николая Цапка и Вячеслава Рябцева (Бубу). Я зашивала Рябцеву легкое. Представляете, спасала его, чтобы спустя восемь лет он убил моих дочь и внучку. Врачу, который пытался реанимировать Колю Цапка, звонили люди и умоляли не воскрешать упыря. «Цапки» — это было иго, за бандой тянулись разбои, вымогательства, хулиганства, изнасилования.

Молва разнесла, что Коля Сумасшедший, пока еще был в сознании, якобы успел сказать: «Севек». Так в станице звали местного фермера Сервера Аметова. Хотя продавщица магазина, которая стала невольной свидетельницей убийства, утверждала, что ничего такого тяжелораненый не говорил.

Хоронили Николая Цапка 4 ноября. На это же число пришлось спустя 8 лет и зверское убийство 12 человек в доме № 6 по улице Зеленой. Теперь ясно, что не случайно. Семья Цапков ошибочно полагала, что виновником смерти Николая Цапка были Сервер Аметов и его сын Джалиль.

Все эти годы мысль о мести не давала покоя младшему Цапку. В феврале 2010 года он впервые задумался о возмездии. Первым в свои преступные планы посвятил Владимира Алексеева. Кличку Беспредел он получил за установленный рекорд по Кущёвскому району: однажды за одни сутки на него в милицию было подано 11 заявлений. Взяв биту, он мог выйти в центр станицы и начать избивать всех подряд. Братва привозила Вове бойцов разных стилей и видов спорта, с которыми он вступал в единоборства и за все время никому не проиграл. Это был человек-кувалда, именно с ним, а не с Сережей Цапком больше всего боялись встретиться лицом к лицу станичники.

Следующим в преступные планы был посвящен Вячеслав Рябцев, про которого судачили: «Молчит, говорит редко, но может подойти сзади и хладнокровно перерезать горло». Для подготовки преступления Рябцев вызвался предоставить свой дом № 28 по улице Димитрова.

Потом о запланированном нападении сообщили Андрею Быкову. Тот вообще по-волчьи был предан семье Цапков. Глава клана, Надежда Алексеевна Цапок, его подобрала в свое время мальцом на лестнице, где он спал, спасаясь от родителей-алкашей. Ходила в школу, договаривалась, чтобы его не отчисляли за прогулы. «Куртки, брюки, носки на нем — все было куплено на рынке Алексеевной», — рассказывают станичники.

На заключительном этапе подготовки к нападению привлекли безбашенных Сергея Карпенко (Риса—младшего) и Игоря Черных (Амура). 9 месяцев члены банды вели скрытое наблюдение за Аметовыми из припаркованных машин, а также с территории недостроенного дома № 3 по улице Зеленой.

Будучи в Ростове-на-Дону, в районе улицы Еременко, «цапковские» с автомобиля «Жигули» сняли два государственных регистрационных знака, чтобы потом установить их во время нападения на своей машине.

Подготовку оружия поручили Рябцеву (Бубе). Из схрона в земле, расположенного в лесопосадке в районе хутора Краснострелецкого, он достал три пистолета, патроны и приспособления для бесшумной и беспламенной стрельбы к ним.

4 ноября, в день преступления, на рынке «Меркурий» в Азовском районе Ростовской области «цапки» купили 25-литровую канистру. 19 литров бензина с примесью дизельного топлива залили в нее на автозаправочной станции ООО «Артекс-Агро» в селе Раздольном.

На рынке «Восточный» купили темные комплекты одежды, спортивную обувь, матерчатые маски с прорезями для глаз.

Карпенко принес три рулона клейкой ленты, шесть пар тканевых перчаток и пылесос, для того чтобы с Рябцевым потом убрать дом — скрыть и уничтожить возможные следы после преступления.

До страшного убийства оставались считанные часы.

«Не двигаться. Это ограбление»

В 16.00 собрались в доме № 183 по улице Фрунзе, который принадлежал второй жене отца Вовы Беспредела. Из недостроенного здания хорошо просматривался коттедж фермера. Наблюдатели сообщили, что в доме находятся посторонние люди. К Серверу Аметову в гости из Ростова-на-Дону приехал финансовый директор зерновой фирмы «Астон-медиа» Владимир Мироненко с женой, двумя маленькими детьми и пожилыми родителями.

Сергея Цапка уже было не остановить. Расправа над семьей фермера должна была произойти именно 4 ноября, в день, когда в землю лег его старший брат Коля.

Сервер и Галина Аметовы были очень открытыми людьми, зайти беспрепятственно в дом мог любой. Они даже на ночь порой не запирали дверь. Но, как показали свидетели, убийцы с наступлением темноты проникли во двор дома фермера с тыла — со стороны огородов.

В 18.50 в черной одежде, надев маски и перчатки, с нарезным огнестрельным оружием Быков (Бык), Цапок и Алексеев (Беспредел) ворвались в пристройку, где располагалась бильярдная. Быков сбил с ног расслабленного после бани ростовского гостя Владимира Мироненко, стал бить ногами по голове. Вова Беспредел обрушил свои железные кулаки на Сервера Аметова, сломав ему челюсть и перебив нос.

Руки и ноги потерявших сознание мужчин связали клейкой лентой, залепили им скотчем рты. Оставив Сергея Карпенко охранять жертвы, Быков, Цапок и Алексеев двинулись в дом. За столом кроме хозяйки дома Галины Аметовой сидела ее невестка Лена с дочкой Амирой, гости из Ростова — Марина Мироненко с дочерьми и пожилыми родителями. На огонек также забежала соседка Наташа Касьян.

Дверь распахнулась, на пороге нарисовались три фигуры в черном. Направив на присутствующих пистолет, Цапок приказал не двигаться. Быков занял наблюдательную позицию у окна, выходящего на улицу Зеленая.

Когда Наталья Касьян попыталась оказать неповиновение, Цапок ударил ее ногой в голову с такой силой, что она буквально впечаталась телом в батарею.

Игорь Черных в это время заклеивал клейкой лентой руки и ноги старикам Виктору и Лидии Игнатенко. Наматывал скотч на конечности потерявшей сознание Наташе Касьян. Тут, на свою погибель, за мамкой к соседям на минутку заскочил ее 14—летний сын Паша. Пацан еще пытался вырваться из ловушки, но был сбит с ног и связан.

Быков, Карпенко и Черных занесли связанных Сервера Аметова и Владимира Мироненко в дом. Положили спутанных по рукам и ногам людей на пол так, чтобы они видели друг друга.

В это время предводитель банды Сергей Цапок вывел из зала в спальню первого этажа Галину Аметову, избивая женщину, стал требовать признания — как ее семья готовилась к убийству Николая Цапка. Ничего не добившись, под угрозой пистолета Цапок велел принести все имеющиеся в доме деньги. Галина вытащила из шкафа 200 тыс. рублей. Ее тут же связали и бросили на кровать.

Невестку Лену Аметову с дочкой и детьми Марины Мироненко затолкали в ванную комнату. Охранять их остался Черных. Когда ростовская гостья попыталась узнать, где ее дочери, Вова Беспредел, размахнувшись, ударил ее ногой в голову. Когда женщина потеряла сознание, связал ее.

А Сергей Цапок отправился на кухню, чтобы отыскать в ящике подходящий нож. Смерть от пуль Цапок посчитал непозволительным «подарком» для своих врагов. Перед тем как погибнуть, они должны были страдать и мучиться от нестерпимой боли. Для чего глава преступной группировки разработал ритуал: всех членов семьи фермера зарезать одним кухонным ножом, а после расправы вложить его в руку главе семьи, дабы инсценировать его самоубийство. Картина преступления должна была выглядеть так: Сервер Аметов в состоянии острого психоза расправился со своими родными, а потом, опомнившись, решил наложить на себя руки.

«Люди истекали кровью»

А дальше началось то, что не увидишь ни в одном фильме ужасов. Орудие убийства Цапок передал Вове Беспределу. Алексеев с ожесточением шесть раз ударил клинком в грудь финансиста Владимира Мироненко, который несколько месяцев назад перенес операцию на сердце — шунтирование.

Затем передал тесак своему воспитаннику Карпенко, который с 15 лет состоял в банде. Сергей Карпенко (Рис-младший) хорошо был натаскан приезжими ростовскими инструкторами по «рукопашке и боксу», часто спарринговал на равных с Вовой Беспределом. А если учесть, что Владимир Алексеев тянул на сто килограммов, а Карпенко-младший весил не более 75, физически он был очень силен.

Будто мясник, он стал буквально кромсать обездвиженных людей. Лежащего на животе старика Виктора Игнатенко, который только-только стал возвращаться к жизни после перенесенного инсульта, ударил ножом в шею. Тот же удар — под углом, сверху вниз, — нанес его жене, пенсионерке Лидии Игнатенко. Потом на глазах у родных стал наносить поочередно удары ножом Паше Касьяну, его маме Наташе, Марине Мироненко. Бил так, чтобы причинить жертвам нестерпимую боль, но смертельных ударов пока не наносил.

Кухонный нож перешел Вове Беспределу. В спальне он нанес связанной Галине Аметовой клинком 14 ударов, порезав ухо, порвав легкое, повредив аорту, сонную артерию...

Следом нелюдь Карпенко стал добивать беспомощных стариков, женщин и подростка. Наносил удары в спину, перевернув каждую из жертв, наступал ногами на лицо, бил ножом в грудь, надплечья. Седая Лидия Игнатенко получила 5 ударов. Спортсмену Пашке Касьяну повредил печень, легкие, сердце. Крепко сбитому Владимиру Мироненко досталось 9 ударов в область шеи и лица. Когда Карпенко понял, что он еще дышит, нанес еще 15 ударов в грудь.

Страшно читать описанные судмедэкспертами повреждения: «Перелом тела обоих верхних рожков щитовидного хряща с обширным кровоизлиянием в окружающие мягкие ткани, проникающая колото-резаная рана в левую плевральную полость, повреждение сердечной сорочки и верхушки сердца...» И вердикт: причина смерти — острая кровопотеря. Люди буквально истекали кровью.

Окровавленный нож от Карпенко перешел к Вове Беспределу. Алексеев вывел Лену Аметову из ванной, совместно с Карпенко связал ее, положил на кровать рядом со свекровью Галиной Аметовой.

Оба хорошо знали Лену, симпатизировали ей. Вова Алексеев не раз подходил к девушке, когда она возвращалась с баскетбольной секции, говорил: «Если кто тебя обидит, ты мне только скажи!» 4 ноября сам нанес ей клинком 12 ударов в область лица и шеи.

«До поздней ночи праздновали победу»

А в это время длинный, дохлый, нескладный Черных, наркоман с многолетним стажем, бывший зэк, отсидевший за убийство, готовился к расправе над детьми. В ванной комнате он трижды ударил полуторагодовалую Алену Мироненко по голове. Когда малышка потеряла сознание, нанес черепно-мозговую травму ее 5-летней сестре Ирине. Потом поднял и уронил на пол с высоты головой вниз 9-месячную Амиру Аметову.

Решив перекрыть малышкам доступ воздуха, Черных скотчем заклеил девочкам рты и носы. А потом начал душить — сначала Алену, потом Ирину. Медики потом констатировали у них «острое вздутие легких, венозное полнокровие внутренних органов».

А Вова Беспредел в спальне продолжал глумиться над членами семьи Сервера Аметова. Наносил и наносил удары Галине Аметовой. Приподняв за плечо Лену Аметову, стал бить ее клинком в грудь, опустив тело, пять раз ударил в спину.

Когда жертвы перестали дышать, Алексеев с Карпенко стали срезать с них клейкую ленту. Заметив, что Виктор Мироненко еще живой, Беспредел два раза ударил его в грудь и в живот.

Сервера Аметова перед смертью пытали. Черных (Амур) ударил фермера ногой в грудь, тяжеловес Алексеев прыгал у него на теле. Переломав грудную клетку, челюсть, пальцы на руках и ногах, пробив голову, они требовали признаться в убийстве Николая Цапка. Не добившись желаемого, за нож взялся предводитель банды Сергей Цапок, трижды ударив фермера в грудь. Потом совместно с Карпенко они двигали нож в теле жертвы, желая доставить ему невыносимую физическую боль и страдания.

С главой семьи, перенесшим за последние годы два инфаркта, расправились последним. По замыслу главаря банды, Сервер Аметов должен был видеть, как страдают и умирают его близкие.

Думая, что фермер еще живой, Черных (Амур) взял веревку и, положив под нее полотенце, чтобы не оставлять следов удушения, начал затягивать петлю. Но Сервер к тому времени был уже мертв.

Пол в зале и в коридоре был залит кровью. Между тем Надежда Цапок потом причитала: «Какой из сына палач? Сережа у меня крови боится».

А тот же Сережа, вложив нож в руку хозяина дома, втащил в дом канистру с бензином. Черных принес из ванны в зал трупы детей, собрав с их тел остатки клейкой ленты. Совместно с Сергеем Цапком они облили тела бензином, разлили горючее также на мебель и внутреннюю отделку первого этажа дома.

И тут среди бездыханных тел кто—то тихо запищал. Самая маленькая обитательница дома, 9-месячная Амира Аметова, продолжала отчаянно бороться за жизнь. Малышка выжила, несмотря на травмы и удушение — асфиксию. Рассвирепев, Черных нанес ей страшный удар по голове. Кроха потеряла сознание.

Цапок чиркнул зажигалкой, и преступники кинулись к двери. Амира задохнулась в очаге пожара. Смерть девочки наступила вследствие отравления окисью углерода.

Преступники не ожидали, что их вообще будут искать. Убивая 12 человек, подонки рассчитывали, что в огне сгорят все улики. Дом был подожжен в трех местах. Но пластиковые окна «подвели» преступников. В комнату не поступал кислород, и пламя затухло.

Покинув место преступления, шестеро бандитов осели в ночном клубе, где до поздней ночи праздновали победу. Цапок считал, что отомстил врагам за смерть брата.

Самое дикое в этой истории — Цапок мстил совсем не тем. Как выяснило позже следствие, с Николаем Цапком расправился Вадим Палкин. По воспоминаниям станичников, сын бывшего руководителя Кущёвского района тесно общался с лидером преступной группировки Колей Цапком. Даже прятал ворованные машины в гараже администрации. Но однажды, осерчав, Коля Сумасшедший, желая унизить Вадика Палкина, помочился на него. И сын высокопоставленного чиновника не простил, затаил обиду, за которую расплатились своими жизнями члены четырех семей.

«Хочу освободиться и увидеть своих детей»

«Амирочка в морге лежала с открытыми глазками, ручки сжаты в кулачки, у носа запеклась кровь... Почему детей не пожалели? У Аметовых была летняя кухня, могли там малышей закрыть?» — спрашивает Виктория Костюк. И тут же сама отвечает: «Это была показательная казнь. „Цапки“ хотели показать, кто в крае хозяин и что будет впредь с непокорными и их детьми».

Виктории кажется, что жестокость и равнодушие сковали станицу. Когда ее отец написал реквием в память о погибших и принес стихи в местную газету «Вперед», редактор потребовала с него за публикацию 500 рублей.

— В морге на Лене не оказалось редкой фамильной цепочки, которая перешла к ней от бабушки. Из дома Аметовых, который находился под круглосуточной охраной, исчезли не только купленные Галиной накануне теплые вещи и обувь, но и сервизы и даже свадебное платье Лены, расшитое стразами. Свои же обокрали.

А с помощью приехал посторонний человек, пожилой мужчина из далекой Одессы. На 9 дней после трагедии 80-летний Владимир Рубенович Погосов принес на кладбище охапку цветов. Ему важно было разделить нашу боль. Через полгода привез картину на библейский сюжет, с фотографии Лены и Амиры сделал портрет. На годовщину приболел, так прислал из Ростова племянника с цветами.

Местная администрация перед годовщиной трагедии выделила две машины с асфальтом. Перед домом, у «стены плача», где стоят теперь 12 лампадок и игрушки, заасфальтировали пятачок. Не более. Правда, Джалилю Аметову выделили в новостройке однокомнатную квартиру, но он продолжает жить на базе и на ферме, в семейном хозяйстве.

Когда подозреваемых на автозаках привозили на следственный эксперимент в дом фермера, к Джалилю приезжали милиционеры. Сидели с ним рядом, сторожили, чтобы он не вздумал мстить.

— Кому мстить? Все сидят, — говорит Светлана Сребная. — У нас на соседней улице живет жена Быкова — Инна. Постоянно видим ее с двумя сыновьями двух и трех лет. Вот для нее все сделали, когда муженек оказался за решеткой. И престижную работу бухгалтера нашли, и детей в садик определили, и даже машину купили. Кто? Инна говорит: «Друзья».

Сам Быков теперь в зале суда твердит, что никого в доме Аметовых не убивал, и боится смотреть в глаза родственникам погибших.

Все, кто знал Быка, поражаются переменам в нем. Бык был — молотобоец, одна сплошная гора мышц, стал — жалкий высохший старик.

— На последнем заседании мы увидели уже не «машину для убийства», а затравленного зверя, — говорит Виктория Костюк. — Он всячески пытался угодить судье, только и слышно было «да, ваша честь», «нет, ваша честь». Говорил, что очень хочет увидеть еще своих детей. Даже слезы проронил, вспоминая погибших, и попросил у нас прощения.

Гособвинитель просит для Андрея Быкова 20 лет заключения: 5 лет строгого режима, 15 лет — тюрьмы. Приговор огласят 22 декабря. Но родственники уверены, что Быку дадут лет 15–17, и тут же добавляют: «А нужен ли такой человек обществу?»

Вероятно, что из общего уголовного дела о массовом убийстве могут выделить в отдельное производство и дело Вячеслава Рябцева, а также братьев Гуровых, старшего, Алексея, по слухам, вообще скоро могут выпустить по подписке о невыезде.

Уже ясно, что перед судом не предстанет 25-летний Сергей Карпенко (Рис-младший). Он умер в больнице Владикавказа 1 августа 2011 года, после того как предпринял попытку затянуть на себе удавку в камере местного СИЗО. Игорь Черных (Амур) постоянно просит, чтобы его расстреляли.

Через месяц должен начаться суд над основными членами банды. И пройдет он в Краснодаре. «Многие жители хотели бы прийти на процесс, но теперь понятно, что попадут единицы. Нам сказали, что в Кущёвском суде невозможно обеспечить надлежащую охрану, — делится с нами Виктория Костюк. — Но мы думаем, что власти боятся общественного резонанса».

Кущёвская, Краснодарский край.

Убийство в Кущевской. Хроника событий



Партнеры